Рассказ «Эталон совершенства». Ник Нэл


Рубрика: Трансильвания -> Рассказы
Автор: Ник Нэл
Название: Эталон совершенства
Аннотация: Трудно найти достойный объект, если сердце возжаждало любви.
 
Эталон совершенства
Ночь набирала силу, таяла над кромкой леса карамель зари. Акос отвернулся от гаснущего света и привычно заскользил по тропинке к деревне. Луга ещё хранили дневное тепло, дышали томно. Вампир знал, что к утру этот запах притихнет, впитается в тяжёлые капли росы, а пока он тревожил обоняние и мешал искать добычу.
Люди по ночам спали, устав от забот, и приходилось побегать в поисках позднего ужина. Акос любил долгие прогулки, слишком лёгкие жертвы казались неинтересными. Сегодня повезло сразу. Из амбара на отшибе тянуло человеческим духом. Вампир осторожно принюхался. Двое. Мужчина и женщина. Придётся подождать. Он никогда не нападал на группу, не искал хлопот. Это людям свойственно всё время брать на себя лишнее. Несовершенные существа. Зачем они здесь и сейчас?
Чтобы разобраться и решить окончательно, стоит подождать или лучше сразу искать другую цель, Акос подошёл ближе. Шершавое, серое от времени дерево приятно согрело ладонь. Запахи мешались, создавали мимолётные образы проходившей здесь жизни, но не проникали в сознание. Люди в амбаре шептались так горячо и торопливо, что вампир удивлённо поднял брови.
— Кэталин, красавица, ну ещё минуточку! Такая мука видеть тебя только издали, не сметь заговорить, бросить лишний взгляд, поцелуй меня обними, напитай своей нежностью до нового свидания…
В ответ прозвучал женский смех, смущённый и неприкрыто радостный.
— Отец может догадаться, что неспроста я вышла погулять перед сном, что не голова у меня болит от дневного зноя, а сердце от разлуки с тобой!
— Давай убежим от всех! В соседнем селе священник добрый, он повенчает нас без родительской воли, денег я уже скопил. Снимем домик, я найду работу, и заживём в радости.
Девушка горько вздохнула. Настроение её менялось быстро, как весенняя погода.
— Отец не смирится и вернёт меня в дом, знаешь ведь, что хочет выдать за богатого купца Марка. Уже переговоры начались. Меня принудят насильно, если ослушаюсь. Ничего не получится, Балинт!
Вампир выше поднял брови, продолжая задумчиво гладить морщинистое бревно. Юноша настаивал:
— Убежим подальше, в большой город, где нас никто не найдёт. Главное пожениться, чтобы честь твоя не пострадала, а там любовь нам поможет вынести невзгоды!
Запахи, звуки дыхания, биения сердец, голоса помогали Акосу видеть происходящее за стеной так отчётливо, словно он наблюдал глазами. Снова и снова мужчина настаивал, молил, а девица сопротивлялась, напуганная ужасами большого мира и собственной беззащитностью в нём. Иногда жаркие объятия и поцелуи прерывали мучительную беседу. Вампир понимал, что парень пылает нешуточной страстью, источает аромат желания, а вот чувства девушки ещё не пробудились для плотских утех. Она стеснялась откровенных ласк, отстранялась от них, стыдливо вздыхая.
Здравомыслие помогло преодолеть настойчивость возлюбленного. Минуты не прошло, как Кэталин выскользнула из амбара, едва слышно скрипнула дверь. Торопливые шаги простучали по дорожку к дому, чья крыша поднималась над кудрявыми кронами яблонь.
Балинт остановился у бревенчатой стены, провожая взглядом девушку. Наступил удобный момент заключить его в ласковые объятья и впиться клыками в сильную шею. Акос предпочитал охотиться на мужчин: они так отчаянно сопротивлялись, множа удовольствие. Приятно было подчинять их своей воле и медленно осушать, наслаждаясь каждым глотком и растущей из ночи в ночь покорностью.
Этот юноша был лёгкой и желанной жертвой, его неутолённая страсть ещё больше возбуждала хищника, но Аркос медлил, а когда Балинт повернулся и понуро побрёл через луг к дальнему концу деревни, преследовать не стал.
Голод терзал не слишком настойчиво, а вот любопытство разгорелось. Хотя впереди ещё лежала вся ночь, вампир вернулся домой. Поместье он приобрёл недавно, устав обитать в тесных и шумных городах, и рассчитывал прожить здесь ближайшие лет пятьдесят. Имение приносило приличный доход, земли не пустовали. Питаясь бродягами и бедняками можно было существовать, не вызывая лишних подозрений. Арендаторы считали нового помещика богатым чудаком, который с головой, конечно, не дружит, но и сам никому не мешает, и ему, как будто, никто. Практичные крестьяне считали, что заключили удачную сделку.
Аркос обставил дом со вкусом, не жалея средств и собирался наслаждаться всеми доступными удовольствиями но сейчас, войдя в парадный на два света зал разочарованно фыркнул. Окинув внимательным взглядом изысканную мебель, строго отобранные картины на стенах, он подумал с горечью, что стремился все эти годы к прекрасным вещам, когда мир вокруг дышал живым трепетным чувством.
Нет, конечно, вампир получал почти эротическое блаженство глотая кровь и упиваясь страхом и покорностью жертвы, но разве букет эмоций не содержит в себе иных прекрасных цветов?
Наверное, замечательно, когда тебя обожают, ловят слова и взгляды, ласкают пылом души. Он вечно бродил по пыльным музеям, созерцая сокровища, созданные руками людей, но самих творцов воспринимал лишь пищей, добычей. Какой бурей эмоций наполнили старый сарай двое влюблённых. Вампира этот вихрь зацепил краем, но пронял. Возбуждение плясало в теле как пузырьки в бокале игристого вина. Вот где жизнь, вот подлинное наслаждение.
Аркос спустился в подвал, где томились в казематах жертвы и напился из первого попавшегося на глаза измождённого человека — не ради сладости, а просто как осушают стакан воды, чтобы утолить жажду. Умер пленник или поживёт ещё немного, не волновало совершенно. Бытовыми мелочами занимались слуги, преданные за страх, а не за совесть. Вампир полагал, что так надёжнее.
Жажда нового неизведанного захватила целиком. Поднявшись в спальню, Аркос принялся мечтать. Ему нужна любовь. Человек, который по доброй воле отдаст не только тело, но и душу. Нет, ему потребно больше: любить самому. Взирать на предмет с обожанием и пылом, трепетать, целуя доверчиво мягкие губы, ловить ответное тепло. Он должен перестать дышать скучной пылью времён, отдаться зову мгновения, изведать подлинную страсть.
Следующей ночью, нет, прямо этой, он отправится в город и будет бродить в сладком упоении, присматриваясь и оценивая, выбирая самого прекрасного, достойного его любви человека. Женщины, мужчины — это всё равно. Вампирская суть не позволит соединиться с любимым так, как принято у людей, значит, пол значения не имеет. Решено!
Вскочив с постели, Аркос велел закладывать карету. Сундук с изысканным платьем всегда стоял наготове. Не успел вампир переодеться и уложить волосы, как слуга уже доложил, что экипаж подан. Раскинувшись на мягких подушках, вампир опять погрузился в сладкую муку грёз. Вперёд, в город. Это, конечно, не столица, но хорошее общество найдётся. Не искать же кумира среди крестьян? Смешно!
Он приехал на исходе ночи и, сняв дорогой номер в приличной гостинице, расположился на отдых. Можно было арендовать дом, но вампир полагал, что безопаснее жить в отелях, где частая смена постояльцев притупляет любопытство персонала. Никого не удивит, если странник, проведший ночь в пути, проспит весь день, отдыхая от пережитых тягот.
Забравшись в постель, он подумал с неудовольствием, что простыни здесь не лучшего качества и надо было взять свои, но рассвет уже спешил выглянуть из-за островерхих крыш, и вампир заснул.
Следующим вечером он был полностью готов. Костюм сидел безупречно, волосы вились, нежно лаская кожу. Слуга почтительно оправил в последний раз платье господина и отступил. Карета уже ждала. На общественные балы по местному обычаю можно было являться без приглашения, чем вампир и намеревался воспользоваться. Экипаж ещё подъезжал к сияющему окнами зданию, а сквозь скрип колёс и звон подков по мостовой уже пробивались задорные звуки музыки. Она вытекала на улицу, лаская пасмурный вечер, позволивший вампиру приехать пораньше.
Легко он спрыгнул с услужливо развёрнутой подножки и зашагал к изыскано украшенному входу, машинально переступая через конские яблоки, которые из-за наплыва гостей не успели убрать. Остро пахло недавним дождём, навозом, лошадьми, мокрой кожей экипажей, но уже тёк навстречу приторный аромат бала: глаженой ткани, пудры, духов, человеческого пота. Аркос жадно втянул эту волну, заходя в вестибюль. Проворный слуга принял его накидку и шляпу.
Не мешкая, вампир взошёл по нескольким ступеням и оказался в гуще событий. Энергично двигались пары, выполняя фигуры танца, колыхался душный воздух. Вампир окинул взглядом толпу. Когда людей собиралось так много, жажда крови притуплялась, словно обилие её вокруг сообщало извечному вампирскому голоду уверенность в завтрашнем дне. Аркос ощутил себя человеком и принялся с чисто мужским интересом рассматривать девушек.
Полненькие и худые, высокие и маленькие, одетые в невесомые платьица они походили на дорогой товар, выставленный на продажу. Вампир сразу ощутил присутствие рядом мужчин соперников, ноздри его хищно раздулись.
Он пригласил одну из девиц, но она сразу показалась ему недостойной исключительного внимания, поэтому любезно болтая со своей партнёршей, когда это позволяли фигуры танца, он внимательно разглядывал других. Вот пары разошлись, дамы присели в поклонах, и Аркос увидел её.
Увенчанная диадемой голова склонилась так изящно, так грациозно выгнулся стройный стан, что вампир ощутил приятное волнение грядущего успеха. Она, конечно, это она, не было в зале другой, столь же прекрасной девушки.
Его чувства не отличались робостью. Подошёл — пригласил. Вилма её звали, он тотчас выведал имя. Фамилией рода не озаботился, какое значение имеют столь прозаические детали, когда выбираешь себе любовь? На ближайшие танцы девица была занята, пришлось ждать, но проявляя несвойственное ему обычно терпение, вампир терпеливо бродил среди колонн и гостей, провожаемый нередко весьма и весьма восхищёнными взглядами.
Он знал, что красив, хотя и не было на свете зеркала, способного отразить его, вампира, наблюдал свою неотразимость в таких вот заинтересованных взглядах. Женщины улыбались раньше, чем понимали, почему это делают, мужчины так же рефлекторно хмурились. Привычно, почти скучно. Люди, толпа, еда — все они недостойны внимания, кроме одной, прекрасной, изумительной избранницы.
Когда законы бала соединили их руки, он почувствовал, как быстрее побежала по жилам кровь. Ледяной высокомерный вампир разбудил себя для любви. Всё шло прекрасно. Вилма смотрела восхищённо и явно старалась понравиться. Аркос даже заскучал слегка от лёгкости одержанной победы. Он предпочёл бы гордую неприступность, надменное презрение, чтобы шаг за шагом пленяться самому и добиваться взаимности от неё. Вот это было бы сладкое приключение — томление духа и тела, покорность и покорение.
Что же, для такой небесной красоты можно сделать исключение. Вампир улыбался избраннице, взращивая в себе любовь, как садовник розу. Метафора покоробила примитивной простотой, и он тотчас принялся измышлять красивые слова и лить гладкие речи в прелестные маленькие ушки.
Законы бала развели ненадолго будущих влюблённых, и Аркос оглядел поверженных соперников. Он не сомневался в том, что одержал решительную победу. Его сокровище ворковало и танцевало с другими, но смотрело только на него, возбуждая в кавалерах бессильную ревность. Когда объявили перерыв, Аркос вывел девицу на балкон. Здесь искало прохлады и уединения немало пар, но вампир сумел отыскать укромный уголок за отяжелевшими побегами вьюнка.
Светили крупные звёзды, снизу из сада плыл аромат цветов. От реки тянуло сыростью, и доносились голоса рыбаков, отплывавших на ночную ловлю. Вампир решил, что рама для его любовных излияний подобрана превосходно.
Вполголоса, чтобы слова не достигали чужих ушей, он начал свою песню неземной страсти. Подслушанное в амбаре, надо сказать, повлияло сильно. Вампир ловил себя на беззастенчивом плагиате. Не умея выражать любовь, да и чувствовать её только учась тому и другому, он позаимствовал у крестьянина немало выражений. Успокоив себя тем, что парень, должно быть, тоже научился этому в городе или вычитал красивые слова в книге, Аркос продолжал обольщать прелестницу. Всё происходило как в мечтах: смущённо опущенные глаза, краска волнения на щеках, порывистое дыхание, от которого грудь высоко поднималась в вырезе корсажа, дразня уютной ложбинкой.
Аркос завладел ручкой и, перебирая нежные пальчики, продолжал петь гимн любви, безмерно восхищаясь избранницей. Он высоко ценил, когда восхищались им и полагал, что поклонение приятно любому.
— Я согласна! — прошептала Вильма.
Сияющие голубые глаза поднялись, чтобы бросить на вампира радостный взгляд и вновь смущённо опустились. Аркос ощутил себя на седьмом небе от счастья. Подобно робкому юноше, ещё не знающему ни женщин ни света он залепетал слава благодарности, но тут девица добавила:
— Можете поговорить с папенькой.
— Что? — глуповато спросил вампир.
Очарование растаяло как снежинка на горячей ладони. Действительно, что это он размечтался? Девушки из хороших семей помнят себя и за бесценок не продаются. Раз уж простая крестьянка отвергла безденежного поклонника, несмотря на всю его любовь, то дворянка тем более не продешевит. Заводить свадебную канитель вампир не собирался. Ему не нужна жена и куча связанных с этим условностей. Любовь это конечно прекрасно, но не за такую цену.
Виду он не подал и горячо заверил Вильму, что непременно обратится за разрешением к её родителям, но бал покинул сразу, как только это показалось приличным.
 
Настроение запасмурнело как осеннее небо. Аркос отослала экипаж в гостиницу и решил пройтись для успокоения нервов. Приличная публика разбрелась по домам, и попадался навстречу всякий сброд. Одним из этих встречных вампир закусил в уголке. Кровь, разлившись по жилам, немного успокоила. Аркос начал рассуждать здраво.
Не вышло с девушкой — может и к лучшему. Помещику всё же следует соблюдать приличия, а девица, но не жена нанесёт ущерб репутации. Зато юношу можно всегда выдать за друга, приехавшего погостить. Один холостяк навестил другого, ничего предосудительного. Надо выбирать мужчину. Чем дальше, тем разумнее казался этот план. Аркос зашёл в дорогую таверну — посидеть подумать за бокалом вина.
Он выбрал столик в уголке, сделал дорогой заказ и сразу расплатился, чтобы не привлекать внимания слуг.
Юноша из приличной семьи, если он младший сын охотно клюнет на такое предложение. Наследство ему положено небольшое, и приходится самому искать в жизни влиятельных друзей и шансы. Аркос богат, с ним захотят знаться из корысти, а там он постарается завоевать чужое сердце не только деньгами, но и ласковой преданностью. Главное преимущество такого союза то, что он разрушается так же легко как и создаётся. Это не брак.
Крики отвлекли от размышлений, и вампир с неудовольствием поглядел в сторону источника шума. Двое мужчин ссорились, всё больше распаляясь, и тот, что был младше, сразу привлёк внимание. Стройный юноша, коему ещё и бритва не особенно нужна. Хорош собой, а уж каким воодушевлением горят глаза. Недурной объект для приложения чувств!
Аркос встал и подошёл ближе. Скандал разгорался, вызов последовал так стремительно, что вампир восхитился. Вот это задор, каков темперамент! Надо хватать добычу, пока ей не завладел кто-то другой. Для начал стать полезным.
— Если требуется секундант, то я к вашим услугам!
Третий участник конфликта выглядел немного растерянным, а юноша живо повернулся к Аркосу и горячо пожал ему руку. Лицо раскраснелось от воодушевления.
— Немедленно! — воскликнул он. — Мы будем драться сейчас! Я так благодарен вам за участие. Меня зовут Джакоб Левенки.
Аркос представился, с восхищением разглядывая потенциального возлюбленного. Темперамент — вот что дороже даже привлекательной внешности, вот за что следует любить! Второй дуэлянт и его свидетель тоже представились, но их имена вампир просто пропустил мимо ушей. Лишние не нужны. Сейчас его избранник удовлетворит свою страсть к убийству, а затем сама собой завяжется дружба. Отлично всё складывается! Ничто так не способствует симпатии товарищей как общая расправа с врагом.
Пока пыл бойцов не угас, взяли две наёмные кареты и отправились за пистолетами. Джакоб подробно рассказал новому знакомому о причинах вызова, хотя тот его и не просил о подобной любезности. Аркос не слушал излияний мальчика, любуясь его одушевлением и красотой. Когда экипажи остановились в одном из пустынных парков, что нередко использовались для подобных целей, вампир почуял в милом друге изрядный страх, но снисходительно простил слабость. Любая эмоция хороша, каждая имеет свой вкус.
Все четверо углубились в заросли. Вампиру более чем хватало света звёзд, да и люди спотыкались не слишком часто. На утоптанной поляне секундант противника воткнул в землю трость. Серебряная рукоять поблёскивала в почти полной темноте, Аркос благоразумно не дотрагивался до неё. Отмерив шагами нужное расстояние, открыли ящик с пистолетами. Вампиру не приходилось прежде участвовать в дуэлях, и он целиком полагался на знания людей. Когда противники стали на отмеченные позиции, замер, восхищённый приключением. Сейчас его мальчик покажет великую цену отваги!
Три вздоха тишины, затем прозвучали выстрелы: один и почти сразу другой. Соперник Джекоба как был на ногах, так и остался, зато сам юнец рухнул в пыльную траву. Оба секунданта подбежали к раненому. По белой ткани рубашки расползалось кровавое пятно. Даже человек сразу разглядел, что дело плохо.
— В сердце! — ахнул мужчина. — Ему конец!
Аркос мог уточнить, что пуля прошла левее и юноша ещё немного поживёт, но спорить из-за пустяков не стал.
— Забирайте вашего стрелка и уезжайте, — сказал он. — Я позабочусь о теле.
Ладонь благодарно сжала его плечо и исчезла. Через мгновение до вампира донёсся стук торопливых шагов.
— Вы поможете мне? — прошептал Джакоб. — Не бросайте, пожалуйста!
На губах пузырилась кровь. Он дышал с трудом. Сердце едва задето, а вот в лёгких вентиляция. Содействие лучше оказать немедленно.
— Конечно! Я здесь. Всё будет хорошо, мой милый.
Не тратя времени даром, вампир жадно припал к ране. Мальчик почти не сопротивлялся и вскоре потерял сознание. Допив всё что можно, Аркос отнёс труп в заросли и бросил там. Да, эта любовь оказалась не длиннее предыдущей.
В гостиницу он вернулся перед рассветом и сразу лёг. Проспал почти весь день и пробудился, когда солнце уже клонилось к горизонту. Одевшись для выхода и отослав слугу, Аркос уселся в покойное кресло, чтобы обдумать свои проблемы. Он всё ещё жаждал любить, а судьба обошлась с заветной мечтой так сурово. Мужчины оказались ещё большими глупцами, чем женщины! Девицы расчётливо продавали себя словно товар, а юноши разбрасывались жизнью, как мот деньгами. Зачем ввязываться в дуэль, если стрелять толком не научился! Аркос сердито постучал кулаком по ручке кресла.
Смотреть в унылой комнате было решительно не на что, и вампир принялся изучать отделку на рукаве сорочки, затем собственные руки. Красота всегда утешала, приводила в хорошее настроение. Он залюбовался игрой света на белой коже. Мягкое сияние ламп придавало ей восхитительный оттенок. Какие изящные сильные пальцы, как аккуратны овалы ногтей, сколь изыскано разбегаются линии на ладонях. Вот где совершенство, сосредоточенное в великолепии бессмертного, как талант художника на полотне.
Любить можно только вампира! Лишь высшее существо способно окрасить мир подлинным чувством. Аркос обрадовался, но почти сразу разочарованно покачал головой. Собратья вызывали в нём ещё большую неприязнь, чем люди. Самодовольные снобы, презирающие всё вокруг. Он сам был таким, пока не осознал ценность любви. Что же делать? Кому посвятить всего себя?
Он рассеянно поправил великолепные волосы, погладил нежную кожу щеки и замер, пронзенный откровением. Стоило искать среди несовершенства, когда эталон всё время был рядом? Аркос воодушевился: любить можно лишь себя, кто другой отзовётся взаимностью с такой всепоглощающей готовностью? Люди смотрят с восторгом, значит, он подлинно красив, а уж душу, столь близкую по природе не стоит и искать. Всё в мире бессмысленно, кроме любви, и вот она здесь!
Ночь прошла в упоении открывшейся страсти. Вампир бродил по улицам, ловя восхищённые взгляды и проникаясь симпатией к людям, как видно, разделявшим его любовь. Он снова посетил публичный бал, заходил в таверны, в толпе всё более сознавая, как мало ему нужны другие, когда уже есть он сам. Новое великолепное чувство переполняло и шло через край, оно дремало все эти годы и недоброжелатели называли его эгоизмом, но теперь, когда выпростал суть из тайников души, расцвело подлинным счастьем.
Несколько ночей Аркос плавал по волнам блаженства, а затем его довольство омрачила грусть. Люди и даже слуги могли любоваться его красотой, а сам он такой радости был лишён. Зеркала не отражали вампира. Любые. Он перепробовал все, что поставлял прогресс. Эта обделённость поначалу просто точила изнутри крошечным червячком, но затем переросла в проблему. Всё более проникаясь страстью к себе, Аркос нешуточно страдал.
Он вознамерился было покинуть город, чтобы предаться горю в уединении поместья, когда однажды вечером всё же завернул в лавку недавно приехавшего зеркальщика. Заведение уже закрывалось на ночь, но Аркос окинул взглядом товар, полагая, истратить минуту, чтобы убедиться в полной его непригодности для вампира. Войдя, он ощутил странное томление, словно множество насекомых облепило тело и жадно сосало кровь, но сразу забыл о неприятных ощущениях, увидев в одном из зеркал свою смутную тень. Он поднимал то одну руку, то другую, чтобы исключить ошибку, и каждый раз стекло послушно возвращало жест. Аркос отражался и, хотя так неверно, что черт своего лица разобрать не мог, но всё же это был огромный шаг вперёд по сравнению с предыдущими попытками.
Мастер почтительно стоял в стороне, дожидаясь, когда благородный гость обратит на него внимание. Можно и убить его потом, а пока просто велеть держать язык за зубами — решил Аркос. За деньги эти люди готовы на всё.
— Ты можешь изготовить мне зеркало, которое показало бы меня без изъяна?
Человек не молодой и не старый — в самой поре — степенно поклонился.
— Местные ремесленники всё ещё пользуются для покрытия оловом и ртутью, — сказал он с оттенком презрения, — я же использую серебро, поэтому зеркало выходит ясным и светлым.
Аркос слегка вздрогнул, услышав название рокового вещества. В словах человека проглядывал резон. Другие металлы не могли причинить вред вампиру, и потому же их полированная поверхность не видела и самих упырей, серебро же имело роковую власть. Тревога пробудилась, и покалывание на коже обрело понятный смысл, но Аркос жаждал увидеть себя и готов был на многое ради мечты.
Опасность показалась надуманной, ведь монеты и посуда не жгли, если он к ним не прикасался. Какой вред может принести закованный в стеклянный панцирь металл? Остерегаться нелепо. Аркос решился.
— Сделай! — сказал он. — Я хорошо заплачу, но зеркало должно отражать меня таким, какой я есть, а не смутной тенью.
— Я возьму наичистейшее серебро, — почтительно поклонился человек.
Аркос бросил ему несколько золотых в качестве задатка и вышел. Его переполняла радость. Жжение на коже прекратилось, едва он покинул лавку, и он отбросил последние сомнения. Найдя подлинную любовь, надо наслаждаться ею вполне.
Дни летели в сладких снах, ночи — в упоительных странствиях. Всё более Аркос проникался мыслью об удивительной силе любви. Вместе с ней преобразился мир. Он ждал, распаляясь нетерпением, как голодом, и вот однажды из мастерской сообщили, что зеркало готово.
Вампир нанял специальную подводу, и медленно, бережно, шагом сокровище доставили в имение. Слуги распаковали покупку и установили на заранее подготовленном месте.
В эту ночь Аркос проснулся с предвкушением чуда. Он выбрал самое красивое платье, тщательно причесал волосы. Медленно, словно на первое свидание, вампир вошёл в зал. Его сокровище висело на стене, в элегантной раме, среди невесомых драпировок. Огромное. Увидев его, вампир понял, что сможет отразиться в полный рост. Затаив дыхание, он подошёл ближе. Мастер не подвёл.
В волшебном стекле Аркос увидел стройную фигуру в роскошном костюме, изящные кисти рук, лицо, прекраснее которого нет на свете. Он вглядывался в забытые черты и не узнавал их. Время и вампирская кровь преобразили его настолько, что действительность намного превзошла смутные юношеские воспоминания.
Так вот он каков! Понятно, почему люди упиваются его внешностью — она необыкновенно хороша! Прямой нос и властная линия рта, чёткий рисунок бровей и сильный подбородок, глаза, что ярче звёзд и синее южного моря, золотые локоны до плеч.
Аркос смотрел и не мог отвести взгляд. Лишь изредка он слегка шевелился, чтобы окончательно убедиться, что это он там, в волшебном стекле — настоящий, а не пустая мечта. Эталон совершенства, предмет самой великой на свете любви.
Текло время, безразличное вампиру как вода. Кожу сначала покалывало, словно маленькими иглами, потом она начала гореть. Аркос почти не замечал перемен. Он пил себя как эликсир страсти и уцелевшим уголком трезвого сознания понимал, что зеркало пьёт его, но экстаз созерцания был сильнее холодного рассудка. Любовь поглотила целиком, а потом в мир пожаловал рассвет.
 Слуги довольно долго ждали возвращения хозяина, но жалования никто не платил, а страх поутих. Понемногу они разбежались, выпустив выживших пленников. Дом так и стоял пустым, его обходили стороной даже грабители, а если бы кто и рискнул побродить по ветшающим залам, его, несомненно, обратил бы в бегство смутный образ в висящем на стене роскошном зеркале. Прекрасный юноша, словно пытался всплыть из гибельных глубин, пробиться наружу сквозь ледяной панцирь стекла, и то появлялось, то вновь исчезало в холодном серебре его обезображенное мукой лицо.
 
Комментариев: 9 RSS
Василий Меркулов1
2021-02-05 в 17:39:52

Интересный вышел рассказ! Вот не надо, не надо вампирами ничего человеческого познавать, ничего хорошего из этого не выйдет. А уж про слово "любовь" - так лучше вообще не слышать, а то вон к чему все привело!

Вообще рассказ просто очаровывает. Красивый язык повествования очень увлекает. Спасибо за такой хороший рассказ.

И ещё. Мне кажется, автор, мы с вами где-то встречались, не так ли?

Спасибо)Я здесь каждый год, так что наверняка встречались)На Самиздате - точно)

Василий Меркулов3
2021-02-15 в 18:43:31

Много лет прошло с тех пор, как я Самиздат покинул. Великим писателем так и не стал, зато публикуюсь сразу в двух местных журналах

Хоть где-то признали...

А как у вас дела?

Я на АТ теперь выкладываю, а года три вообще нигде не появлялась. И для журналов, к сожалению, больше не могу писать, а жаль, ведь там деньги платили))) Но журналам, с которыми я сотрудничала, нужна любовная хрень, на это сил больше нет)

У вас интересные истории и подача мне нравится. Публикация в периодике тоже ведь хорошо.

Василий Меркулов5
2021-02-19 в 09:53:59

AT - это author today? А там реально можно деньжат за свои книги подзаработать, или эта опция только для избранных?

Там чтобы получить коммерческий статус надо быть очень успешным: много читателей набрать и времени прочтения. Ну или платить за рекламу. такое чувство, что как раз большая часть заработанного на рекламу и уйдёт)Я там бесплатный автор)Можно прикрутить функцию наградок или вывесить номер карты для желающих поощрять автора.

Василий Меркулов7
2021-02-20 в 17:34:24

Ну, не знаю. Подумаю еще. Я после того, как первый гонорар за рассказ газетный получил, словно зверь, который крови впервые испил. Бесплатно писать как-то не хочется. Ну разве что на конкурс для интереса.

Поразмыслить нужно.

На Ридеро вроде всем платят, но очень мало) Я не в курсе, площадок на самом деле полно, но раскрутиться сложно везде, вкладываться в рекламу надо)

Василий Меркулов9
2021-02-24 в 21:24:23

Не, вкладываться - это как-то не круто. Мне еще вон по электронной почте предложения приходят книгу напечатать. "Ваши вложения будут минимальны - всего лишь от сорока тысяч рублей". Ага, и потом сиди с этой книгой целуйся.

А уж про дядюшку Крюгера (ой, извиняюсь, Кригера) я вообще молчу. Он меня изрядно достал уже.

Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз