Роман «Смерть, возрождение, месть 15». Джек Робель


Рубрика: Трансильвания -> Романы
Автор: Джек Робель
Название: Смерть, возрождение, месть 15
Аннотация: «Смерть, возрождение, месть 15» – последняя часть долгой истории, которая началась уже достаточно давно. Главные герои – Джек, Энни, Вайлет и Стивен, а также многие другие, - пытаются сражаться со злом на протяжении долгих лет, так и здесь, уже на последних аккордах истории они собираются победить одного из новых злодеев, предавшись последней битве, которая должна их спасти. Здесь герои будут преодолевать своё прошлое, сражаться в настоящем, и верить в лучшее будущее, которое может для них не наступить. Несмотря на все это, они идут в бой, чтобы закончить, наконец, долгие поиски себя и убить зло. Бессмертная история любви, возрождения из пепла, мести за тех, кого любишь. Повороты событий, которые оказываются неожиданными, и победа над злом, - всё это и есть СВМ. Что же будет с героями на этот раз? Победит ли Питер? Возможно ли возвращение к человеческой жизни, или же всё это лишь игра Смерти? Ответы на эти вопросы нас всех ожидают лишь в конце, как в любой истории. Как в жизни любого из нас, когда открываются Золотые Ворота, и мы видим что-то, что называем покоем.
 
 
                                                       
Смерть, возрождение, месть 15
 
Глава 1
Скоро начнем
POV Элайджа
День, когда нашли Элизабет.
 
Она стояла и смотрела на Стивена, но не знала, что делать. Казалось, она застыла на месте, но это было понятно. Шок, охвативший ее, полностью ею завладел. Неудивительно, ведь увидеть сына через сто шестьдесят лет после его смерти, посчастливится не каждой матери.
Элизабет была женщиной того типа, который имеет свои секреты и готов идти до конца в своих целях, при этом без варианта проиграть. Она всегда выигрывала, абсолютно во всем. Но в одном она уже однажды проиграла. Или дважды. Ведь если верить Стивену, у него был брат-близнец, о котором его мать должна знать.
Ее лицо выдавало внутреннюю боль, которая копилась годами, и которую ни один живой человек не смог бы заполнить в ее сердце, ведь мертвых забыть невозможно. Она потеряла многое, не только семью. Ее деньги перестали принадлежать ей, хотя она их потом себе и вернула, но и особняка она тоже лишилась, если учитывать тот нескромный факт, что в конце 1880-х, в нем поселились Миллеры, а в 1910-х семья Адлер, а теперь же они Льюисы. Если бы Меган, выйдя замуж, не взяла фамилию мужа, как это делали ее предки до нее, то дом все еще был бы имени Адлеров.
— Элизабет? — спросил я, пытаясь привести ее в себя.
Она повернулась ко мне и посмотрела тем самым взглядом, который я наблюдал уже много лет назад. Им она на меня смотрела, когда находила то, чего не ожидала, и после него у нее обычно лились слезы. Этот раз исключением не стал. Она кинулась мне в объятия, и я понимал, почему. Она нашла нас обоих. Но почему она тогда не обняла Стивена? Потому что для нее это еще было недосягаемо, непонятно и из жанра научной фантастики.
— Заходите в дом, — произнесла она, еле справляясь с голосом. Он был до сих пор таким же глубоким, в нем чувствовалась мудрость, которой не хватало даже мне. Это была разбитая жизнью женщина, которая устояла на ногах на протяжении двух веков, которая потеряла все, но теперь обрела снова.
Мы прошли за ней вперед в гостиную, где все было очень умеренно в планах цветовой гаммы. Белый, почти бежевый диван, синие стены и белая лестница наверх, на столе стояла ваза с олеандрами. Она очень любила эти цветы. Она вообще любила все белое. На ней была белая блузка, белые штаны, но волосы ее были лишь чуть светлее, чем у Стивена. Ее происхождение не дало ей быть бледной и незаметной. Ее замечали из толпы еще во времена ее молодости, когда она отдала уже свое сердце мне, но забрала его так же скоро, как и предложила.
Я оперся на свою трость, как обычно, и сел. Стивен не хотел торопиться, но последовал моему примеру. Мы двое напротив нее, а она опустила глаза вниз, не зная, что сказать. Я чувствовал ее шок до сих пор. Ее мысли определенно точно перепутались, и она не могла соображать, что происходит. Не сон ли это, подумала тогда она, а я ей мысленно ответил, что нет. И тогда она подняла на меня глаза. Они были старше, потому что она стала вампиром уже в зрелом возрасте, когда ее ровесницы считались дамами в возрасте, но остались такими же прекрасными, как когда-то. Она была красива, этого не отнять.
Это было ее преимуществом перед другими. Женщины вокруг нее старели, особенно ее ровесницы. Но Элизабет всегда оставалась свежа, будто ее юность и не прошла. Она не была озорной долгие годы после рождения Стивена, потому что это я в ней увидел в тот день, когда вновь встретил. Но я в ней снова пробудил жажду жить и эту искру в глазах, которую у нее отняла семейная жизнь, которую она так не хотела. У нее был выбор, и она его сделала, но я ее не виню. Только это повлекло за собой кучу последствий, которые уже нельзя было исправить.
— Я… Я могу предложить вам чая? — наконец спросила она, но в голосе на этот раз можно было услышать дрожь и неуверенность. Она была сбита с толку.
— Я надеялся просто поговорить с тобой, — ответил Стивен.
— Мне это сложно понять. Я столько лет думала…
— Что я мертв? Как и я. Ты умерла в 1901 году.
— Ты был на моей могиле?
— Как видишь. Но ты на моей нет, если не знаешь, что меня выкопали и обратили.
— Я хотела отпустить прошлое. Я не знала, что делать. Особенно, после смерти Малькольма.
— Но все-таки нашла выход. Эллен пыталась с тобой связаться, не так ли?
— Ты ее помнишь?
— Мы с ней были вместе около двадцати лет, а потом я исчез из ее жизни на долгие годы.
— Стивен, мне кажется, Элизабет нужно время, чтобы принять это все, — обратился я к Стивену, давая понять, что мне лучше первому с ней поговорить, чтобы подготовить к дальнейшему.
Стивен встал и пошел к двери, но напоследок повернулся и произнес:
— До встречи, Элизабет.
Она ничего не сказала, потому что не понимала одного, о чем она скажет мне спустя несколько секунд. Когда дверь за Стивеном закрылась, она пару секунд не могла отвести оттуда взгляда, а потом повернулась ко мне и смотрела так, будто потеряла всякую надежду на лучшее. Но это было скорее не понимание, почему ее сын так себя ведет.
— Элизабет? — спросила она, — Матушка, или просто мама, но никогда он не называл меня по имени.
— Ему пришлось пережить много всего, — ответил я.
— Но почему так? Такое ощущение, что он меня не помнит.
— Так и есть, — тут она будто сошла с ума, эта новость стала для нее неким ударом, и она вопросила меня продолжить своим взглядом, — Его обратил Герман. Когда вы с Малькольмом его закопали, он не умер. Врачи прослушали его биение сердца, которое едва отдавалось, так что это было большой ошибкой. Но, твой самый большой страх дал ему вечную жизнь. Стивен здесь благодаря Герману.
— Я не знала. Я и подумать не могла, что все так может обернуться. А он помнит про Виолетту?
— Помнит. Я тебе скажу больше — он сейчас с ней по жизни.
— Каким образом?
Тогда я достал телефон и нашел фото Вайлет, а потом протянул его Элизабет. Она взяла телефон в руки и вглядывалась в лицо девушки, не понимая, как это вообще возможно. Я понимал, что все это навалилось на нее слишком быстро, все эти новости ей придется переварить и усвоить, а также рассказать свои секреты.
— Как две капли воды…
— Ее зовут Вайлет ДеЛунг. Совсем недавно и она поняла, кто она такая, хотя и в прошлой жизни.
— Как давно она существует?
— В этом году Вайлет тридцать лет. То есть, Виолетта вернулась через сто тридцать три года после своей смерти, хотя и до этого она уже тринадцать лет жила, но в другом городе. Это дело рук Стивена, хотя он и сам не догадывался об этом.
— Она вампир?
— И уже давно. Тринадцать лет назад ее обратил муж ее сестры, которого она тогда любила. Долгая история, расскажу чуть позже.
— Но ты ведь знал, что это она, так? Когда впервые увидел ее?
— Конечно же. Я все понял с первого взгляда, но не рассказывал Стивену, потому что мы были врагами.
— Как ты вообще вернулся в Витч-Кросс? Я думала, ты не вернешься.
— Я приехал десять лет назад, Элизабет.
— Десять лет? И не мог меня найти?
— А ты знала, что Августа тебя спрятала от чужих глаз для твоего же блага? Вот и я не знал.
Элизабет сидела, переживая шок за шоком, потому что ничего подобного она и представить в своей голове не могла.
— Она была ведьмой, а я даже и не догадалась.
— Нет, ты догадывалась, просто не придала значения. А она, между прочим, попросила Эллен о помощи для Стивена, когда того обратил Герман. Она нашла скитающегося по стране новообращенного и приютила у себя, потому что она его няня. Они влюбились друг в друга, прожили двадцать лет, а потом он исчез, и она думала, что он погиб. Но теперь они снова друзья.
— Как я могла так все упустить? Сколько ошибок я сделала, Элайджа…
— Мы все их делаем, Элизабет.
— А как же Герман?
— А ты его еще боишься?
— Он может найти тебя снова.
— Уже не может. Примерно десять лет назад, но даже чуть больше, твой сын убил его. Герман попал в Ад. Больше тебе боятся нечего.
— Как же много случилось. У меня не укладывается это все в голове.
— Постепенно уложится. Понимаю, тебе нужно время, но оно у нас есть. Целая вечность.
 
   
POV Энни
Весна 2018. Полгода спустя. Италия
Мы все еще путешествовали по Европе. И вновь вернулись в Италию. Родители хотели знать, почему я вдруг сорвалась из города и решила увезти их отдохнуть, но понимали, что я ничего не скажу им. Мои секреты им не нужны были, а потому, я пыталась говорить о чем-то, что не касается нашего с Вайлет дома. И особенно я не хотела говорить им о теории, что ее на самом деле зовут Виолетта.
Когда я выбрала время, то подошла к маме. Мне было интересно, знала ли она об Эване. В конце концов, она знала Эмбер куда больше, чем я. И куда дольше.
Моя мама была женщиной, которая старела по-настоящему. Это она переняла у своей бабушки, которая почему-то знала меня еще задолго до своего замужества. Короткие волосы, серьги в ушах, множество колец и грузная одежда. Именно этим Шанталь отличалась от большинства других женщин, которых я видела вокруг себя всю свою жизнь, а особенно, сейчас. Мы с Вайлет гордились тем фактом, что она плевать хотела на чужое мнение. Этому она научила и нас.
Когда она сидела в своем номере, а отца еще не было, я зашла, и она была рада увидеть меня. И тогда я кое-что напрямую спросила.
 
— Ты знала Эвана?
Лицо мамы смягчилось еще больше, но она говорила мне им, что вот старая семейная тайна и раскрыта. Тогда она полезла в свой чемодан, где нашла старую фотографию.
— Я ее прятала в этом чемодане долгие годы, ведь он принадлежал Эмбер. После ее смерти это фото покинуло этот чемодан только что. Я долгие годы его не видела.
Когда она повернула фото, то сзади было написана дата 8 августа 1924.
— И я не удивлена тому, что ты спросила, ведь ты его, наверное, знала.
— Она не осталась с ним из-за того, что вышла замуж?
— Даже не это стало причиной их расставания. Он должен был возвращаться в Лагерь. Когда я была маленькой, она рассказывала это все мне, а я не воспринимала всерьез, пока сама его не встретила на пороге ее дома в 1970 году.
— Ты знала, что я стану частью этого мира?
— Я лишь помню, как она сказала, что мои дети будут необычными. А один из детей будет моим лишь кровно, но не духовно. Я так и не поняла, что это может значить, но она знала определенно куда больше, чем я могла бы себе представить.
После этого разговора с мамой я поняла, что еще одна тайна раскрыта. Осталось лишь понять, действительно ли Улла напрямую связана со мной, и тем более, с Вайлет.
Когда я зашла в свою комнату, то увидела там Дарсию. Она что-то читала. Очередной развлекательный туристический журнал на итальянском, где я и слова бы не поняла.
— Энни, я бы хотела, чтобы ты съездила к предку Джека, сейчас она носит имя Тереза Барунштейн, и живет во Франкфурте, — обратилась ко мне Дарсия.
— Это еще зачем?
— Ты вроде бы собиралась. К тому же, у нее есть кое-что, что я бы хотела взять себе. Без тебя у меня ничего не выйдет.
— Она вряд ли поможет нам с Питером.
— Поможет. Если увидит меня, то не будет такой крутой. Тут всего полдня лететь до него на самолете.
— А как же родители?
— Они слишком счастливы, чтобы заметить твое отсутствие. К тому же ты не маленькая девочка, тебе уже тридцать семь лет. Прошу тебя как лучшую подругу мне помочь. Кровные узы тоже никто не отменял.
— Не шантажируй меня.
— Если не согласишься, буду молить тебя как ребенок, который просит игрушку.
Древняя Королева смотрела на меня своим самым милым взглядом, и я сдалась:
— Хорошо, едем.
   
POV Хлоя
Сгоревшую дотла квартиру Уллы начали ремонтировать спустя месяц. Поэтому, она исчезла на это время из города, и победа была за Энни, но Фиона предупредила меня, что это ненадолго. Она вернется обратно, как только вернется Энни.
Но проблема теперь была даже не в этом. Оказалось, что в город приехал кто-то новенький и он решил отреставрировать за свой счет старое здание, где был когда-то бар. Меня и в проекте не было, когда тот сгорел, и от него ничего не осталось, кроме воспоминаний.
Новый бар взял себе не самое оригинальное название — «У Олафа», что определенное говорило о его скандинавском владельце, а точнее, норвежце.
— Кто этот Олаф? — спросила я маму, которая тоже стояла и наблюдала, как уже вешают вывеску. Открытие бара обещалось примерно через неделю, его хозяину нужно было все приготовить к открытию и заказать как можно больше алкоголя, особенно такого, который сейчас популярен. Также, он пообещал, что в баре можно будет курить без всяких ограничений.
— Я даже не знаю, — ответила она, — очевидно, какой-то норвежец-эмигрант имеет очень огромную сумму, если у него получилось купить это место у мэрии, то есть, у меня, и построить опять же на свои деньги все это, плюс отделать и поставить мебель, а теперь еще заказать алкоголь.
— Как думаешь, его труды окупятся?
— Даже не представляю. Я ведь его даже не видела. Ко мне поступило предложение открыть бар в открытом письме, потом бумаги, я согласилась и подписала, и меня не обманули. Но у него странное имя, будто его придумали.
— С чего вдруг такие выводы?
— Интуиция. По ощущениям, этот человек приехал сюда не просто так. Кто же ты, Олаф Кристенсен?
   
POV Этра
Тайлер и я разбирали его работы для выставки в колледже, куда он поступил, уехав в Сиэттл. С тех пор я и сама не возвращалась в Витч-Кросс, оставаясь рядом с юным фотографом и художником, дабы он не натворил дел.
Энни я так и не сообщила о том, что ее сын сбежал из города под мою ответственность в ее отсутствие. Сам он даже не хотел поднимать эту тему. Его теперь больше всего волновали рисунки и фотографии, а о Чендлере он не хотел говорить вообще. Ему было важно подумать над предложением любимого, которое он получил, и от которого сбежал.
— Мне вот это нравится, — сказала я и показала одну из фотографий, сделанных им недавно.
— Да, спасибо, учту, — и погрузился дальше в рисунки.
— Не хочешь поговорить?
— Нет.
— Тайлер.
— А что я могу тебе сказать?
— Может хотя бы Энни позвонишь и расскажешь сам?
— Она не оценит такого, я уверен. Хотя не ей меня судить, ведь я ее всегда поддерживал. И этот удар по Улле был громким.
— Ты просто пойми, что она поддержит тебя. А Чендлер… Почему ты так с ним?
— Я его люблю, просто… Не знаю, что ответить.
— Неужели ты не хочешь быть с ним вечно?
— Хочу. Но он сделал все тогда, когда я даже не был к этому готов. И мне надо просто подумать. Если он обиделся, то я понимаю эту обиду. Но я очень надеюсь, что он поймет меня.
— Поймет, потому что любит.
— Значит, дождется моего возвращения, — завершил он, и погрузился обратно в рисунки.
   
POV Сьюзен
Питер сидел во главе. По правую руку у него был Герман, а по левую Калипсо и неуверенный в происходящем Джереми. Они собой являли злобную четверку, хотя среди них был еще и пятый, который был виден лишь самому Питеру. И я, шестая, которая там даже не вписывалась.
Питер приказал страже, когда-то принадлежавшей Джереми, открыть двери. И тогда внутрь вошел Марк, которого я когда-то убила. Он и Джинджер, очевидно, перешли на сторону Питера, потому что на них было оказано влияние Тьмы через Элеонору.
— Мы пришли с ценным, — заявил Марк. — Цветок здесь.
— Отлично, она будет рада, — произнес Питер, — Скоро начнем.
 
Глава 2
Де Лунг
POV Энни
Самолет приземлился очень скоро. День все еще не закончился, солнце светило своими лучами на мою кожу, пытаясь ее прожечь, но ничего не получалось. Меня это, конечно, насторожило, но я решила, что лучше разберусь с этим по прибытии домой, в Америке.
Дарсия шла за мной по пятам, указывая, куда повернуть. Я ее не видела рядом, но она говорила в моей голове настолько четко, что я даже порой не слышала немецкоговорящих вокруг себя. Наконец, я сняла машину на прокат, и мы поехали к дому той женщины, которая должна быть предком моей дочери и Джека. Она сменила множество имен за все те века, что живет.
Дарсия сидела на пассажирском месте, потом взяла в руки брошюрку об автомобиле и сказала:
— Не могу поверить, что меня хватило до тех времен, когда человечество стало умнее. В мое время люди верили в совершенно иное.
— Ты мертва, Дарсия, — заметила я, продолжив, — и тебе просто повезло оказаться в моей голове.
— Хочешь сказать, меня бы здесь не было, если бы ты погибла?
— Возможно. Ты прицепилась ко мне, а теперь просишь поехать к этой фрау не-знаю-кто, и едем мы, заметь, благодаря мне.
— Все вредные люди оказывались ко мне ближе, Энни, но ты первая, кто в открытую пытается до меня донести, что я завишу от кого-то, в данном случае, от тебя.
— Зачем нам ехать к ней?
— Повторюсь, ты сама давно хотела.
— Но Джека уже тоже нет в живых. Заметь, это была его идея изначально.
— Но ведь Джек не совсем умер, ты это знаешь.
— Суть не меняется. За эти двадцать лет мы умирали сотни раз, воскресали столько же, но никогда мы еще не встречались со своими предками. Эмбер, как оказалось, была с Эваном. То есть, она практически Элизабет, которая любила Элайджу, но которая приняла решение жить обычной жизнью, испугавшись.
— Эмбер не испугалась, у нее не было выбора. Она была единственной дочерью из двух, ведь Анна умерла. Элизабет просто испугалась, она ведь знала, что родители этого просто не примут. Твоя прабабушка просто не могла оставить семью.
— Разница в них обеих лишь в том, что одна не решилась, испугавшись, а вторая просто не могла поступить так. Я понимаю. Но тогда бы не пришлось страдать нам всем.
— Это ты сейчас о себе? Не будь эгоисткой, Энни.
— Но я ведь сейчас говорю обо всех нас. Не только я замешана в этой истории, Дарсия. Здесь еще и Вайлет, и Эмбер, и Тайлер, и многие другие.
— Не оправдание.
— А что тогда можно считать за оправдание?
— Ты просто устала бороться. Я это понимаю, я тоже хотела сдаться когда-то. Но я не дала себе сделать этого ради Элеоноры, хотя получила от нее и Германа сполна. Твои дочь и сын не такие. Потому что Эмбер не пытается побороть свою темную сущность, а Тайлер не пытается себя обмануть в том, что он болен. Ведь именно это и пытались сделать мои дети. Твоим повезло больше. Эмбер счастлива, и она главный враг Элеоноры, но войны между ними не будет, все закончится тихо. Тайлер же сейчас немного в смятении, но у него есть на то причины, — тут я повернулась к ней с вопросительным взглядом не понимая, о чем та говорит, — приедешь — узнаешь.
— Тайлер в беде?
— Разговор не о том, Энни. Но не беспокойся, он в порядке. Спросишь у Чендлера.
Потом мы ехали в тишине. Разговор не строился, он был почти что ни о чем. Я не хотела пробуждать старые привычки Древней Королевы, ведь знала, какие они у нее бывают. За то время, что она стала частью моего сознания, я узнала ее «от» и «до».
 
Когда мы приехали, солнце еще не село. Дом можно было заметить сразу. Он был немного старомодным, хотя я ничего не понимала в европейских домах, будучи другой культуры и воспитания.
Я собралась и вышла из машины, Дарсия вышла за мной. Мы подошли обе к двери и переглянулись, а потом я постучалась. Открыли не сразу, пришлось подождать несколько минут, и стоять, оглядываясь. Вокруг никого не было, а если кто-то и проходил, то говорили эти люди по-немецки и я, естественно, ничего не понимала.
Щелчок замка я услышала сразу, и когда дверь отворилась, передо мной появилась темноволосая женщина, кожа ее была немного смуглой, а глаза были как хамелеоны. У нее были точенные черты лица, скулы, тонкий нос, немного пухлые губы. Темные волосы были прямыми и ниспадали на плечи, а одета она была в самую обычную кофту и джинсы, на ногах были сандалии.
Тереза Барунштейн, — так ее теперь звали, — смотрела на меня, — а если точнее, то на нас, — и казалось, будто она не совсем рада таким гостям. Она смотрела то на меня, то на Дарсию, однако, она была немного в замешательстве и по виду можно было понять, что она несколько обеспокоена нашим присутствием.
— Заходите, — произнесла она тихо и отошла от двери.
Мы зашли и дверь закрылась, Тереза прошла вперед и села, приглашая нас присесть с ней. Дарсия прошла и села на кресло, после чего я последовала ее примеру. Кресло оказалось удобным, что было даже странно. Я ожидала, что возможно ведьма сделает наше присутствие здесь не сладким, ведь мы ее побеспокоили. Однако, вряд ли бы она взялась за подобное, ведь Дарсия была ее далеким предком.
— Итак, зачем вы здесь? — спросила она.
— Ты видишь нас обеих? — спросила я.
— Да, я ведь бессмертная ведьма, — ответила она, — Это обычные ведьмы не видят Дарсию и ей подобных, а у меня такая привилегия есть. Фиона разве не видела тебя? — обратилась Тереза к Дарсии.
— Видела, но мы не говорили с ней, — ответила Дарсия и пыталась устроиться в кресле поудобнее.
— Чувствуй себя как дома, Дарсия. Ты имеешь абсолютное право, ведь мы одной крови. Греческой. Бессмертной. Божественной. Энни об этом разве не знает?
— Догадывается, но мы здесь не за этим. Во-первых, верни мне мой компас, пожалуйста.
— Утерянный тысячелетия назад?
— Ты знаешь, что он мне очень сильно нужен прямо сейчас.
— Дай угадаю. Питер неожиданно завербовал себе Джинджер и Марка, а еще твою дочурку?
— О чем идет речь? — спросила я.
— Вы не знали? Хотя, что я спрашиваю, по вам все видно. Если коротко, то Питер планирует последнюю битву в ближайшие два месяца, и его план работает, поэтому прошу вас не терять время и не занимать мое.
— Откуда ты в курсе его планов?
— Стражи предупредили меня о всевозможных развитиях событий. Среди них, в том числе, и смерть каждого из нас. Он хочет остаться одним-единственным бессмертным в мире, но я вам не могу помочь. А вот компас может.
— Но ты ведьма. Разве ты не можешь поработать с Альянсом?
— Я его создала, ДеЛунг. Эти ведьмочки должны мне за то, что они сплочены, а не разбросаны по миру, даже не зная, кем являются. Работать с ними для меня как шаг назад. Этого я допустить не могу.
— Но твой последний потомок там.
— Кажется, Джек умер, не так ли?
— Я говорю о нашей с ним дочери.
— Я знала лишь, что он женился на тебе, но об остальном Стражи умолчали.
— Да, потому что она будущая Королева. Она угроза для Элеоноры, —произнесла Дарсия и этим ошарашила ведьму. Та не ожидала такого поворота событий.
— Теперь ясно, почему я вижу тупик. Твоя дочь, Энни, последняя. И так и будет.
— Да, она останется в будущем последней бессмертной.
— Нет, все это бред. Элеонора наговорила такого?
— Она четко сказала…
— Не стоит верить в бредни старой больной женщины, ДеЛунг. Она говорила про окончание моего рода. Наша ветвь распадается. Но скажем спасибо Льюис за ее дочь, у которой большое будущее в этом плане. Главное, что прямые потомки нашего призрака в доспехах все еще живы и могут охранять бессмертных от влияния обычных людей.
— Ким тоже бессмертна, и точно такая же ведьма, как и ты.
— Неужели? Заманчиво получилось, не отрицаю. В любом случае, ты еще многого не знаешь об острове, Энни. Он не просто не виден людям, не просто скрыт от посторонних глаз. Ты вообще спрашивала Этру, зачем Кинжалы?
— Чтобы путешествовать между мирами, это все знают.
Взгляд Терезы на этот мой ответ меня вдруг встряхнул. Я поняла очень многое за долю секунды. Неужели Остров на самом деле находится в другом мире, в который людям хода нет? Этра ведь никогда не упоминала о том, для чего конкретно все это вокруг. Она, как и Дарсия, что сидела рядом со мной по левую руку, знала о секретах мироздания. Осталось лишь спросить об одном, самом заветном для меня. Но я промолчала, решив оставить эту загадку на десерт, когда все закончится.
— Компас не у меня, он у другого человека. Он постоянно путешествует и тебе стоит вернуться домой, в Америку, прежде чем действовать.
— Как его зовут?
— Себастьян ДеЛунг.
   
POV Стивен
Элизабет открыла дверь и поприветствовала меня с Вайлет. Мне пришлось долго общаться с матерью, прежде чем мы начали находить общий язык. Это оказалось очень непростым делом, о котором я ни с кем не говорил, даже с Эллен.
Вайлет прошла в гостиную дома и осмотрела его. Ей это место показалось немного знакомым, но она и сама не поняла, почему. А потом она увидела на камине старую фотографию, которую я тоже ни разу не видел. На ней были наши родители и мы. Фото было сделано в тот самый день, и это только добавляло неловкости. Мы оба подошли к камину и пока Элизабет была на кухне и заваривала нам чай, взяли фото в руки и стали вглядываться. Странно, но нам показалось, что там мы выглядим даже лучше, чем сейчас. Безусловно, нам досталось за последние годы, но тогда тоже все закончилось не так гладко, как предполагалось изначально.
Виолетта и я на этом фото улыбались, даже еще не успев познакомиться, но мы и были по разные стороны. Она стояла с одного бока, я с другого, и всего лишь через какие-то считанные часы мы должны наконец заговорить, но стоит нам только подойти друг к другу, как вдруг поезд перевернется, став большой трагедией для двух семей, и всех, кто знал нас. Единственный сын Малькольма Миллса погиб в тот день, 25 мая 1855 года, оставив от себя лишь воспоминания (однако, был ли он единственным?). Виолетта Варга была третьей дочерью своего отца и единственной своей покойной матери. Была сестрой Уллы и Фионы. Первая стала вампиршей и достаточно злым персонажем, а вторая родилась бессмертной, но не получила от этого удовольствия.
Мы с Вайлет переглянулись и поставили фото на место, решив не думать об этом сегодня. У нас еще будет время это обсудить, хотя, как мы скоро узнаем, у нас его останется очень мало. Очевидно, смерть в нашей с ней жизни, причем не в одной, это важная составляющая, от которой нельзя убежать или предотвратить.
Наконец, Элизабет вернулась с подносом и чашками чая. Она поставила поднос на стол и присела на диван, а мы сидели напротив нее в креслах, пытаясь не чувствовать какой-то дискомфорт. Мы все понимали, что этого не избежать, ведь это было странно, что моя мать знакомится со своей невесткой снова спустя сто шестьдесят три года.
Мы все взяли по чашке и молчали примерно с несколько минут. Молчание превращалось в шум, который я уже успел выучить наизусть за свою долгую жизнь. Этот шум преследовал меня ровно до того момента, пока я не встретил Вайлет. Странно получается, ведь Джек влюбился в нее, подсознательно помня Энни, а они на тот момент времени были очень похожи. Я же встретил ее маленькой девочкой, спася из-под машины. Потом заметил ее, когда Джек встретил ее и во мне что-то проснулось. После сеанса Марка я уже четко понимал, что Вайлет мне нужна по какой-то непонятной причине, которую никто бы не смог назвать для меня в тот момент. И вот когда я вспомнил все, она вспомнила тоже. И теперь, когда мы знаем, что принадлежим друг другу, от этого еще страшнее. Шум не предвещал ничего хорошего, ведь молчание иногда говорит о многом. Так уже было, в прошлый раз. Поэтому нам было страшнее, ведь вдруг все повторится заново, и я ее потеряю на целый век. Но я решил, что если все получится именно так, как нам уже сказали, то я не оставлю ее. Если сказано, что мы погибнем вместе, то иначе никак. Элизабет этого было необязательно знать, потому что она только получила своего сына обратно, как и все свое прошлое.
— Я знаю, что у тебя сейчас другая жизнь, — начала Элизабет, — расскажи, пожалуйста.
— Что ж, — ответила на это Вайлет, — в этой жизни я Вайлет ДеЛунг, моя сестра Энни ДеЛунг, а ее дочь метит в наши королевы. Еще у нас куча родственников благодаря этому, так что ничего сложного.
— Но ты вампир, как это получилось?
— Я любила другого до Стивена. Там долгая история. Но в итоге я стала бессмертной, как и моя сестра, в конце концов. Теперь я здесь, застряв в теле подростка на века. Последние тринадцать лет прошли как мгновение, так что я жду не дождусь узнать, что такое быть в вашем возрасте.
В этот момент я почувствовал нотку ярости в голосе Вайлет. Возможно, она была очень обижена, что в прошлой жизни ее использовали как игрушку, ведь были иные правила жизни. Когда ты об этом помнишь, живется не лучше, если бы было просто понимание.
Элизабет нервно отпила, ведь для нее это был скорее упрек и шутка относительно ее возраста. Мне хотелось поправить Вайлет, что, по сути, мы с ней оба тоже недалеко ушли, но не стал будить зверя в клетке. Я ведь знал ее намерения, когда вез сюда. Ей хотелось задать моей матери кучу вопросов о том, почему именно она должна была стать моей женой и почему они все-таки поехали на том поезде. Однако, наш с Вайлет разум был одним целым, особенно после того, как она все вспомнила, и поэтому я ей дал понять, что Элизабет сама ничего не помнит, а может быть, и не знает. Возможно, это была идея наших отцов. Опять же, в то время были иные правила.
— Вам обоим будет очень нелегко это слышать, но в этом нет ничьей вины. И нелегко это для вас лишь потому, что вам хочется найти виновного, — ответила Элизабет.
Вайлет такой ответ не совсем удовлетворил, но мне она дала понять, что постарается сдержаться. Все-таки, она не хотела причинить двухсотлетней вампирше боль. Да, нам было обидно, но вымещать зло на моей матери было еще рано, ведь я хотел узнать и сам кое-что, что было связано с моим детством. Этого она не захотела показать на камине, но я прекрасно понимал, что она просто не была готова к этому. Только вот правда состояла в том, что это была история обо мне, а не о ней, и мне хотелось знать правду, даже если ей от этого будет больно.
Элайджа нас предупредил, что Элизабет может быть немного нестабильна, особенно после того, что ей предоставилось увидеть полгода назад. Вернувшийся в ее жизнь сын, да еще с любовью всей жизни. Знала бы она, как нам было сложно все эти годы, пока мы искали ее. Думаю, она понимала, но почувствовать этого ей было не дано, ведь она не жила той жизнью, которой жили мы. Обман Тессы, недоумевание Эллен, которая пыталась выйти на контакт, и в конце концов, все оказалось куда проще. Самый близкий ко мне человек скрыл ее, чтобы никто не смог причинить ей боль, особенно это касалось тех, кто мог бы ее искать. Только вот Августа не подумала о том, а что при этом буду чувствовать я. Да и не я один пытался ее найти из лучших побуждений.
Наконец, я собрался с мыслями и спросил:
— Был ли у меня брат-близнец?
Элизабет посмотрела на меня в ступоре, было видно, что я застал ее врасплох. Тема, которую она явно не поднимала примерно сто семьдесят лет, вдруг всплыла в один момент и испортила все, хотя портить было абсолютно нечего.
— Я должна отойти на минутку, — ответила она, так и не дав ответ на вопрос, который ей был задан.
Как настоящая леди позапрошлого века, она встала из-за стола и пошла как бы привести себя в порядок. Странно получается, ведь она сделала вид, будто вопроса и не было, когда ушла. Мы с Вайлет остались в смятении, не понимали, что происходит. Когда прошло примерно пять минут, мы начали беспокоиться, ведь я точно помнил, что настолько долго она не могла отойти. Сдержанная и сильная, она явно прятала все свои чувства глубоко под слоем изящества и воспитанности. Наконец, Вайлет встала и решила посмотреть, что там с Элизабет, но я должен был догадаться, что этот разговор все-таки не вовремя.
— Стивен, у нас проблемы, — сказала Вайлет, обыскав все, — ее нигде нет.
   
POV Вайлет
Настал вечер, но Элизабет так и не вернулась. Тогда мы решили, что будет разумнее дождаться ее в доме до утра, а потом пойти по ее следам, если это понадобится. Прятаться вечно она не смогла бы в любом случае, мы бы попросили Элайджу помочь найти ее снова. Или пришлось бы на крайний случай возвращаться обратно в Витч-Кросс, чтобы просить о помощи ведьм.
— Думаешь, она надолго исчезла в этот раз? — спросила я Стивена.
Он промолчал, я читала его мысли. Он сказал, что боится, что она могла знать куда больше, чем он думал. Возможно, у нее есть куда больше секретов, чем мы могли о ней знать. Но я его успокоила и уложила в свои объятия, в которых он уснул очень быстро. Я бы списала все на его возраст, о чем я думала в последнее время все чаще. Как Вайлет мне только тридцать, хотя до этого события чуть больше полугода. Примерно девять месяцев. Подумаешь… Но ведь я Виолетта, а это значит, что мне столько же, сколько и Стивену. Самое ужасное во всей этой ситуации то, что у меня были родители и в той жизни, но их я смутно помню. Особенно маму. Помнится только ее нежное прикосновение, ее оливковая кожа была самой красивой, какую я тогда видела. Но что я могу по-настоящему помнить с тех времен?
Во снах Стивена я видела его прошлое, и самые нелепые сны, какие могут сниться людям. В конце концов, мы тоже были людьми, просто не такими, какими является большинство. Мы существуем как миф, но на самом деле мы большой секрет, который время от времени раскрываем для других, делая и их самих этим секретом. Если бы не Джек, возможно, я бы жила и дальше так же скучно. Хотя мне в любом случае должно было перепасть бессмертие. Может все-таки стать смертной после борьбы с Питером?
Нет, Вайлет, выкинь это из головы, ты не можешь. Если ты станешь смертной, то какую жизнь ты проживешь? Тебе придется каждый день сидеть на работе, уставать, а потом приходить домой и пытаться что-то делать и там. То же самое будет и со Стивеном. Подумай не только о себе, но и нем. Если ты решишь стать человеком, то ты обрекаешь его на это решение тоже. Он тот, кто не помнит себя человеком, проживший полтора века бессмертным и ничего другого не знающий. Но проблема еще и в том, что ты помнишь все, в том числе и то самое время, когда вы жили не так далеко друг от друга. А еще твоя невозможность иметь детей, которых ты когда-то так сильно хотела. Теперь для тебя это не смысл жизни. У тебя есть Стивен, у тебя есть Энни, Эмбер, Тайлер. У тебя есть родители, которые вечными не будут. У тебя есть все это, бросать это глупо. Быть человеком — пустой звук, ведь и ты уже начинаешь забывать, как это. Все произошедшее тебя закалило, ты сильна. Став человеком, ты станешь слабой, не сможешь ответить ударом на удар. И защитить Стивена от Солнца. Да, раньше я готова была пойти ради него на все, но теперь я здесь главная, поэтому он готов идти за тобой и пожертвовать собой ради тебя. Мы оба готовы к этому друг для друга.
Эти мысли не могли не отразиться в его голове, там навеялись тучи. Я успокоила его, внушив, что все хорошо, и ничего меняться не будет. Погода будет только солнечной, и так будет вечно, не беспокойся, Стивен. Тогда и я закрыла глаза, и погрузилась в сон, где увидела достаточно странную картину.
Думаю, я действительно уже тогда понимала, что конец приближается и его никак не избежать. Ведь эта маленькая девочка по имени Виола смотрела на меня своими большими глазами, рассматривая так, словно видит в первый раз, но в то же время у нее был некий интерес ко мне, будто она пытается изучить меня детально, хотя уже знает как свои пять пальцев.
— Что я здесь делаю? — спросила я.
— Виолетта — это теперь ты? — спросила она меня в ответ.
— Да, теперь я — это я, — ответила я.
— Хорошо, — потом она продолжила, — я давно жду этого разговора. Мне нужно с тобой слиться. Но мы сможем это сделать лишь в самом конце. Стивену вот не надо ничего менять, ему больше повезло, чем нам.
— Знаю, у него все получилось, ведь он не умирал миллион раз.
— Не преувеличивай.
— Так что тебе нужно?
— Всего лишь предупредить.
— О чем же? — спросила я, сложив руки в закрытую позу.
Девочка сделала то же самое вслед за мной.
— Вот видишь, мы похожи и не разделимы. А предупредить я тебя хотела о солнце. Помни, лучи — твой главный враг, хотя мы с тобой обе знаем, что все-таки сделаем это. Стивен попытается спасти, но и он отдаст жизнь за правое дело.
— Питер проиграет? Обещаешь?
— А я тебя когда-нибудь подводила?
— Я тебя вижу второй раз в жизни.
— А вот и нет, гляди, — она протянула мне зеркальце, которое достала из кармана, и взглянул, я увидела не взрослую себя, а ее. Тем не менее, я все еще смотрела на нее немного свысока, хотя мой маленький рост мало себе это позволял. — Теперь ты все знаешь.
— Что ты хочешь, чтобы я сделала?
— Во-первых, Кинжал должен быть у тебя и больше ни у кого. Эмбер попытается сделать это вместо тебя, но ты должна ее спасти от этой участи, иначе будущее неопределимо и всем придет конец. Во-вторых, твоя задача спасти еще и Энни.
— Откуда ты все это знаешь, если я не знаю?
— Видишь ли, я та часть твоей души, которая не слилась с тобой вновь, поэтому, фактически, я имею связь со Смертью и могу получать информацию нужную тебе.
— Логично. Но Стивен не видит нас? Наш разум теперь един.
— Я та часть тебя, которую ему нельзя увидеть, потому что, опять же, слияния не было. Оно произойдет только после Битвы.
— Но почему только тогда?
— Я и сама не знаю, так должно быть. Есть вещи, которые нельзя знать точно. Возможно, что я ошибаюсь, и Стивен все видит. Хотя тогда он был бы здесь. И твое сознание смешается с его совсем скоро, но это может вас погубить, и тогда вы станете как Питер и Вселенная.
— Подробнее, юная леди.
— Питер, я думаю, всего лишь человек, которому повезло. Хотя на везение это мало похоже. Вселенная его использует.
— Кто такая Вселенная?
— Дарсия родила дочь когда-то давно, ты не знала?
— Возможно, упустила из виду, или забыла. А может быть я никогда и не знала об этом. Или время и пространство пронеслись мимо меня из-за слияния. Слишком много информации нахлынуло.
— Может тогда лучше не перегружать твой мозг? Ты скоро загоришься.
— А ты еще та язва. Теперь я верю, что ты — это я.
— Мы с тобой долго трудились над этим результатом.
— Возможно, но давай не забывать, что ты исчезла, растворившись в воздухе, когда я родилась. Никто так и не смог объяснить это исчезновение.
— Но я ведь знала, почему родилась. Подсознательно, я передала эти знания тебе, просто копай глубже.
Вдруг я почувствовала что-то за спиной, и повернулась, чтобы посмотреть. Когда я хотела вернуться к разговору с Виолой, девочка исчезла, будто ее и не было.
— Она такая непостоянная, — произнес очень знакомый голос за спиной. Это была Виолетта.
— Я думала, ты ушла в меня полностью.
— Но подсознательно я осталась с тобой.
— Не хватало мне еще из-за тебя попасть в палату психов.
— Не попадешь. Такие как ты там надолго не задерживаются. Поверь мне, уж я-то знаю. Помнишь лекции по психологии профессора Фитца?
— Этот мужчина научил нас многому, но он упустил из виду тот факт, что есть мы с тобой и еще кое-кто третий, а Стивен и вовсе четвертый здесь.
— Ты вся кипишь. Элизабет сбежала, как я и думала.
— Я бы настояла не читать мои мысли, но это невозможно. И все же, я просто не понимаю, зачем это все. Она сама позвала нас на разговор, а потом сбежала.
— Думаю, я знаю, в чем тайна.
— И в чем же?
— Она промолчала, Вайлет. Все просто. У Стивена есть брат-близнец.
   
POV Макс
Коробки продолжали прибывать в новый бар, открытие которого должно было состояться уже совсем скоро. Хозяин распорядился, чтобы ему дали разносчиков, однако у нас в городе такой роскоши не было по многим причинам, мы не впускали чужаков. Поэтому я так и не понял, почему Меган впустила этого парня к нам.
Я вызывался помочь ему, совершенно безвозмездно. Для меня было удовольствием узнать хотя бы что-то про него от него самого, ведь и Меган дала мне поручение с ним поговорить и разузнать, что ему нужно и откуда он. Конечно, это было нелегко, ведь парень был не особо разговорчив.
У него были зачесанные темные волосы, большие зеленые глаза, которые больше походили на синие. Он не улыбался, много молчал. Почему-то где-то в голове пронеслась мысль, что Энни он бы понравился, но почему именно, я так и не понял. Это была просто мысль, которой я дал волю жить, хотя я и не хотел этого.
Вскоре, он все же заговорил, но я не услышал у него никакого акцента, он говорил точно так же, как и мы, да и четко можно было услышать чикагский акцент. Все-таки один рабочий, кроме меня, там был. Именно с ним мистер Кристенсен и говорил, приказав отнести остальные коробки в подвал. Очевидно, там было вино, водка, шампанское, разные другие напитки, которые должны обязательно появиться.
— Вы не очень-то разговорчивы, — заметил я, обратившись к парню.
— У меня не так много знакомых здесь, — ответил он, однако этот ответ меня не очень убедил. Казалось, что все вокруг для него знакомо, но он пытается уйти от чего-то. В его мыслях я читал это, хотя и смутно, ведь он, казалось, хотел скрыть их от меня, будто знал, кто я. Но как это возможно? Он просто человек, Макс!
И все же мысли о том, что возможно он не так прост, как кажется, меня не покидали. Возможно, Меган была права, когда говорила, что в нем что-то есть, и для нее это что-то знакомое. На вопрос, что именно, она ответила, что и сама не помнит. Лицо ей казалось очень знакомым, и, хотя она просмотрела все альбомы с фотографиями, все же так и не нашла никаких доказательств. И я думаю, почему он здесь. Есть причина, почему этот человек приехал именно в этот город, а не в какой другой.
— Я отойду, — предупредил меня владелец бара и исчез, направляясь в подвал. Я хотел проследить за ним, но решил, что это не лучшая идея. В конце концов, кто знает, кем он мог оказаться.
Тогда я быстренько установил жучок, который мне дала Меган. Это лучше, чем следить за тем, кто может оказаться сильнее тебя. Потом я крикнул ему, что все расставлено и ушел, так и не дождавшись ответа.
   
POV Хлоя
Я пришла к маме, и она сидела, держа в руках фотографию. Задумчивое лицо и хмурые брови были нечастым явлением для Меган Льюис, которая, в основном, старалась быть больше позитивной, даже если это серьезное дело. Но здесь было что-то не так.
Я обошла маму, а она даже не заметила меня. Тогда я забеспокоилась, ведь она никогда не могла пропустить моего присутствия. Будь здесь Микки, он бы просто ушел, даже не спросив, что происходит.
— Мама, — произнесла я, и она в лучших традициях комедии, как я поняла, сидела с широкими глазами, после чего сказала:
— Призраки? Стражи?
— Скорее, твоя единственная дочь, — ответила на это я, и она обратила внимание на сумку, которую я при входе положила на кресло. Наконец, она повернулась и своим взглядом мне сказала, чтобы больше я ее так не пугала, а еще, что-то вроде «А, это ты!».
— Что за фото? — спросила я.
— Мод Нильсен, моя подруга из родительского комитета.
— Ты сказала Нильсен?
— Да-да, это женщина родственница Тайлера, жена его дяди. Сошла с ума двадцать лет назад, ее забрали в психушку, а ее сын сбежал и пропал без вести. Я пыталась его найти своими способами, но ничего не получилось. Ощущение, что кто-то помог ему скрыться от наших глаз.
— И к чему все это теперь?
— Этот Олаф навевает меня на мысли о Каспере. Он будто взрослая версия этого мальчишки, ведь на момент побега ему было всего шестнадцать лет. Не думаю, что он бы сильно изменился. Но если это он, то у него это хорошо получилось.
— Ты хочешь это как-то доказать?
— Да, но не знаю, каким образом. Макса я уже отослала к нему, но только что он позвонил и сказал, что установил жучок, остального не получилось. Тебя использовать я не могу, ты моя дочь.
— Нам нужна Энни?
— Думаю, да. Возможно, у нее это получится.
— Улла вернулась в город только что.
— Опять? Тогда Энни здесь пока не место.
— Бегать от нее она все равно не сможет, вернуться придется. К тому же, здесь у нее все, а Улла лишь небольшая преграда на пути.
— Вот вернутся Вайлет и Стивен и все начнется заново. Я боюсь, что ничем хорошим это не кончится.
— Улла не такая и большая проблема, если сравнивать с тем, что нас может ждать от Питера.
— Звони Энни, мне нужна она.
   
POV Энни
— Да, мама, я должна вернуться домой, поэтому вы с папой сами продолжайте это путешествие, — говорила я в трубку, но тут услышала гудок второй линии и попрощалась с мамой, а потом переключилась на вторую, — Алло.
— Энни, — отозвался в трубке знакомый голос.
— Хлоя? — спросила я.
— Да, это я. Мама хочет тебя обратно домой. Ты нам нужна по кое-каким причинам, но у нас есть новость.
— Что за дело? Что за новость?
— В городе кто-то новый и мама хочет его проверить, поэтому нам можешь помочь только ты. И новость заключается в том, что Улла вернулась.
— Так и знала, что этот допотопный персонаж вернется.
— Да, это не совсем приятно, но у нас есть буфер между ней и нами — Фиона.
— А кто этот новенький?
— Его зовут Олаф Кристенсен.
— Имя бутафорное, не кажется?
— Мама именно так и подумала. Ты поможешь?
— Конечно, только сначала у меня есть другой пункт назначения. Я еду в Новый Орлеан.
   
POV Сабрина
Сад из роз простирался на мили вокруг. Я и не знала, что лес остался, но мой замок за эти несколько лет оброс цветами. Я вернулась в свою любимую и почти родную Францию, где когда-то была Марго Де Бланшар. Розовые, белые, красные, они все были такие странные и красивые.
Я их нюхала, ведь если не сварить из них зелье, то они не опасны. Шон собирал их столько, сколько можно унести, а потом мы вошли в замок и там я увидела разруху. Вокруг снова было много паутины, на столе стояли тарелки, которые использовали Джереми и Калипсо, а вместе с ними и Сьюзен.
Я жалела ее где-то в душе, мне было жалко, что ее постигла такая учесть. Стать злодейкой совершенно по глупой причине… Я смогла избежать этого.
— Значит, хочешь сделать зелье и залить Питеру в глотку? — спросил Шон.
— Да, это единственное, что мы можем, — ответила я. Однако, у меня были планы и на себя, но этого я не могла сказать.
Наконец, я вошла в свои бывшие покои. Сколько раз за последние десять лет я это сделала. И до сих пор я помню, что у меня здесь было с Антоном. Я его любила, но не так, как Шона. Сейчас все иначе, и, возможно, я этому даже рада. Антон нашел свой покой, уйдя в другой мир, а мы с Этрой продолжили жить, хотя теряем и впредь. И поэтому мой самый большой страх — это потерять. В конце концов, бояться следовало не мне, а ему.
Шон подошел ко мне и обнял. Он понимал мои чувства в этот момент. Здесь было много разных воспоминаний, за которые я уже не цеплялась. Потом он меня поцеловал, и мы предались любви. И моя память пополнилась новым воспоминанием, более ярким. И я решила, что и впрямь не стоит цепляться за прошлое, а лучше идти вперед.
   
POV Этра
Я вернулась в город, но картина, которую я увидела, меня не удовлетворила. Улла въезжала вновь в тот самый дом, который Энни подорвала. Ремонт был долгим, никто с этим и не спорил, Меган даже настояла на том, чтобы он длился настолько долго, насколько это возможно. Однако, в итоге Улла все равно вернулась бы.
Я остановила машину у обочины на другой стороне центра города, вышла и увидела в парке Анну. Она сидела и смотрела, как ее потенциальная бабушка заносит свои чемоданы обратно в свой новый дом. Я присела рядом, мы улыбнулись друг другу как бы в приветствие.
— И долго она здесь? — спросила я.
— Достаточно, чтобы обеспокоить меня и порушить все планы на день, — ответила Анна.
— У тебя были планы?
— Мы с Джеффом собирались здесь встретиться, но я отменю встречу и перенесу в другое место и на другое время. Не могу гулять вокруг фонтана, когда на меня в окно смотрит самая хищная вампирша на земле.
— Энни еще не знает?
— Хлоя позвонила ей и все рассказала. Кстати, Энни скоро вернется, у нее какие-то дела в Новом Орлеане.
— Она не назвала, что она там собирается делать?
— Нет, лишь сказала, что это важно. А что там с Тайлером?
— Все еще продолжает учиться и пытается понять, что ему нужно. Чендлер его еще ждет, я полагаю?
— Он целыми днями только и делает, что играет на гитаре. Я пыталась его расшевелить, но ничего не получилось. Может ты с ним поговоришь?
— Я постараюсь все привести в порядок. Нужно все решить, пока Энни еще не вернулась.
— Удачи, потому что Чендлер находится в состоянии эйфории. Он нигде, но здесь одновременно. Ему не хватает Тайлера, как тебе Гэвина. Только разница в том, что Тайлер жив.
— Для влюбленных всегда не просто находиться врозь, будь они живы или нет. Ладно, я должна позвонить Энни, а потом сразу домой.
Мы с Анной попрощались, а потом я села в машину и набрала Энни. Телефон был недоступен, и я записала ей сообщение:
— Привет, это Этра. Я надеюсь, что скоро увидимся, и у меня есть новости для тебя, но прошу не бросаться на меня сразу. Тебе стоит поговорить с Чендлером лично, а потом я тебе все объясню. И так как Улла вернулась, то я тебя встречу и мы медленно проползем домой. Что ж, мне нечего больше сказать, поэтому просто жду тебя и очень скучаю.
   
POV Элеонора
Пещера была темной, но мы с Джинджер и Марком жили здесь, подчиняясь Питеру. Я была готова уже бежать, так как мой разум почти полностью освободился от влияния, которое на меня оказывали. Вдруг я снова начала становиться собой, чего нельзя было сказать о Джинджер. Внучка уже давно предсказала каждому из нас будущее, и все должно было решиться очень скоро.
Наконец, вошел Питер и позвал нас. По обе руки от него сидели Герман и Калипсо, с ними был Джереми, но главное место после Питера занимала Сьюзен.
— Мы приняли решение, — начал Питер, — Нам нужен компас, который принадлежал Дарсии. Где он?
— Был у предка Джека и Эмбер. Но она потеряла компас не так давно, его нет уже примерно около десяти лет, — ответил Марк.
— Недавно? Для нас каждая секунда важна, — требовательно ответила на это Сьюзен.
— Потише, детка, — успокоил ее Питер, — Надеюсь, вы найдете компас прежде, чем прозвенят колокола. Он не должен отдать звоночек Этре или кому-то еще. И не должен отбить молотом три раза в гонг. Вы поняли, о ком я. Убейте и его, и того, у кого будет компас.
Марк и Джинджер ушли. Я знала, Тайлеру грозит опасность. Поэтому я решила связаться мысленно с духом матери. Та могла предупредить Энни, и тогда бы все можно было предотвратить.
   
POV Энни
Я приехала в Новый Орлеан и взяла на прокат машину. Потом я поехала прямиком в дом того, чья фамилия почему-то была похожа на мою. Из истории семьи я знала, что у Жан-Жака ДеЛунга был старший брат по имени Себастьян, но о его жизни я ничего не знала и не хотела поверить в то, что возможно это как раз и есть он.
Когда я вышла из машины, то позвонила в дом, чтобы мне открыли ворота и тогда я смогла бы проехать к особняку. Когда наконец врата открыли, я въехала и мне открыли дверь машины. Потом я вышла, и какая-то девушка сказала мне идти за ней, я пошла.
На улице лил сильный дождь, я немного промокла, и мне дали полотенце. Наконец, мне предложили пройти в кабинет к хозяину дома и чашку чая или кофе. Я согласилась на теплый травяной чай, так как нервы привести было просто необходимо.
Спустя несколько минут мне поднесли на стол поднос с чаем и закуской. Я и правда не хотела бы отказаться от такого сервиса и дома, но там подобного ожидать не стоило. Максимум, что я могла получить в родном Витч-Кроссе, так это только то, что все будут удивлены. «Энни вернулась!», будут кричать все на весь дом. Я от этого немного устала, но наша жизнь была такова, что каждое мое возвращение было как аллилуйя. Праздник в каждом окне каждого дома каждого из нас.
Наконец, я услышала шаги. Они были четкими, сильными, громкими. Однозначно, это был мужчина, и по этим звукам шагов можно было понять, что он из старого времени. Его тень уже была видна, шаги были все ближе.
Когда он появился передо мной, я вспомнила его портрет в гостиной дома Эмбер. Я не понимала, зачем он ей, ведь он не был ее предком. Потом он прошел к своему столу, немного присел на него. Себастьян ДеЛунг еще в детстве мне представлялся безумным красавцем, мужчиной высокого роста и сильного телосложения, каким его младший брат не был. Одет он был времен Французской Революции. Видимо, он сильно любил это время, к тому же, он был французом. Зеленые глаза были отличительной чертой нашей семьи, но часто они имели крапинки коричневого цвета. У него были также темные волосы, бакенбарды, в лучших традициях того времени. На стенах у него висело много картин. Дом был большим, роскошным, как и его владелец.
Он взял бокал вина и отпил, но потом взял лежащий на столе пакетик крови и вылил его в этот самый бокал. Я немного удивилась, хотя зачем. Я ведь должна была догадаться, что он, вероятно, вампир, если уж до сих пор живет в этом мире.
Наконец, он заговорил:
— Полагаю, Робель отправила тебя сюда. Энни ДеЛунг. ДеЛунг. ДеЛунг, — он повторял это раз за разом, уже начав ходить взад-вперед. На его лице была тень задумчивости, и его хмурый лоб тоже показался мне знакомым. Это тоже было отличительной чертой нашей семьи. — Думаю, пора мне представиться. Меня зовут Себастьян ДеЛунг. К вашим услугам, — поклонился он, все еще держа бокал в руке.
— Я не понимаю только, зачем этот цирк. Я здесь по делу. Мне сказали, что компас у вас.
— Не нравится мое представление?
— Мне больше интересно положение дел, чем семьи в данный момент. Я знаю почти всех, кого только можно, это уже слишком.
— Но разве вас не интересует, мисс ДеЛунг, как я стал таким?
— Мне интересно лишь, почему вся моя семья замешана в этом. Будь у меня возможность, распутала бы этот клубок.
— Вы очень сильны, Энни. Я плохо понимаю ваше время, и вас саму. Я пытаюсь прочесть ваши мысли, но вы не даете мне этого сделать.
— Я просто еще не прожила и века, Себастьян. Как вы сами ввязались в это?
— А вот и интерес. Тогда расскажу вам историю с самого начала. Я родился в Париже, в семье богатых людей, которые вскоре после рождения моего младшего брата, решили переехать в Новый Свет. Осели они, конечно же, в Новом Орлеане. Но потом мы выросли, и я оставался чист почти до тридцати лет. А когда был юношей, меня тянуло вступить в эту гражданскую войну на улицах Парижа, дабы отдать свое сердце свободе. И вдруг я понял, что Америка и Франция имеют эту общую черту. Только Америка это пытается имитировать, а Франция ни от кого не зависит.
— У вас странные представления об этом.
— Тем не менее, они есть. Но продолжу рассказ. Наконец, мой брат решил, что Америка не для него и он женился на канадке, и уехал туда. Его семья упала на класс ниже спустя пару поколений. Моя же история была немного иной. В возрасти двадцати семи лет я влюбился в обычную девушку по имени Аврора. Ее мать переехала сюда из Франции, будучи служанкой одной богатой семьи. Мы не хотели тоже приобщаться к рабообороту. Я был аболиционистом в душе, но позволить себе вступить в их ряды позволил лишь к самому концу рабства. Я стоял под окнами Авроры каждый вечер с цветами, но сорвать ее цветок я не посмел до самой свадьбы.
— Она все-таки вышла за вас?
— Ее мать была против, как и мои родители. Но нас постигла ужасная участь. Аврора и дочь заболели и умерли, а я следующие несколько лет был не в себе. Потом я женился снова, но не по любви. И опять же, у меня было двое детей, из которых выжил лишь один. Позже я потерял связь со своими потомками, отдав их на растерзание истории. Кто-то умер на Гражданской войне, кто-то потерялся среди толпы в тридцатые. Эмбер ДеЛунг была единственной, кто знал обо мне.
— Эмбер не могла быть потомком ДеЛунгов, она вышла замуж за него.
— Мисс, вы плохо знаете историю своей семьи. Эмбер была моим потомком, по линии своего отца. Разве Анна не говорила об этом?
— Вы знаете, что Анна жива?
— Я знаю все, Энни. И я не хочу быть вашим врагом, а другом. Поэтому я отдам компас сразу же, как вы соберетесь уходить. Я хотел этой встречи, чтобы показаться, — тут он протянул мне другой бокал с кровью, в знак примирения.
— С вашей стороны это очень мило, Себастьян. Но как вы стали вампиром?
— Герман обратил меня, когда я уже женился снова и один из моих детей умер. Мне было нечего терять. Я предался сладостному греху, ведь плод так сладок. Что ж, компас ваш, Энни.
Девушка принесла мне компас и удалилась. Потом я взглянула на Себастьяна, и он улыбнулся мне, подняв бокал, а потом отпил из него. Наконец, я сказала:
— Мне пора. Но прежде, чем я уйду, я хочу попросить вас участвовать в Битве.
— Имею честь согласиться на это предложение.
Я улыбнулась ему в ответ и ушла. Без всяких излишеств я села в машину, выйдя под дождь, завела мотор и уехала. Потом включила телефон и прослушала сообщение от Этры. Я повернула в сторону Иллинойса и решила, что о машине никто уже и не вспомнит.
Но тут в голове пронеслась мысль о том, что может означать все это. Неужели, если Эмбер тоже была ДеЛунг, то мама и папа родственники? Что ж, если это и так, то им необязательно об этом знать. Главное, что об этом знаю я.
Дождь продолжал лить, как это обычно бывает в Новом Орлеане. Здесь я была впервые в жизни, но была уверена, что это так и есть. Дом ДеЛунга был уже позади, но я все еще ощущала этот пристальный взгляд на себе. Я была уверена, он не соврал мне о том, что будет участвовать в последней Битве. Он силен. Он был похож на Элайджу в этом одеянии и со всем этим вокруг. Такие люди держат слово. В конце концов, он часть моей семьи, а мы никогда не придаем друг друга.
   
POV Стивен
— Я думаю, мне пора на работу, — произнесла Вайлет, когда мы приехали на утро домой, решив обратиться все-таки к Элайдже, — Ты пойдешь к нему прямо сейчас?
— Пойду, обещаю.
Она улыбнулась и поцеловала меня, а потом пошла к машине, села и уехала. К полудню я собрался и пошел к Льюисам, где не застал Элайджу. На его столе лежала записка. Удивительно, но она была для меня.
«Дорогой Стивен, сейчас я с ней. Скоро все узнаешь.
Элайджа».
Глава 3
 Повестка
POV Энни
До города я добралась без происшествий. Дождь прекратил преследовать меня как раз тогда, когда я уже выехала за пределы Нового Орлеана.
Когда я добралась, еще на мосту меня уже ждала Этра, которая собиралась помочь мне пройти домой без возможной кончины, потому что Улла, как оказалось, вернулась в город. Я ожидала этого, ведь мой побег был обусловлен тем, что я сделала с ее жилищем. Тем не менее, из бюджета города были выделены деньги, чтобы сделать ремонт этого дома, и вообще отстроить его заново. Меган пыталась тянуть быка за рога, кота за хвост и не собирать ноги в руки, дабы эта дама не возвращалась как можно дольше.
 
Все-таки, я попалась на глаза Улле, когда мы проезжали по центру города, чтобы выехать к району домов. Она посмотрела на меня взглядом, которым обычно объявляют войну. Но знала бы она, что возможно мы одна семья, возможно тогда бы она не стала устраивать весь этот цирк с Виолеттой. Я понимала, что возможно она права и моя сестра и ее действительно один и тот же человек в разных перевоплощениях, однако мне не хотелось ее делить, чего не хотела и Улла.
Мне хотелось в тот момент выйти и поговорить, но ни Этра, ни Дарсия мне этого не дали сделать. В итоге мы все же доехали до дома и там, как я и говорила, начался шум. «Энни вернулась!», кричали все подряд. Но я не увидела среди радующихся моему возвращению ни Тайлера, ни Чендлера. Наконец, я спросила у Этры, где они оба, а она всего лишь молчала и проводила меня в библиотеку.
Он сидел в своем кресле и перебирал струны гитары. Мальчик так и не вырос во взрослого мужчину. Ему это и не нужно было, он и так был взрослым. Но в его глазах я читала некую грусть, и кое-что еще. Я могла ошибаться, пока не увидела, что у него в голове. Он не пытался защититься от меня, не скрывал свои мысли. В них я увидела, что он обратился в вампира.
Его грусть омрачалась, увы, не только бесконечными скитаниями в будущем, но и тем, что Тайлера нет рядом. Он… ушел? Но куда? Я просто решила присесть напротив него и спросить, но молчала еще долго. Он не выходил на разговор, спрятавшись наконец в мыслях о любимом. Мой сын сделал больно другому, но я понимала, как это бывает. Я была такой же.
— Почему он ушел? — спросила я.
Чендлер поднял глаза, и обида в них проглядывалась еще сильнее. Но в них была и сила. Я понимала, он оттает, и обида уйдет очень скоро.
Вместо ответа он протянул мне кольцо, которое, очевидно, купил для Тайлера. Я сразу поняла, что случилось. Возможно, это было ошибкой, уезжать. Но зато я выяснила более важные для нас вещи. Сердца молодых влюбленных непостоянны, в отличие от злодеев, которым всегда нужно что-то новое.
— Он сказал, что подумает, а потом уехал. Я ради него стал бессмертным, Энни.
— Это было неожиданно для него, я уверена. Когда я рассталась с Джеком, для меня были неожиданны многие вещи. Мне были неожиданны некоторые вещи и до него. Например, что я могла быть влюблена в кого-то другого.
После этих слов я задумалась, и мы долго молчали. Но откуда мне было знать, что все будет именно так? Я долго задавалась вопросами, к которым не находила ответов.
Дождь омыл и Витч-Кросс. Дома кто-то зажег свет, кто-то свечи. Темные тучи не предвещали никакой Битвы, иначе Клодия бы начала ураган внутри дома, а не снаружи. Сразу бы потянулась за своим Ящиком, которого у нее не было, его похитил Питер. В очередной раз она становилась его жертвой. И не только его.
Я сидела в своей комнате и думала о том, что сделал Тайлер. Потом собралась и пошла на кухню, там я и нашла Этру, которая мне была нужна. Она пила кофе и что-то читала. Встретившись со мной глазами, она отложила книгу и ждала, пока я начну говорить.
— Ты ему помогла сбежать? — спросила я.
— Ты сердишься? — последовал вопрос от нее.
— Нет, конечно, нет. Это ведь было его решение, так?
— Да, он решил, что еще не готов к таким сложным взрослым решениям и уехал. Странно слышать от мальчишки, который забрал бессмертие Калипсо, который владеет Экскалибуром и является последним потомком Тора. Который является, возможно, самым сильным из всех смертных и бессмертных, за исключением божьего проведения. Который может поднять молот и стучать им в гонг. А ведь все начиналось так просто.
— Ты права. Дети выросли и вот начались проблемы.
— Твои родители такого явно не думают.
— Они просто понимают, что это их не касается. В моем же случае, какими бы бессмертными мои дети ни были, от них идут куда более человеческие проблемы, чем любого из нас. И я, честно сказать, рада такому исходу.
— Однажды ты станешь человеком и снова погрязнешь в самом обычном.
— Я этого не боюсь, — ответила я, подумав пару секунд.
— На твоем месте я бы испугалась, но ты всегда была более бесстрашной, чем я.
— Не соглашусь. Ты жила тысячелетия, охраняя Кинжалы от Сабрины и ей подобных, но теперь позабыла о них, как и прошлом. Сабрина сделала то же самое.
— Просто спустя время забываешь все. Особенно свою человечность. Джеку стерли память, он не просто так все забыл, но и он бы тоже в какой-то момент обратил внимание на то, что забыл, как это, быть человеком.
— Я уже давно забыла. Как будто никогда и не была.
— Все чувствуют это по-разному, согласна. И читая твои мысли, я могу это чувствовать тоже.
— А Чендлер?
— Думаешь, он забыл?
Я подумала еще пару секунд и сказала:
— Мне кажется, он никогда и не знал, как это.
   
POV Стивен
Записка оказалась с адресом. Элайджа знал, что я это так не оставлю и мне захочется ее найти, поэтому я поехал по адресу, который был указан на обратной стороне листа.
Я собрался мгновенно, как только решил ехать. В итоге я понимал, что машины у меня нет, а значит, придется добираться на своих двоих. Очень повезло, что я не человек, подумал я иначе бы ничего не получилось. Дорога была длинной, но я не устал. Главное, чтобы все закончилось хорошо, и я ее смог вернуться, сказал я себе и отправился в путь.
   
POV Вайлет
Пациенты прибывали с самого утра. Ожоги, аварии, отравления, несчастные случаи. Со всего Чикаго приходило много людей, которые просили о помощи. Я не могла и не имела права отказать, к тому же я хотела помогать людям жить, ведь сама я мертва. Хотя бы технически.
Когда народ утихомирился, а у меня настало время обеда, я его потратила для начала для сортировки медицинских карт, и вытаскивала старые, которым от полугода и более, поскольку они надлежали уже к архиву, и за ними надо было отправить интернов, но я решила делать все сама.
Когда я наконец решила, что пора передохнуть, то позвала интерна по имени Марта, попросив ее помочь мне, пока я не допью чай. Она охотно согласилась, и отправилась перебирать карточки. Чай оказался горячим, но к нему у меня была закуска. Почти каждый раз, когда я уходила на смену, Хлоя заезжала и привозила мне стряпню Макса (именно его, потому что сама она была занята иными делами). Она оказалась не такой уж и плохой, поэтому было грех жаловаться на него. Эйса тоже получал кусочек каждый раз, как мог застать Хлою. Но Рэй с нами уже не было. В их отношениях настал напряженный момент, но мы об этом не говорили, поскольку у меня-то все было вполне себе прилично.
Именно из-за напряженных отношений, как я подумала, она перевелась в соседний городок, планируя уехать в Сиэттл. Там она уже подыскивала себе место, а оставить Эйсу явно было также в ее планах. Я не стала влезать во все это, дело не мое. Но мне было очень жаль, что все так получается. Столько лет они были вместе, и вот уже все, конец. Восемь лет коту под хвост. Тогда я подумала, что со Стивеном меня уже ничто точно не разлучит. Даже Смерть. А если и разлучит, то подождем каких-то полтора века и снова встретимся.
Мы с Рэй не были близкими подругами, да и общались исключительно в столовой. И тогда до меня вдруг дошло, что из всей моей семьи по-человечески работаю только я, да и еще за пределами Витч-Кросса, в самом Чикаго.
Когда она принесла мне стопку, я решила просмотреть их, перепроверить. Среди пациентов, которые лежали здесь чуть более полугода назад, я увидела двух с фамилией Миллс и третьим была маленькая девочка двенадцати лет, по имени Карен.
В деле ее родителей было написано, что они не выжили. Девочку выписали вскоре после этого, но дальше ничего не было. Я поняла, что это как-то странно. В последнее время Миллсы меня окружали, и я не могла не подумать о том, кем может быть эта девочка.
Возможно ли, что она потомок брата Стивена? Если это так, то, где она сейчас? В конце концов, должны же быть какие-то родственники. И я вдруг захотела ее действительно найти. Я понимала, что дело это не простое, однозначно. Но не попробовав, я не узнаю.
Виолетта не покидала мой разум. Мне казалось, что она уже оставила меня, стала частью моей души насовсем, но она продолжала почему-то существовать будто бы отдельно в моей голове, как вторая личность. И впрямь, подумала я, какое-то раздвоение личности, а не отголосок прошлого. Если бы я могла вспомнить все то, что было тогда, не мучилась бы с этой взбалмошной девчонкой. Но она была частью меня и спорить с ней было трудно, потому что это был бы спор с самой собой. Впрочем, не то что бы «бы», а таки есть.
«Ты знаешь, что делать», — отозвалось у меня в голове.
«Заткнись», — ответила на это мысленно я.
Когда Марта подошла, я попросила ее связаться с социальной службой по опеке, чтобы встретиться с ними и навести справки. Помощи я в этом могла получить также от Меган, потому что имея такие связи, я могла быстрее найти Карен. И возможно, тогда мы что-то узнаем, если ситуация меня не подводит.
   
POV Макс
Мы с Хлоей приехали к бару Олафа, но там его не застали. Двери были закрыты, витрина была зашторена. Никаких признаков жизни не было. Мы стояли так несколько минут, прежде чем Хлоя вопросом о том, куда он мог пропасть.
— Он уехал на пару дней, — ответил какой-то старик, услышавший наш разговор.
— Куда он уехал? Надолго? — спросила Хлоя.
— Он ничего не сказал, кроме того, что ему надо отлучиться, — сказал старик и завернул за угол, между зданиями, по направлению к мусорке. Бродяга, подумал я, увидев эту картину.
Не придав этому значения, мы сели в машину и уехали. Потом я спросил:
— Ты не думаешь, что этот Олаф какой-то странный?
— Старичок был не менее странным, Макс, — ответила Хлоя, — Но да, я тоже так думаю. Вообще, так думает и мама, она давно пытается встретиться с ним, но ничего не получается. Поэтому, она хочет, чтобы Энни с ним познакомилась.
— Как будто Энни может что-то с ним сделать.
— Возможно, мама просто что-то знает и не говорит нам, и это как-то связно с Энни. Только вот сама Энни ничего не знает тоже. Когда я ей сказала, для чего мама хочет ее отправить на эту миссию, она озадачилась не меньше моего.
— Если нам это сможет помочь, то я бы с удовольствием отправил Энни расхлебывать все это. Она одна из немногих, у кого хорошо получается взаимодействовать со всеми неизвестным нам личностями и врагами, которых уже по горло.
Когда мы наконец добрались домой, то увидели, что Меган и Энни спускаются из кабинета. Несколько секунд стояла гробовая тишина, а потом она сказала:
— Я согласна с ним встретиться. Я пойду на это.
   
POV Сабрина
Как только мы закончили со всеми своими делами, то позвали Кэтрин и Ника помочь нам добраться домой быстрее. Как только они появились, то сразу же нас перенесли обратно в Витч-Кросс. За время нашего отсутствия ничего не изменилось.
В центре города хоть и гуляли люди, но никто не заметил нашего появления, чему мы были очень рады. Когда же мы добрались до дома, то там нас встретили с радостью. Клодия пыталась шутить, как и всегда, подняла дом на уши еще больше, дабы отпраздновать возвращение всех обратно. В конце концов, здесь была и Энни, которая наконец вернулась домой.
Мы решили в итоге, что я действительно сварю зелья. И их будет несколько, а может быть и несколько десятков на всякий случай. Но также, варить их надо было уже сейчас. В тот день я и начала.
Вся комната благоухала в запахах роз, мака и лилий. Многих других цветов. И я знала, что если дело дошло до этого, то конец и впрямь близок.
   
POV Этра
Я сидела в центре города, у фонтана. Люди проходили мимо, кто-то сидел на лавочке и целовался, кто-то читал, кто-то доедал очередной фастфуд. Солнце светило где-то позади меня, но я надела солнечные очки, и пыталась прикрыть глаза, ведь никто не увидит, подумала я.
Дом Уллы отстроили заново. Меган пришлось выделить деньги из бюджета города, чтобы бедная шведка смогла жить где-нибудь. На то время, что дом отстраивали, она и Фиона вернулись обратно к себе и не появлялись, хотя мы и получали некоторые весточки от второй, потому что Уллу никто видеть не хотел.
Пока я сидела, получила сообщение от Энни, что Сабрина вернулась. Шон, конечно же, был с ней. Но я не застала их возвращения, поскольку не знала об этом до сего момента. Я бы могла их встретить в центре, но раз уж не получилось, то не страшно, подумала я. Доберусь домой и увидимся, хотя я ужасно скучала по ней.
Вдруг я услышала шаги. Не очень знакомые мне, но тем не менее, хорошо слышимые. Каблуки стучали по земле, отдаваясь эхом. Она села совсем рядом со мной, ожидая, что я ей что-нибудь скажу. Но нет, я просто закрыла свой разум, чтобы та не смогла в него пройти. Если бы она читала мои мысли, то был бы конец света. Я не могла допустить того, чтобы она что-то узнала.
На ней были очки в красной оправе, красный платок из пятидесятых в горошек, синее платье (ее любимое, я полагаю), красные туфли, красная помада на губах. Это я смогла заметить боковым зрением. Она была будто бы действительно из пятидесятых. Но я прожила уже тысячелетия, поэтому то, что было шестьдесят лет назад, для меня было как вчера. Как баран чихнул.
Тогда я подумала, что это даже хорошо, что Гэвин умер, иначе бы его убила эта дама. Я уж точно знала, что такие, как она, всегда пытаются добиться своего. И дело было не в цвете ее волос, а в том, что она пережила и ее противном характере.
Она ждала, пока я заговорю, но я упорно делала вид, что я ее не вижу. Потом она заговорила сама:
— Думаешь молчать так до скончания времен?
— Ты все еще жива? — спросила я.
— Энни не смогла бы меня убить. Силенок не хватит.
— Когда ты перестанешь быть такой стервой? Она ведь может оказаться частью твоей семьи, а ты, к сожалению, нашей.
— Никто не сможет это доказать, к тому же, я ничего не скажу на этот счет. Всего лишь какие-то инициалы. Любой дурак может такое сделать, имея похожие.
— Время совпадает.
— Как бы там ни было, я ничего не скажу.
— Ты и впрямь не жалеешь никого, кроме себя, — сказала я, повернувшись к ней уже всем телом. — Энни не заслужила такого отношения к себе. Зачем ты здесь?
— Виолетта нужна мне. И пока она не подтвердит, что она моя сестра, я отсюда не уеду.
— Но что, если ты ошиблась? Вдруг Вайлет не Виолетта?
— Вот увидишь, я окажусь права. А для Энни я приготовила маленький сюрприз.
— Сюрприз?
— Тебе стоит спешить домой, если не хочешь пропустить шоу.
Тогда Улла встала с места и пошла вперед, к себе домой. Я тоже встала и поспешила к себе. Я хотела предупредить Энни о том, что что-то грядет.
   
POV Элеонора
Я долго пыталась связаться с Дарсией. Она не откликалась днями, и вдруг оказалась рядом со мной. Я видела ее не очень четко, но грандиозность древней вампирши никто не мог повторить.
Последний раз, когда я видела свою мать, она была старой и иссохшей. Джереми и Герман, каждый в свое время, довели ее и остальных до истощения, но она осталась в мире живых, в отличие от других. Она позволила себе войти в разум Энни, а та пустила ее. Никто не знал, что таким образом позволяет существовать ей еще дольше, кормя своим разумом, подпитывая ее существования и давая ей еще кусочек времени. Мне так не повезло, я не смогу ни к кому примоститься, когда придет мой час.
— До чего тебя довела жизнь, — сказала Дарсия, увидев меня в лохмотьях, остатках моей одежды. Точно также выглядела моя душа изнутри и это было видно снаружи.
Мать осматривала меня, возможно, с призрением. Я никогда не смогла бы быть как она. У нее в жизни все получилось, кроме ее детей. О том, что нас трое, я узнала от Германа, который поддерживал контакт с Медузой.
Впрочем, ничего не изменилось. Я все еще была рядом со злодеями. Питер и Сьюзен поддерживали некую связь, хотя ее чувства относились только к Нейтану. Калипсо и Герман появились снова в мире живых, вместе с ними и Джереми, который вообще не понимал, что происходит. По нему было видно, что его злая часть уже исчезла в небытие.
— У меня для тебя срочные новости, о которых Энни должна узнать прямо сейчас, — сказала я.
— И что же происходит?
— Питер приказал Джинджер и Марку найти Тайлера и убить его прежде, чем он прозвенит в колокольчик и ударит молотом в гонг три раза. Также это касается того, у кого сейчас компас.
— Их тоже коснулась Тьма… как печально, — произнесла Дарсия.
— Я очень хочу, чтобы ты их предупредила. Меня покидает Тьма, и я надеюсь, что смогу помочь им в Битве.
— Не утруждайся. У Энни есть я, у остальных есть она. Мы справимся и без тебя.
— Просто передай ей это. Я хочу сделать хоть что-то хорошее прежде, чем уйду.
   
POV Эмбер
— Я видела все очень четко, Тоби, — произнесла я, но уже после того, как закончила свой рассказ.
Тоби сидел и слушал все очень внимательно. Он понимал, насколько все серьезно.
— Другого выхода нет? — спросил он.
— Увы. Я рассмотрела несколько вариантов будущего. Либо они, либо мама и тот парень на фото из альбома. И почему-то это что-то непонятное. Огонь. Много огня. И парень, превращающийся в камень. Но я должна предотвратить это. Ты пойдешь за мной?
— Я пойду за тобой куда угодно. Я согласен на это, Эмбер. Если нет другого выхода, то это должны сделать мы. Но как мы будем действовать?
— Нам нужна Кэтрин. У нее есть Кинжал. Думаю, можно будет сделать это с его помощью. Или, на крайний случай, поднять со дна моря гроб с одним из сыновей Этры. Но это слишком накладно.
Тогда мы сидели молча в тишине, думая. И тут до меня вдруг дошла мысль. Склеп — то единственное место, где можно наткнуться на самое полезное. И это касается не только вещей, но и людей. Яна. Мне нужна Яна.
   
POV Чендлер
Я сидел и играл на гитаре. Я только и делал, что спал, играл, читал, иногда ел. Кровь не доставляла мне никакого удовольствия, поэтому я питался человеческой пищей. Я не знал, чего хочу в этой жизни. Ради Тайлера я стал бессмертным, но он в итоге не смог сказать мне банальное «да».
Шон вошел ко мне в полной тишине, не сказав ни слова. Он лишь сел рядом, я положил гитару, и он похлопал меня по плечу. Мы лишь молчали, но мысленно он мне сказал, что с Тайлером сложно и мне надо привыкнуть к подобным выходкам. Он просто запутался, сказал мне Шон.
Я не мог выбросить из головы этого сероглазого блондина, викинга, потомка Тора и обладателя молота. Не мог выбросить из головы его голос и то, как он говорит. Его взгляд, его мысли, его всего. У него были красивые стихи и фотографии. Я перечитывал их почти каждый день, пытаясь уловить хоть что-то обо мне. И я был в каждой строке.
Я вдруг подумал о том, что хорошо, что Шон не может читать моих мыслей, потому что тогда я подумал, что хорошо было бы уехать отсюда. Но это при условии, что Тайлер действительно не вернется. Я мог бы уехать и искать сестру где-нибудь в Оклахоме, или уехать в Сиэттл, чтобы поговорить с ним, мог бы наоборот уехать из страны и повидать весь мир, или просто переехать в соседний город из Треугольника и жить там, никого не трогая.
Но я не мог принять это решение сам. Мне хотелось, чтобы за меня решил Тайлер, только ему было под силу решить что-то серьезное. И он это уже, к сожалению, сделал. Конечно, я мог довериться лишь ему и никому другому. Только он, тот самый, кого я ждал, мог помочь мне принять важное решение. Только он. Обладатель молота Тора, хозяин Экскалибура. И кто сказал, что геи женственные и слабые?
Он был доказательством того, как все может обстоять на самом деле. Он был единственным, кому можно было доверить все, и не промахнуться с выбором тайника тайн. Он был как Ящик Пандоры. Сама Пандора, конечно, была не такой и надежной, потому что поднимала дом на уши при каждом явлении Энни. Как будто явился сам Иисус. Но Тайлер был еще и бессмертным. Я это знал, но он нет. Я хотел ему сказать, но не имел права. Мы с Энни договорились, что не скажем ему, пока он сам не догадается. Возможно, это ужасно с нашей стороны, но мы должны были дать ему время, иначе все было бы еще хуже, чем есть.
И все же я сошелся на том, что решение за меня мог принять только он, поэтому я покорно ждал его здесь, там, где он меня оставил. Я не выходил из этой части дома сутками, иногда не евши и не пивши. Наконец, я понял, что очень устал от раздумий и положил голову на колени Шону. Он гладил мою голову, мысленно говоря, чтобы я успокоился и заснул. Он был настоящим другом, а таких у меня осталось немного. Энни занималась своими делами, Стивен тоже куда-то ушел, Гэвин умер, а любовь моей жизни оставила меня. Это все может показаться бредом подростка, но я точно знал, что чувствую и это было сильно. Поэтому я и решил, что дождусь его, чтобы он решил за меня. Он был обладателем не просто молота или Экскалибура. Он был обладателем моего тела, разума. Он был обладателем моего сердца.
   
POV Анна
Мы с Джеффом гуляли по лесу, и это было отличное свидание. Я на таких не была. Собственно, у меня их и не было. В то время, когда я жила, все было иначе. Родители сами договаривались о браках. Моей сестре повезло куда больше, чем мне. Ей дали выйти замуж по любви, поскольку это были уже двадцатые и договоренные браки оставались разве что у королевских особ.
Когда мы вышли на аллею перед домом, то заметили почтальона и он заметил нас тоже.
Подойдя к дому, он сказал:
— Вы отсюда?
— Да, — ответила я, — а что?
— Тут письмо по этому адресу. Передадите?
— Да, конечно, — я взяла конверт в руки. На нем была печать. Почтальон ушел, и я увидела на конверте имя Энни.
Я постучала в дверь, поскольку ключей у меня не было, а дверь оказалась закрытой (что странно, ведь последние лет десять ее никто не закрывал, за редкими исключениями). Дверь мне открыла Энни, которая еще не знала, что ее ждет.
   
POV Энни
— Проходи, мы просто прикрыли и забыли, что не стоит этого делать, — сказала я Анне, которая что-то держала в руках. — Что это?
— Это тебе, кажется, — ответила она.
Я прошла в гостиную к дивану и стала раскрывать конверт, на котором было мое имя. Наконец, я достала листок и то, что я увидела, меня потрясло.
— Что там? — спросила Анна.
— Это повестка в суд. Меня вызывает Улла. Она подала на меня в суд за то, что я подожгла ее дом.
Клодия в этот момент стала драматизировать, оставаясь в своем репертуаре. Другие же не стали так делать, а лишь пытались привести меня в чувство. И правильно делали, потому что я была больше зла, чем потрясена. Но эти два чувства смешались, и я уже не знала, что именно чувствовала.
Улла отплатит за все. И за то, что хочет забрать Вайлет, и за то, что пытается сделать со мной. Я пообещала себе это. Так и будет.
 
Глава 4
Суд
POV Энни
Когда я прочла повестку, рядом появилась Дарсия. Я ощущала, что она хочет мне о чем-то поведать, но увидев, что происходит, не решилась. Я решила, что мы поговорим об этом, когда суд завершится.
Я попросила Меган представлять меня в суде, у нее есть адвокатская лицензия, ведь по образованию она - юрист. К тому же иметь опору в виде мэра города — огромный плюс для меня. Такой человек вряд ли проиграет дело, особенно если учитывать то, что судья не захочет идти против главного в городе человека. Иначе, это неуважение к ней. Да и следует изначально подумать, что, если она взялась меня защищать, значит, уверена в моей невиновности. Хотя в этом случае все было не так однозначно. Ведь я была виновна. Я подожгла дом Уллы. Конечно же, она все сделала правильно, подав на меня в суд.
Мы вошли в зал. С нами не было только Вайлет, она еще не приехала из больницы, но мы могли начать и без нее. Странно. Если Улла и впрямь ее сестра, значит, обе ее сестры враждуют между собой и дошли до суда. Как в судный день. Подумать только. Я довела это до такой запущенности. Когда Тайлер ее впервые увидел и начал подозревать что-то, надо было его послушать, но мы были заняты несколько другими делами. Не менее важными, но все же… Я не видела никакой проблемы и решила отложить эту войну. Хотя бы одну за свою недолгую жизнь. Откладывая, я сделала только хуже. Мы оказались в зале, где сидят присяжные, а я обвиняемая. Повезло, что не взяли под стражу. Как-никак, а все-таки я не убийца.
Тайлер, ах мой милый Тайлер. Сынок. Ты сбежал. На твоем месте я бы так не поступила. Но я понимаю твой страх, думала я. Понимаю, насколько тяжело было найти в себе силы привыкнуть ко всему этому, но ведь ты хранишь в себе секреты, о которых сам не знаешь. Бессмертный, обладатель Экскалибура и потомок Тора. Сильный физически и морально, но такой слабый перед решениями. Ты и Чендлер оба слабы в этом смысле. Как бы я хотела, чтобы ты сидел недалеко от меня, в этом зале, и смотрел на Уллу как на врага народа. Ведь так и сделал бы, защищая меня.
А еще мне нужна была Вайлет, которая бы постаралась не принять ничью сторону, а сидеть где-то в углу и не высовываться, потому что попала меж двух огней. И впрямь, огней. Мы с Уллой были очень сильными личностями. Я, как и она, умела любить, но если мы с ней одна семья, то эта непостоянность с мужчинами у нас в крови. Хотя этого нельзя сказать про мою маму и Вайлет. Моя мать прожила всю жизнь с отцом. Вайлет была с Джеком, но у них не было близкой связи, поэтому я предпочитаю эти отношения считать более платоническими. Я же была другой. Любила Джека, любила Тони, симпатизировала Антону. Но был кто-то еще до Джека. Ах, да! Каспер Нильсен. И опять я спрашиваю себя, не является ли он родственником Тайлера. Если да, то это какой-то ад, из которого невозможно выбраться. Все вокруг составляют одну большую семью.
Еще у нас были сильные характеры, только я была однозначно спокойнее, чем шведка. Мне были присущи равновесие в эмоциях, скандалов я не устраивала. Улле же все было фиолетово. Она не знала никаких рамок, ее не беспокоило то, что подумают другие. Но внешне мы с ней были чем-то похожи. Глаза. Только у меня они были зелеными, а у нее, почему-то, голубыми. Но почти серыми.
Когда все заходили и занимали места по обе стороны, самым странным было то, что Фиона заняла место по мою сторону. Я уловила взгляд Уллы, как и сама Фиона, а потом я разглядела ненависть во взгляде первой, ведь вторая заняла не ее позицию. Фиона же ответила мне своим взглядом, что все нормально, дескать, побесится и успокоится.
Наконец, все расселись и подошла Меган и адвокат Уллы. Они заняли свои места. Мы стали ждать судью, но он никак не появлялся. Я вообще удивлялась, что суд состоялся так скоро, на следующий день после повестки. Видимо, Улла пыталась подкупить все инстанции в городе. Да, она знала этот город очень хорошо, хотя выросла другом месте. Ее отец, как я недавно узнала, родился в Нью-Йорке, но имел небольшое дело и переехал в Джорджию. Там женился на ее матери, на шведке, чье имя было Сигрид Хольм. Ее родители были иммигрантами, но они имели какой-то достаток, поэтому английский знали, и в высший свет прошли. В то время ты либо крестьянин, либо богач. И Сигрид повезло. Она вышла замуж за отца Уллы, и девочка родилась. Она была окружена лаской и заботой, но потом Сигрид заболела и умерла, когда Улле было всего три года. Отец быстро женился на еврейке из России, которая очень быстро после свадьбы родила Фиону. Но сестры не были близки. Одна подкладывала под себя другую, подстраивала ее интересы и жизнь под себя, потому что ей было так интереснее.
Фиона же утрату матери пережила не так болезненно и пыталась заботиться о младшей сестре, которой была Виолетта. Стоит заметить, что Улла хотела праздной жизни и меняла мужчин как перчатки, не задумываясь ни о чем. И если она вдруг соблазнила Стивена и забрала его честь, то если Анна является ее внучкой, тогда Стивен был моим предком, что больше звучало как шутка. Я не могла в это поверить, когда додумалась и вот, сидя на своем месте, я думала, что все возможно. Стивен ничего не помнит, а Улла ничего не скажет. Доказательств нет. Разве что сделать тест ДНК. Но кто будет проводить такой тест, если ты мертв? Согласилась бы только Меган. Но я решила, что не хочу знать, иначе мир вокруг меня разрушится, и это разрушение повлечет за собой катастрофу для Эмбер и остальных.
Фиона же пожертвовала своей личной жизнью, чтобы Виолетте было легче жить рядом с Уллой. Три сестры делали вид, что дружны. Самая старшая играла эту роль перед отцом, средняя была буфером между каждым членом семьи, пытаясь защитить младшую от старшей, а младшая как раз ничего и не понимала. Ей было непонятно, зачем Улла себя так ведет, и что она этим хочет показать. Она была не глупа, вовсе нет, просто не понимала некоторых вещей, поскольку ей было уделено больше внимания, чем ее старшим сестрам. Она выросла в шике и блеске, практически не зная боли. Ощутила ее лишь на долю секунды, перед смертью. И если Вайлет была ею, то я не знаю, как в ней могло уместиться два настолько разных человека. Ведь она не просто так вызвала Фиону на переговоры. Значит, в этом был смысл.
В зал вошел судья, а потом было сказано:
— Всем встать!
   
POV Стивен
Я добрался до места нахождения Элизабет и Элайджи на следующее утро. По пути пришлось украсть пару бургеров, пока никто не заметил и перекусить. Красть еду — мое кредо. Вспомнить только, как меня накормили, когда я вернулся к жизни, а это было уже далекие десять-одиннадцать лет назад.
Элизабет сидела на обочине, держа что-то в руках. Заметив меня, спрятала это в кармане. Я присел рядом, но мы не смотрели друг на друга, а просто молчали, смотря вперед. Наконец, я решил спросить:
— Где Элайджа?
— Скоро подойдет, — ответила она.
— Что вы делаете на заправке? Я думал, вы в отеле.
— Решили потихоньку возвращаться обратно. Я испугалась Стивен.
— Чего именно? Я просто спросил то, что мне было интересно.
— Я промолчала, потому что ты задал очень важный вопрос. Ведь ты прав, Стивен. У тебя есть брат-близнец.
Она достала фотографию и листок с адресом. На фотографии были я, отец, она и еще один мальчик, с которым мы похожи как две капли воды. Он смотрел вперед, на меня, более глубоким взглядом, чем есть у меня. Я ощущал в его глазах некую мудрость. Возможно, это от осознания, что сейчас мы были бы ровесниками.
— Что с ним случилось? И что это за адрес? — спросил я.
Элизабет вздохнула очень тяжело, потом выдохнула и закрыла глаза, будто готовится сообщить мне некую новость. Смерть мне уже говорила когда-то, что возможно мой брат жив. Точнее, она не знала точно, но это было одним из предположений, ведь он и не умер, иначе она бы об этом знала.
— В 1843 году, когда вам было по пять, индейцы пришли к нам в дом. Предки твоего отца были одними из первых, кто поселился на той земле, и поэтому они хотели платы. У них отобрали свободу, поэтому им нужна была жизнь. Они не знали, что вас двое и я взяла Оливера, отдав его им. Я поступила так, чтобы спасти семью. Они обещали наслать проклятье на род и тогда бы все могло закончиться раньше. Ты меня осуждаешь, я это чувствую, но я не могла поступить иначе. Я спасала семью.
— Судить тебя могут лишь после смерти. Здесь я не очень разбираюсь. Но ты сказала отцу?
— Я сказала ему, что Оливера украли. А ведь, по сути, почти так и получилось. Позже они прознали, что вас двое. Они пытались похитить и тебя. Но мы заключили сделку, что род должен завершиться. Я поэтому и выбрала Виолетту, потому что я подкупила врачей, и они сказали, что, вероятно, она не сможет иметь детей. Другие девушки на эту роль не подошли. Я молилась, чтобы ты возможно вообще никогда не полюбил женщин или отказался от этой жизни в пользу мессы. Но ты рос и ничего не происходило. Ты был тихим, а потом я решила, что раз уж никаких заявлений подобного рода нет, то я должна найти ту, что будет дефектной и подходящей для нас.
— Отравить меня не пробовали?
— Стивен!
— Лучше заставить всех страдать, чем решить проблему всего лишь каким-то ядом?
— Я не хотела такого исхода.
— Сейчас это даже не важно. Потому что Вайлет бессмертна, и она бесплодна в любом случае.
— Физические данные Виолетты передались ей совсем?
— Именно. И даже стань мы людьми, нам это не нужно лечить. Она никогда не была дефектной. Такой была лишь ты, надеясь не схватить тиф.
— Много лет спустя, я пожалела о своем решении. Я нашла Оливера, но он не захотел со мной особо говорить. Из его пары слов я поняла лишь, что он счастлив и что я ему не нужна.
— Когда это было?
— В 1894. Я отправилась к резервации, где он тогда находился. Индейцы уехали, забрав его с собой. Позже я узнала, что он воевал против белых на всех этих войнах против индейцев. Он убивал тех, у кого родился, чтобы бороться за права тех, у кого вырос. У него, однако, была жена и сын.
— Когда он умер?
Она посмотрела на меня взглядом, будто упустила что-то важное. Потом тыкнула пальцем на листок под фотографией. Там был адрес дома в Сауз-Спрингс.
— Он жив? — недоумевающе спросил я.
— У него остался единственный живой потомок. Девочка, которую зовут Карен Миллс. Ее родители погибли не так давно. Я налаживала контакт с Оливером последние года два. Он уже старый.
-Но как?
— Индейцы даровали ему бессмертие на два века. Они увидели в нем избранного. Не знаю, по каким причинам, но они увидели в нем то, что не увидела бы я. И иногда я думаю, в такие дни, как этот, что было бы, если бы не все то, что случилось.
— Вероятно, ты бы не искала мне «дефектную» невесту.
— Ты злишься?
— Есть такие ощущения. Почему вы его назвали Оливер?
— Он родился первым. Малькольм назвал его в честь своего отца. А тебя назвали просто так, имя показалось мне красивым.
— А потом надежды отца на старшего из близнецов не оправдались, и он пытался отыграться на мне. Я начинаю вспоминать, как он не воспринимал меня всерьез.
— Это было полтора века назад. Пора забыть.
— Я и так слишком долго ничего не помнил. Думаю, теперь пора помнить каждую мелочь. Каждую обиду. Особенно, на тебя.
— Я хочу загладить свою вину перед тобой, Стивен.
— Каким же образом?
— Познакомить тебя с Оливером.
Я повернулся к ней и смотрел недоумевающе. Я не понимал, к чему это. Я не ожидал такой правды. Возможно, она и не была мне нужна.
— У тебя все слишком легко, Элизабет, — ответил на это я.
— Я не вижу иного выхода, кроме как поддаться этому, Стивен, — вдруг сказал Элайджа, который появился как раз в эту секунду.
— Я не хочу об этом говорить.
Я повернулся и пошел обратно, откуда пришел. Сзади я слышал:
— Он меня не простит, Элайджа.
— Простит. Ему просто нужно время.
   
POV Энни
— Слушается дело №325. Поджог. Обвиняемая — Энн Мередит ДеЛунг, ее адвокат Меган Льюис. Потерпевшая — Урсула Анн Хендерсон, ее адвокат Кристиан Бувье.
Тогда я обратила внимание на второе имя Уллы. Анн. Почти как Анна или Энн. Точнее, то же самое имя, что и у меня, только в скандинавской форме. По словам мамы, когда я была маленькой, в нашей семье это имя передается по линии женщин, но откуда это пошло, неизвестно. Вероятно, мать Анны знала, кто ее родил, и она выяснила об этой женщине все.
Улла помахала мне очень легким жестом, как бы намекнув, что вот и сошлись две «благодати» в одном месте и в одно время, и пора сразиться за звание лучшей.
— Прошу выйти потерпевшую к скамье, — пригласил ее судья.
Улла грациозно встала и подошла на место. Ей протянули Библию. Она положила на нее руку и тогда сказали:
— Клянетесь говорить правду, только правду и ничего, кроме правды? Да поможет вам Бог.
— Клянусь.
— Итак, расскажите нам все, мисс Хендерсон, — обратился к Улле судья.
— Я в тот день отошла всего на пару часов, — начала она свой рассказ. — Когда я вернулась, то увидела, как она выходит из дома. Все, кто стоял и смотрел на это, подтвердят, что видели ее.
— С этим мы разберемся, мисс Хендерсон. Продолжайте. Что вы увидели, когда все сгорело?
— Разумеется, там были развалины. Все мои вещи сгорели. Пепел был везде. Стоило мне коснуться чего-то, как оно рассыпалось, — вдруг Улла коснулась пальцами глаз; ей протянули платок. Вампирша утерла глаза, а в суде я читала мысли людей.
Половине из них и дела не было, что происходит. Они хотели только получить обещанную за это награду. Другие с удовольствием слушали, и ждали решения суда. Кто-то и вовсе не понимал, что происходит, но также, как и первые, были рады, что это как-то им воздастся.
Улла сидела и дальше лила крокодильи слезы, хотя они были более, чем просто бутафорными, ведь на самом деле она лишь всхлипывала, не роняя ни единой слезинки. Она заставила силой мысли поверить людей, будто для нее эти вещи что-то значили. Я знала, что на материальное ей наплевать.
— Мисс Хендерсон, ей хотите, можете присесть обратно, — сказал судья.
— Благодарю, Ваша Честь, — ответила Улла и продолжая играть свою роль, прошла обратно.
   
POV Вайлет
Марта подсела ко мне и протянула листок. Там был номер телефона социального работника. Я сначала было хотела спросить, зачем, но потом вспомнила, о чем я просила сделать своего интерна.
— Я позвонила им, они дали мне номер. Ее зовут Ида, она поможет тебе найти эту девочку, — сказала Марта.
— Я очень благодарна тебе, Марта, — ответила на это я, — Я была бы очень рада, если бы ты пришла на нашу с Эйсой вечеринку сегодня вечером.
— Правда? Доктор ДеЛунг, я…
— Просто Вайлет. Однажды ты станешь как я, и мы станем уже просто друзьями. Лучше заранее договориться об этом. К тому же я знаю, что ты не хочешь уезжать отсюда, поэтому похлопотала по поводу того, чтобы ты осталась.
— Это очень мило с вашей, — она запнулась, — с твоей стороны.
— Вот и замечательно.
— Что ж, мне пора. Надеюсь, скоро увидимся.
— Конечно.
Марта ушла, а мне через минуту пришло сообщение от Фионы: «Приезжай. Улла засудит Энни, если ты ее не отвлечешь».
И я поехала.
   
POV Энни
— Мисс ДеЛунг, выйдете, пожалуйста, — вызвал судья.
— Клянетесь… — начал произносить свою речь охранник, державший Библию.
— Да, — перебила я его сразу же. Для меня было странно перебивать кого-то, к тому же кого-то, у кого в руках священная книга. Католичка из тебя уже не та, Энни, подумала я.
— Расскажите свою версию этой истории.
— Что ж, начнем с того. что Улла приехала в этот город. Она приехала сюда еще очень давно, несколько лет назад. Мой сын — Тайлер — тогда еще учился в школе, и она вела у него математику. Было это всего урок или два. Потом она исчезла, и я мы о ней ничего не знали. Есть вещи, которые вы, и все остальные тоже, не поймете. Но Улла — одна из таких вещей. И я бы все сделала, чтобы это было не так.
— Вы подожгли целый дом, к тому же, в центре города, мисс ДеЛунг.
— У меня были на это личные причины.
— Насколько личные?
— До посинения.
— Подробнее, мисс.
— Возможно, следует сначала познакомиться с делом обеих сторон, Ваша Честь, прежде чем донимать мою клиентку до основного, — предложила Меган.
— Принимается. Этот суд начался весьма необычно, — заметил судья, — Ведь обычно сначала вызывают свидетелей обеих сторон. Мы пошли по неправильному пути. Поэтому, я вызываю близкую подругу мисс ДеЛунг — мисс Хлою Льюис.
   
POV Хлоя
— Мисс Льюис, проходите, — сказал мне судья.
Я прошла, мне протянули Библию, на что я ответила:
— Спасибо, но я атеистка, — как будто мне предлагают текилу, а я в ответ говорю, что больше люблю вино.
— Но, мисс, это обязательство.
— Я революционерка. Нонконформистка.
Судья лишь повел бровями и закатил глаза. Я отчетливо видела в его лице мораль предыдущих поколений.
Библию убрали и далее последовал вопрос:
— Как давно вы знаете обе стороны? Как вы познакомились с мисс ДеЛунг и кем она вам приходится?
— Энни я знаю уже довольно долго, десять лет, — ответила я, — Улла же появилась здесь основательно только год назад, но мы не друзья. Энни же мне приходится лучшей подругой и родственницей.
— Кем именно?
— Она жена моего троюродного брата.
— Она была замужем? Почему мы не знаем об этом? — обратился он к маме.
— Это к делу не относится, — парировала она.
Судья не стал перечить ей, так как знал, что если это сделать, то завтра его имя окажется в листе на перевод на пенсию.
— Продолжайте, мисс Льюис. Расскажите нам обо всем, что знаете о ней, о ее муже и семье. Как она себя ведет и тому подобное.
— Джек — ее муж — умер два года назад. У них есть дочь и двое приемных сыновей.
— В деле написано, что ей недавно исполнилось тридцать семь лет, что никак невозможно, мисс ДеЛунг выглядит очень молодо.
— Хорошая генетика, полагаю. К тому же она женщина, не обремененная стоять у плиты и готовить, удовлетворять мужа и рожать детей.
— Сколько ее детям лет?
— Эмбер — восемнадцать, Тайлер и Чендлер — ровесники, им по двадцать два. Они были усыновлены уже когда дочь родилась. Она никогда не была жестокой по отношению к детям или мужу, по отношению к друзьям. Она честный и отзывчивый человек. Когда приехала Улла, развернулась семейная драма.
— Какая драма?
— А разве в деле мисс Хендерсон не прописано, что она, вероятно, сестра сестры Энни и в любом случае может оказаться родственницей семьи по линии ДеЛунг?
— Клевета, — обратился адвокат Уллы к судье.
— С этим нам еще предстоит разобраться, господин Бувье. Мисс Льюис, как хорошо вы знали мужа мисс ДеЛунг?
— Это не относится к делу, — обратила внимание мама. Судья тут же отказался от своего вопроса, задав другой:
— Кто сестра мисс ДеЛунг? И каким образом может оказаться, что они сестры с мисс Хендерсон?
— Вероятно, Улла лишь ошиблась в расчетах. Вайлет ей не сестра. Ее имя Вайлет ДеЛунг, она младшая сестра Энни. Но даже если Улла и права, Энни не отдаст сестру ей.
— Я не думаю, мисс Льюис, что младшая сестра мисс ДеЛунг такая беспомощная, чтобы не решить самой.
Я посмотрела на Макса, и я чувствовала, что он хочет тоже выступить. Но у него до сих пор не было паспорта, поэтому он просто продиктовал мне в голову: разори этот карточный домик.
   
POV Этра
Я подошла к скамье и после клятвы, меня начали спрашивать.
— Как давно вы знаете мисс ДеЛунг?
— Она моя лучшая подруга. С Джеком, с ее мужем, мы были знакомы через наших родственников, хотя мы, по сути, одна семья.
— В деле сказано, что кроме вас и мисс Льюис, у мисс ДеЛунг есть еще лучшая подруга — Марго Де Бланшар.
— Да, Марго не смогла приехать, — тем временем Сабрина сидела дома и варила зелья, чтобы убить Питера, — но она знает о процессе.
Надо же, подумала я, не зря я прочла Кафку пару месяцев назад. Более странного процесса, кроме этого, и в книге, я нигде не видела.
— Что насчет мисс Хендерсон?
— Я ее узнала только когда она приехала в город.
— Вы не были знакомы?
— Нет, я, как и допрошенная передо мной, не верю, что они могут быть родственниками. Особенно, по отношению к сестре мисс ДеЛунг.
— Как же сложно, — прошептал судья. — Стороны, есть ли у вас вопросы. К предыдущему не было.
Стороны отрицательно покивали головами.
   
POV Эмбер
Я прошла на скамью, как до меня Этра и Хлоя.
— Мисс Робель, — обратился ко мне судья.
— ДеЛунг, — поправила его я.
— Что? — переспросил судья.
— Я использую в основном мамину фамилию.
— По делу вы — Эмбер Робель-ДеЛунг. Может, чтобы не создавать путаницу, использовать двойную фамилию?
— Но вы сами назвали меня по фамилии отца, в то время как у меня и фамилия матери.
В мыслях судьи я прочла, что он сходит с ума от «этих женщин». Сексист, подумала я. Хотя, это поколение другой закалки, ничего удивительного. Конечно, не все они такие, но есть среди них подобные экземпляры.
Было еще интересно то, что ко мне даже не подошли с Библией. Я просто прошла и села. Видимо, тут смирились, что вокруг собрались одни атеисты, ведь мы точно знали, что и как в этом мире.
— Итак, мисс, расскажите нам об обеих сторонах.
— Улла не является нашей родственницей, а если так и есть, то я бы советовала ей валить отсюда, — сказала я, смотря на Уллу. — Что до мамы, то она очень хорошая. Улла хочет ей отомстить. Даже если она и сожгла дом, то доказать нельзя. Насколько я знаю, отпечатков не нашли.
— Вы не эксперт, мисс.
— Но адвокат моей мамы уже проверила это и рассказала нам.
— Я бы хотел обратиться к юной мисс, — обратился к судье адвокат Уллы.
— Вперед, — ответил судья.
— Вы защищаете ее, потому что она ваша мать. Но вы в детстве никогда не замечали чего-то, что могло вас напугать?
— Вы хотите узнать, била ли она меня и братьев? Вы в своем уме?
— Прошу не переходить на личности, мисс.
— Хорошо. Я отвечу. Нет, насилия не было. Она приняла даже то, что оба ее сына — геи. Эта женщина приняла на себя удар под видом смерти всех мужчин, которых она любила. Хотите доказать, что она невменяемая — попробуйте докажите. Вы ничего не найдете.
— Это угроза, мисс.
— Вы тоже.
   
POV Анна
— Мисс, кем вы приходитесь мисс ДеЛунг?
— Двоюродной сестрой, — соврала я, подмигнув Энни.
— У вас близкие отношения?
— Да, очень. Правда, мы с ней долго не виделись и наладили общение лишь пару лет назад.
— Значит, вы не можете сказать, замечали ли за ней нечто странное?
— Почему же? Могу.
— Вперед, расскажите нам.
— Однажды она разбила лампочку.
— И все?
— А что вы хотите?
— Мы хотим узнать, была ли она жестока.
— Однажды она сорвала розу.
— И что нам это дает?
— Она порезалась о ее шипы.
— Я не понимаю, мисс, что вы этим хотите сказать?
— Что это было случайно. Намеренно она даже муху убить не может, это делаю я. Так что вряд ли Энни смогла бы намеренно сжечь целый дом в центре города. И только подумайте — в самом центре! Вам не кажется, что это смешно?
— А что вы можете сказать о мисс Хендерсон?
— Я ее знаю, но плохо. Я тоже ей не доверяю, как и предыдущие до меня свидетели.
— Значит, вы только тратите время присяжных в суде?
— Дедуля, я могла бы тебя научить куда большему, чем просто судить людей. Когда твой дед только начал бриться, я уже была мертва.
— Что вы сказали?!
— Ничего. Что бы вы там ни услышали, это была галлюцинация.
   
POV Фиона
— Мисс Голдман, кем вы приходитесь мисс ДеЛунг?
— Никем. Практически.
— Тогда почему вы на ее стороне?
— Потому что знаю, что Улла не права.
— А кем вы приходитесь мисс Хендерсон?
— Родной сестрой. По отцу, но мы выросли вместе. Наша младшая сестра Виолетта умерла в юном возрасте, и я бы настояла проверить не мисс ДеЛунг, а мою сестру — Уллу Хендерсон. У кого точно проблемы с головой, так это у нее.
Улла смотрела на меня испепеляющим взглядом. Я чувствовала, как она меня ненавидит в этот момент.
Наконец, меня отпустили. На скамью снова села Энни.
   
POV Энни
Все смотрели на судью и ожидали, когда же он задаст свой вопрос. Но этому было не суждено сбыться. Вдруг двери зала распахнулись и на нас упал свет как в конце туннеля. Будто фильм посмотрела, подумала я.
В проходе стояла Вайлет. Улла повернулась не сразу, но когда увидела ее, то не могла поверить своим глазам.
— Уллу, выйди, — попросила Вайлет, — на пару слов.
   
POV Вайлет
Мы с ней вышли, и я закрыла дверь в зал. Я знала, что нас будет в любом случае слышно, особенно тем, кто имеет острый слух, то есть, бессмертным.
Я повернулась к Улле и сказала:
— Отзови иск. Если отзовешь, я признаю себя Виолеттой.
Улла стояла и смотрела на меня так, будто она ребенок, который выиграл мишку в парке развлечений. Она хотела меня обнять, но я не дала.
Вдруг двери открылись и вышла Энни, а за ней стояла толпа.
— Значит, ты и правда Виолетта? — спросила она.
— Увы, но это так, — ответила я.
Энни опустила голову и молча ушла. Улла пошла обратно в зал и, как я поняла, забрала свое обращение к суду. Все остальные стояли и раскрыли рты.
   
Вечером мы все были дома. Но в нем было тихо, почти никто не произносил ни звука. Чендлер немного играл на гитаре, где-то за стеной Клодия читала вслух сама себе книгу, а потом говорила по телефону со своим любимым. Стивен так еще и не вернулся, а Сабрина варила зелье сутками. Нам было важно успеть его сделать.
В комнату зашел Шон. Мы молчали, но молча поприветствовали друг друга. Я поставила кружку с чаем на стол и закурила сигарету.
— «Собрание»? — спросил Шон, усмехнувшись.
— Русские сигареты. От них не бывает рака, — процитировала я Рину Грушенку из фильма «Белый олеандр». — Ты русский, разве не хочешь?
— Я пытаюсь бросить. Но спасибо за предложение.
— Сказала бы, что на здоровье, но не очень уместно. — потом я подошла ближе к столбу в комнате (моя комната была именно в самой основной части дома) и прислонилась к нему.
Шон открыл окно, чтобы проветрить помещение. Я стояла, одетая в блузку, темные джинсы и сапоги, похожие на ковбойские. Мои волосы свисали мне на плечи, и стоило подуть ветру, как они немного зашевелились и ниспали назад. Сигарета, с золотым обрамлением на мягкой части и черная по основанию, дымила и создавала милый запах вокруг. Не часто такое встретишь у сигарет, но эти были хорошие.
— А Тайлер не бросил бы, — добавила я, а потом снова ушла в свои размышления.
Шон стоял и смотрел на меня, а потом опустил глаза. Он знал, что обстановка накалилась до предела. И опять мы с Энни непонятно кто друг другу. Я вспомнила вдруг, как глупо было не хотеть ее возвращения в те времена, которые казались уже такими далекими. Как я пыталась враждовать в этой сестринской гонке за место лучшей из нас. Как я чувствовала, что она мне не нужна, а потом все изменилось само собой и мы стали настоящими сестрами, как в детстве. И вот мы снова чужие. Только на этот раз все серьезно. Я могу и правда оказаться ей никем, за исключением одной ДНК.
— Что она там делает? — спросила я.
— Тоже курит и нервно смотрит куда-то в неизвестность, — ответил Шон.
Я изумленно посмотрела на него и спросила:
— Энни? Курит?
— Но ведь ты не удивлялась этому, когда мы с Тайлером спалились.
— Да, ведь вы не мои дети. И ни один из вас не моя сестра.
Снова пауза; минута молчания, наполненная сигаретным дымом русских сигарет. Вдруг я подумала, сколько места в моем доме занимает слово «русский». Шон — русский еврей. Стивен знает русский язык. Одна из приспешниц Сабрины — Елена — русская. Дети Этры были из русского племени. Антон был русским. Кэтрин — потомок некоего русского князя. Я курю русские сигареты. Мой любимый писатель — Набоков.
Много было французского в этом доме тоже. Я — на какую-то часть была француженкой. Стивен был французом наполовину. Энни была как я. Элизабет скоро тоже должна была появиться. Любимая музыка Сабрины — песни Эдит Пиаф.
Скандинавы были вокруг. Тайлер. Улла. Вероятно, и я. И Энни. Гэвин и Грегг. Еще прошлое Энни — Каспер Нильсен. Подруга Меган — Мод Нильсен, мать Каспера. И этот новенький, чье имя Олаф Кристенсен. Росс был немного датчанином. Джек имел шведского дедушку по маме. Как и Лора. Естественно, Эмбер была немного шведкой.
— Что ты собираешься делать? — спросил Шон.
— Поговорю с ними обеими. Но Улла должна нас покинуть. Я не желаю ее видеть здесь. Она разрушила все вокруг. Разрушила меня, построив Виолетту.
— Значит, ты и правда Виолетта?
— Печально, правда? Но я даже не думаю что-то менять. Я была ею всегда, просто это теперь наконец проснулось во мне.
— Если ты — Виолетта, то где теперь Вайлет?
— Мы обе здесь. Мы — одно целое.
— Стивен знает?
— Стивен все знает и уже давно. Мы молчали, чтобы не пугать вас.
— Энни теперь не знает, что думать.
— Я заставлю ей поверить мне. Ведь я все еще ее сестра. Я Виолетта, но Улла моя сестра из прошлой жизни, а не настоящей. Я ее не признаю, Шон. Она мне никто. Если бы она не пыталась разрушить все вокруг, я бы дала ей шанс, что происходит между мной и Фионой. Но Улле нельзя доверять. Я знаю, что она сделала.
— И что же она сделала?
— Я начинаю вспомнить некоторые вещи, о которых никто не должен знать. Пообещаешь мне держать слово до конца своих дней?
— Я могила.
— Хорошо, тогда слушай.
   
POV Этра
Энни сидела и распивала вино, закуривая сигаретой. Такую картину я не ожидала, и она прочла это в моих мыслях.
— И чего же неожиданного? Время от времени все можно, если нервы не к черту, — произнесла она.
— Понимаю. Для тебя это оказалось очень неожиданно, но я подозревала, что этим все и закончится.
— Я тоже подозревала, но не хотела в это верить. Слишком подозрительна стала для меня эта навязчивая идея Уллы остаться в городе.
— Что будешь делать?
— Теперь ничего. Она выиграла. Виолетта — не Вайлет. Я не стану ее держать, если она захочет уйти.
— Но она не захочет, Энни. Просто достаточно прочесть ее мысли. Она ощущает себя Виолеттой, но сознает, что она Вайлет — твоя сестра, а не Уллы.
— Я не думаю, что я смогу с ней поговорить об этом. Я боюсь.
— Сделай шаг вперед, в неизвестность. В конце концов, никогда не узнаешь, если не сделаешь этого.
   
POV Сабрина
Я постучала в дверь и вошла. Меган сидела в своем кресле, как всегда. Она сказала мне проходить, и спросила, как идет дело с зельем. Я сказала, что все превосходно.
— Я пришла по единственной причине, которую забыла озвучить в прошлый раз, — произнесла я.
— И что же это? — спросила Меган.
— У меня появилась идея. Мы должны подкупить или просто попросить Аида нам помочь. Но для этого нам нужен демон. И я думаю, что мы должны вызвать Остина. Он отведет Хлою и Макса туда, они поговорят с ним и тогда все может пройти успешно.
— Полагаешь, он поможет нам на Битве?
— Герман и остальные воскресли. Не думаю, что он хочет пропустить это шоу.
— Хлоя не согласится.
— Согласится. Уже согласилась.
 
Глава 5
 Глаза - зеркало души
POV Энни
Утро следующего дня началось очень подвижно. Впервые в жизни я встала очень рано и вышла на пробежку. Потом я приняла душ и позавтракала хлопьями с молоком. Позже, ближе к полудню, дочитала книгу. Как раз в это время я услышала уведомление о сообщении. Меган просила меня зайти к ней, ей надо было о чем-то со мной поговорить.
Я оделась и собиралась выходить. Вайлет сидела в гостиной и увидев меня, хотела что-то сказать, но мне было не до этого, и я ушла. К тому же я все еще не могла переварить эту новость, что она — Виолетта.
Я вошла в дом совершенно спокойно, дверь уже была для меня открыта. Хлоя и Макс сладко спали у камина, который потух, и я прошла к лестнице настолько тихо, насколько это было возможно. Ким в это время находилась в Институте, где она уже жила с Августом. Все складывалось для этой семьи очень удачно. Вместе с ними в Институте были Ник и Кэтрин, которых мы видели очень нечасто. По словам Этры, там пристроился и Плутарх. Многие древние вампиры, для самосохранения, поселились там, дабы не погибнуть при первой же возможности. Для нашего мира они и правда были важны, как археологические находки для людей. Они были доносчиками истории, которой мы не знаем.
Лестница не скрипела, так что мне повезло. Я оставила двух влюбленных и отправилась к Меган. Подойдя, я постучалась в дверь и вошла. Мэр города, главная ведьма Альянса и просто Меган сидела за своим столом, что-то в очередной раз разглядывая. У нее очень хорошо получалось о чем-то думать, чего не получалось у меня. Если бы я думала, то давно уже поговорила с Вайлет. Все-таки, мне хотелось знать всю картину.
Меган, увидев меня, наконец отвлеклась. Я присела напротив нее.
— У меня есть к тебе одна просьба, — начала она.
— Я должна сегодня увидеться с Кристенсеном? — спросила я.
— Нет, сегодня отложим это. Есть другое дело. Но я не спросила, как ты после вчерашнего?
— Я в порядке, Меган. Конечно, мне еще много надо об этом подумать, а потом поговорить с Вайлет.
— Для вас обеих это очень трудно. Даже не представляю, как это чувствуется. Что ж, перейдем к делу.
Она протянула мне маленький листок, где был написан адрес и имя. Из-за почерка я не сразу поняла, что там написано.
— Кто это? — спросила я.
— Ты должна найти мою сестру, Энни, — объяснила Меган и тогда я наконец разглядела имя Ребекка Адлер. — Ребекка уехала из города уже давно. О ней почти никто не знает.
— Как давно она уехала?
— Около тридцати лет назад. С тех пор мы с ней и не виделись. Когда я была беременна Хлоей, она решила сбежать, потому что обнаружила в себе… способности.
— Ты хочешь сказать…
— Да, именно. Когда мы были маленькими девочками, мама нам говорила, что мы обе рождены как ведьмы, но Ребекка не хотела принимать этого в себе.
— А она старшая сестра или младшая?
— Старшая. Но мама поменяла нас местами не случайно. К тому же, потом Ребекка сбежала, и мы ее не видели уже почти тридцать лет. Возможно, что ее даже нет в живых, или она сменила имя. В любом случае, никто не должен знать, что престол принадлежит ей. Она бы на него и не согласилась. Не думаю, что у нее есть дети.
— Но ты ведь могла бы ее найти сама с помощью своих ведьминских штучек.
— Если бы я ее нашла, не просила бы тебя о помощи, Энни. Я перепробовала все, что могла. Либо она научилась управляться своими силами и скрыла себя от меня, либо ее нет уже в этом мире. Я хочу, чтобы ты отправилась.
— Прямо сейчас?
— Я хотела оплатить тебе самолет, но так как для тебя сутки с небольшим не проблема, ты можешь отправиться и на машине.
— Конечно, без проблем. Но где она находится, тут не написан город.
— Сиэттл.
И я подумала о Тайлере. Меган мне сказала, что лучше отпустить его и не искать в городе, потому что тогда я влезу не в свое дело. Я с этим согласилась. Потом я отправилась домой, взяла то, что могла на пропитание на эти сутки, села в машину и уехала.
   
POV Стивен
Когда я уже подходил к дому, то увидел выезжающую Энни. Мы улыбнулись друг другу, и она уехала. Я хотел с ней заговорить, но решил, что она слишком занята и поэтому лучше ее не тревожить.
Когда я наконец вошел в дом, то Вайлет, увидев меня, побежала ко мне. Мы обнялись, и я прочел в ее разуме, что не все так гладко, как кажется.
Мы прошли в комнату, и она закрыла все на замок. Она не хотела, чтобы кто-то слышал наш разговор, хотя у всех здесь уши такие, что скрыть что-либо практически невозможно.
Потом она начала рассказывать о том, что она узнала от Фионы по поводу суда. Он состоялся быстро, на следующий день после того, как Энни получила повестку. Когда Вайлет узнала, что там творится, то приехала и вызвала Уллу на разговор, после чего призналась, что она действительно Виолетта. Энни это услышала и теперь между ними был некий барьер, они не разговаривали.
Вайлет очень хотела это побороть. Ей хотелось, чтобы Энни с ней заговорила, и они разобрались во всем это вместе. Но вот Энни уехала, и непонятно зачем.
— Что Улла после этого сделала? — спросил я.
— Не думаю, что она сейчас из-за чего-то грустит. Вероятно, у нее рот до ушей и проела Фионе мозги со своей радостью.
— Ты не звонила Фионе, чтобы что-то узнать?
— А зачем? Я не вижу в этом смысла. Потому что очень надеюсь, что раз уж я призналась, то Улла может быть наконец соберет свои монатки и уедет из города.
— Не думаю, что она это сделает. Она добилась того, чего хотела, теперь ее не выгонишь и метлой. Хотя есть кое-кто, кто мог бы ее выгнать.
— Элайджа?
— Думаю, у него хватит силенок. Хотя я кинул его и Элизабет там, откуда пришел.
— Я чувствую, что они шли за тобой и вот-вот будут у города.
— Правда? Ну раз так, пусть приходят. Но я не хочу пока с ними говорить.
— Странно получается. Мы с тобой оба в разладе с семьей и миром.
— Мы — одно целое, — и я ее поцеловал.
   
POV Вайлет
К полудню, когда Энни уехала и мы со Стивеном поговорили, я решила оставить дом на пару часов и поехала в центр Чикаго. Сначала я решила зайти в кофейню и заказала себе кофе. После этого я села в машину и поехала дальше, в здание социальной службе по опеке над детьми. Социальная работница по имени Ида Гот встречала меня у дверей на первом этаже, мы с ней перекинулись улыбками в знак радости встречи и поднялись на лифте на ее рабочий этаж.
Ида была очень красивой. Вьющиеся волосы, зеленые глаза (необычно, не правда ли?), на ней было минимум макияжа и деловой костюм. Туфли были больше строгими, чем такими, какие носила я десять лет назад. Сейчас я перешла с нарядов а-ля «я главная сучка района» до «дядя Сэм следит за тобой». Потому что я стала больше похожа на Клодию, которая любила все обтягивающее, начиная от верха (который не так сильно раскрывал меня, ведь я была худышкой и не имела большой груди в отличие от этой греческой грешницы древности), продолжая моими обтягивающими брюками (хотя в общем-то костюм делал вид, что что-то у меня там есть, хотя меня это никак не заботило, это было не самым главным, как я считала), и заканчивая ковбойскими сапогами. Невысокие каблуки, которые у них были, наконец заставляли меня почувствовать себя в своей шкуре. Клодия одевала меня в последнее время, так что неудивительно, что я стала как она. Впрочем, я начала заглядываться на кожанки и решила, что при первой же возможности куплю ее, ведь у Стивена она была, а я не хуже этого ста восьмидесятилетнего старика. И еще решила, что, вероятно, выпрямлю волосы. Мне хотелось вернуться к какому-то образу прошлого, который я уже начала забывать; он стирался у меня из-под корки.
Мы с Идой сели в ее кабинете друг напротив друга, и она достала дело Карен. К делу была прикреплена фотография девочки, и несмотря на ее очень смешанное происхождение, я узнала в ней черты Стивена. Ведь если она потомок его брата, то это могло как-то на ней отразиться, а они близнецы, а значит, похожи и особой разницы нет, от кого у нее такое лицо. Ее кожа, как я заметила на фото, была довольно смуглой. Профиль был похож на индейский, а если верить Элизабет, то она отдала Оливера именно индейцам, а там он женился на индейской девушке.
Наконец, она раскрыла дело девочки и начала говорить:
— Как я поняла, вы хотите с ней встретиться и удочерить ее. Хочу сказать, это серьезный шаг с вашей стороны, мисс ДеЛунг, но есть некоторые правила. В первую очередь, я бы хотела знать, где ваш муж. Мистер ДеЛунг не с вами.
— Мистер Миллс сейчас занят. ДеЛунг — моя фамилия. И я не замужем.
— Но это одно из условий.
— Я понимаю, но я настоятельно хотела бы встретиться с девочкой. Думаю, ради ее удочерения я и мой долгий партнер могли бы и вступить в брак ради такого. Это мелочь, по сравнению с тем, что я собираюсь сделать.
— Его фамилия Миллс. Как и у Карен.
— У нас есть подозрения, что они могут оказаться далекими родственниками, поэтому я хотела бы все-таки с ней переговорить лично и объяснить, что мы собираемся взять ее к себе.
— Сколько вам лет, мисс ДеЛунг?
— В этом году мне будет тридцать.
— Своих детей вы планируете после удочерения Карен? Просто если вы хотите взять ее к себе, на вас ляжет ответственность о ней до тех пор, пока она не станет совершеннолетней, или хотя бы пока она не уедет в колледж. Это максимум еще четыре года, хотя она не посещает в данный момент школу, а значит, это может затянуться до пяти-шести лет, пока ей не будет восемнадцать.
— Для меня это не проблема. Я готова пожертвовать этим временем.
— Но вернемся к вопросу о детях. Вы собираетесь завести своих?
— Я бесплодна, мисс Гот. Я и Стивен, — мой долгий партнер, — он же мистер Миллс, — вместе уже очень долго. Он не готов к детям в любом случае, но к Карен он проявит все свои силы, какие сможет.
— И долго вы хотите усыновить какого-нибудь ребенка?
— Я готова только на Карен. Впрочем, я могла стать матерью еще давно. Моя сестра усыновила мальчика, которого хотела забрать себе я. В итоге, у нее уже трое взрослых детей, а я так и не добралась до нового шанса. Но вот он есть. И я прошу вас помочь мне с этим.
— Что ж, это очень нетипичный случай, когда человек так рьяно хочет этого. Обычно, люди не совсем уверены в этом шаге, но тут я вижу, что желание иметь детей большое.
— Я бы не сказала, что большое, но где-то в глубине души присутствует.
— Мисс ДеЛунг, я вам помогу. Но для начала вам надо вступить в брак с мистером Миллсом, иначе процесс будет сложнее.
— Я думаю, это не честно. Это лишает женщин возможности иметь детей, будучи не замужем.
— К сожалению, над этим еще работать и работать. Но некоторым везет. Хотя это зависит от количества денег и времени, которые они готовы потратить. Но в любом случае я обещала уже, что помогу вам, поэтому прошу проследовать за мной, я отвезу вас к дому Карен и ее прадедушки, чтобы вы знали, где это. Но лучше сегодня вам с ними не говорить, потерпите хотя бы пару дней, пока я сама все не улажу. Потом я позвоню вам и сообщу, когда можно будет увидеться с Карен у нее дома.
И тогда мы сели в машину и поехали. Дом оказался старым, несколько шатким, на первый взгляд, хотя держался он на земле неплохо. Ида вышла со мной из машины, а потом сказала, что вот и дом. Я увидела Карен в окно, и мы с ней встретились взглядами, но она не стала ничего делать, а потом смотрела и все. Я сразу почувствовала, что это необычный ребенок, и что в нашем мире ей будет лучше, чем среди обычных людей.
   
POV Макс
Меган и Хлоя спустились вниз с каким-то порошком, хотя это больше напоминало горшочек с прахом прабабушки Меган.
Наконец, они высыпали порошок в камин и зажгли его, потом взялись за руки и начали что-то говорить по-латински, а я просто в шоке сидел на диване и смотрел на все происходящее. Казалось бы, обычный погожий денек, я читаю журнал, и вдруг спускаются главные ведьмы города и проводят обряд призыва демона. Вот она жизнь, когда твоя жена — ведьма. Сериал немного приврал, так что настоятельно прошу не верить комедийным сериалам 60-70х годов. Такой лжи я еще в жизни не видел, хотя история там была забавная. Только вот в реальности ничего забавного нет, хотя как посмотреть.
Для кого угодно это было бы шоком. Я тоже был не в восторге, все-таки жизни у нас не фонтан, но для меня это было обычным делом. Я и сам был не подарком. Да и наш дом можно было бы назвать домом с приведениями. В конце концов, сколько живых мертвецов здесь жило. Я, Элайджа, Сабрина частая гостья, да и многие другие. Только вот мы были при этом и живыми одновременно. И как все это выглядело странно потом, когда все завершилось. Ведь мы разошлись по миру, кто куда. Как выпуск из школы. Кто-то остался здесь после событий, которые в итоге случились, а кто-то уехал горстками, кто-то вообще по одиночке.
Наконец, из огня, который полыхал в камине, вышел Остин. С ним мы уже успели познакомиться, и я четко помнил каждый миг сражения тогда, когда Джереми проигрывал. Но как, казалось бы, давно это было. Несколько сражений назад, когда Питер даже не думал на нас нападать, а Сьюзен не дала ему подсказку, как сделать это.
— Вызывали? — спросил он.
   
POV Сабрина
Я не выходила из комнаты сутками, чтобы успеть сделать другие зелья, которые могут пригодиться. Иногда ко мне заходил Шон, чтобы отвлечь хотя бы на пять минут, но я всегда возвращалась обратно к работе, направляя его обратно к Эмбер или Чендлеру, а возможно, даже к Анне, которая вечно ссорилась с Клодией. Последняя очень часто видела в Анне таракана, а та, в свою очередь, любила ей сказать, что той пора валить обратно в древность, в какую-нибудь Грецию или в Италию, ведь Бернардо был итальянцем. Буква в его имени менялась от настроения Клодии. Часто она его звала на португальский лад, хотя до Португалии ему было далеко.
Наконец, когда я узнала, что Энни уехала, а Остин уже с Меган и Хлоей, чтобы та с Максом отправилась в Ад, то решила набрать номер телефона, который очень долго хранился на листке бумаги. Она ушла с попутным ветром, но далеко ли… Я не видела ее после того, как Медуза была побеждена и с тех пор прошло несколько лет. Так долго я ее не призывала помочь. А ведь когда-то, почти десять лет назад, она мне служила верой и правдой, появившись в городе еще до меня.
Елена и Гильерме уехали тогда, когда нужно было. Я их освободила, а вместе с ними исчезли Яна и Мэттью. После этого я не получила ни одного письма, ни одного звонка. Думаю, у них была причина. Например, они хотели жить подальше от всех этих битв, в которые их втягивали мы, которым было так скучно, что это было единственное развлечение в жизни.
Я набрала номер и услышала гудки. Это хорошо, подумала я, значит, она может ответить, если услышит.
— Алло? — услышала я.
— Елена, это ты? — спросила я.
— Сабрина? Привет! Как ты?
— Все хорошо, но нам нужна помощь.
— Очередная битва? Я слышала о том, что собирается сделать Питер.
— Да, ты права. Именно поэтому я прошу тебя и Гильерме вернуться.
— Без проблем. Мы будем уже завтра, крайний срок — послезавтра.
— Вы так недалеко?
— Мы в Сауз-Спрингс. Мы знали, что можем понадобиться в любой момент и решили не выезжать за пределы Треугольника.
— Очень удобно, — заметила я.
— А то, — ответила Елена.
   
POV Этра
Дом Грегга стал пустым после смерти Гэвина. Но теперь пустовал дом Эдит, а не его. Она переехала к Греггу сразу, как только между ними кое-что вспыхнуло. Да и что ей делать дома, говорила она мне как-то раз, ведь Кэтрин сейчас не здесь, а больше никого у нее нет. Грегг единственный, кто ей близок, за исключением нас всех.
Я пришла в тот день, когда Эдит дома не было. Я зашла и Грегг сделал мне горячий шоколад, мой любимый, который я уже давно не пила, потому что было просто не с кем.
Фотография Гэвина стояла на столе рядом со мной, и я вспоминала, какие чудесные моменты мне пришлось пережить, даже если это было совсем недолго. Наконец, я подумала, что ему сейчас лучше где-то далеко отсюда, ведь опасность грозит каждому из нас в ближайшее время, и если что-то случится со мной, то для воссоединения с Гэвином это даже плюс.
Грегг сел рядом, мы молчали. У него не было особых новостей, поскольку они, в основном, поступали от Энни и Вайлет, да от Питера, который, по слухам, уже совсем скоро нападет на нас и превратит в тушки.
— Кажется, я хочу кое-что тебе сказать, — начала я.
Грегг посмотрел на меня своими глазами, взглядом напоминающими бассет-хаунда, и уставился. Он был в ожидании. Собственно, этот взгляд был глубоким. Как и у этих собак. Они как будто чего-то ждали, о чем-то грустили, или им было все равно одновременно. И тут я подумала, что не видела ни одного шведа с таким взглядом. Гэвину повезло не иметь ничего подобного. Он был другим. Его глаза больше были похожи на глаза бульдога или чего-то подобного, но они не искрили надеждой, потому что вся его жизнь была прекрасна. Его отцу повезло куда меньше, но я даже не стала ему говорить об этом, поскольку обидеть никого в тот день не собиралась.
— Я не хочу, чтобы Эдит потеряла тебя лет через десять.
— К чему это ты? — спросил он. Недоумевание сделало его глаза еще больше.
— Ты стареешь, но она пока вновь молода. Я думаю, тебе нужно зелье. Сабрина с удовольствием поработает над ним для тебя.
— Нет, нет, — он замахал руками, поставив свою кружку на стол, — не надо, Этра. Я прожил жизнь и готов уйти в любой момент.
— Ты так говоришь только потому, что Эльза умерла, а теперь и Гэвин тоже. Но у тебя есть Эдит, ради нее можно и потерпеть еще полвека. Вспомни, каким ты был. Я помню.
— Но это будет уже не то. Другая жизнь, разве нет?
— Нет. Все останется прежним, просто вернется на круги своя. Ты вернешься назад, но будешь идти вперед. У меня не было подобного шанса и не будет. У тебя он есть. Используй его.
   
POV Элеонора
Это было обжигающе. Страшно. Я видела закат, последний закат, который завершит всю эту войну. Который завершит все путешествие, которое начал Джек. Странно понимать, что ко всему этому примкнула Вайлет… Да, да…
ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ
Осознание захватило меня. Она — конец всего. На ней закончится все то, что начал. Кто? Кто начал? Я не могла вспомнить, мой разум помутился уже давно, и я чувствовала приближение своей скорой смерти. Но такой ли скорой, подумала я вдруг. Ведь сколько раз Герман был рядом с Адом и сколько раз ему удавалось выжить, а теперь он вновь среди живых. И Джереми. И Медуза, вероятно. Хотя, нет. Ей отрубили голову, так что тут без шансов на возвращение. Тогда Калипсо. И кто знает, кого еще вернул Питер.
Я начала посылать сигналы Смерти. Увы, но все было тщетно, она меня не слышала. Возможно, она просто знала все уже заранее. Миллионы лет назад, когда затевала эту игру, а потом дала Дарсии родиться. Да! Это все она!
Но как я предупрежу Энни? Дарсия не ответит мне, она даже не сказала ей про опасность, в которую попал Тайлер. Или сказала? В любом случае, я этого не узнаю, ведь меня с ними нет.
Я погрузилась внутрь себя настолько, насколько смогла. Наконец, тьма накрыла меня, и я уснула, пытаясь через Морфия добраться до Смерти.
   
POV Эмбер
Я и Тоби постучались к Сабрине. Нам открыл Шон. И тогда я увидела, что та трудится как пчелка. Но это уже превращалось в помешательство, я это отчетливо чувствовала, пытаясь ее остановить, но она продолжала добавлять травы лепестки цветков в воду, варить их.
— Сабрина! — вскликнула я, схватив ее за руку.
Вампирша остановилась и подняла взгляд. А ведь только недавно она была в порядке, и, кажется, вызвала Елену. Вдруг до Сабрины дошло, что она делает, и что она сходит с ума. Пробравшись в уголки ее разума, я поняла, что она собирается сделать, хотя еще не решила до конца. Ей нужно точно знать, что будет ближе к концу, и как только наступит бой, она точно решит.
— Нам нужна твоя помощь, — произнесла я.
— Ты не должна жертвовать собой вместо нее, — ответила Сабрина.
— Мама тоже не должна поддаться этому. Но если выбирать, я бы выбрала себя на место жертвы.
— Ты не понимаешь, что это проклятье навсегда сделает тебя заложником твоего тела и ты останешься глубоко в своем разуме, даже не сможешь умереть, чтобы освободиться.
— Но я будущая Королева, поэтому должна защитить их. К тому же это будет бой мирового масштаба.
— Ты слишком много на себя берешь, Эмбер.
— Как и ты. Но мы обе знаем, что не послушаем кого-либо.
— И что ты хочешь от меня?
— Помоги открыть склеп Эдгара Блэка. Мне кое-что нужно.
— Это опасно.
— У меня нет другого выбора. Я должна это сделать.
   
POV Анна
Чендлер снова сидел с гитарой в руках, не обращая внимания на то, что творится вокруг. Я не знала, что делать с этим, но по рангу он уже был выше меня, хотя бы из-за того, что был бессмертным.
— Тайлер не звонил, если ты все еще надеешься, — произнесла я.
Он остановился на секунду, потом опустил глаза и отклонился на спинку кресла. Когда он взглянул на меня, я увидела в его глазах некое отчаяние. Глаза — зеркало души. В это я охотно верила и множество раз видела в глазах призраков их жизни. Мою, увы, никто так и не прочел. С каждым разом я все больше начинаю понимать, что возможно это было не просто так. Возможно, я просто не прожила жизнь, которую заслуживала, да и все было впереди. Ведь мне выпал шанс быть живой снова, и я его использовала. Именно благодаря этому я могу рассказать все это. Быть живой снова — многое значило для меня.
— Он не позвонит, Анна, — произнес он.
— Ты можешь поехать к нему сам.
— Не хочу навязываться. Возможно, это даже к лучшему.
— Уверена, он вернется. Долго он не сможет без такого как ты.
— Он сильный и независимый, во всех смыслах.
— Но иногда и таким нужен кто-то рядом. Кто-то мягкий и добрый, кто обнимет и не отпустит никогда. Тайлер жесткий человек, это я уже поняла, но он не чудовище. В нем тоже проснется вновь тот мальчик, которым он недавно был. Дай ему время.
— Но как долго?
— Вам обоим некуда торопиться, — ответила я и подмигнула ему. Я подозревала, что с Тайлером что-то не так. Но по взгляду Чендлера я наконец получила доказательства.
   
POV Вайлет
Вечером наконец состоялась встреча с Эйсой и Мартой. Я всех выпроводила из дома, чтобы не было шума. Даже Чендлеру пришлось подвинуться, но он спрятался в библиотеке и закрылся там, как мне показалось, навечно.
Мы все втроем устроились в моей комнате и стали выпивать и разговаривать. Тут я подумала, как было бы замечательно, будь я обычным человеком, не впутанным во все то, в чем жила последние годы.
Но не буду утруждать рассказом о том, о чем мы говорили. Мы затронули разные темы, но последняя, о которой я хотела поговорить с Мартой, была особенно важна. Когда Эйса вышел, я решила создать обстановку некой приватности и закрытости, так как разговор нас ждал серьёзный.
— Марта, — произнесла я сначала тихо, но потом немного громче.
— Да? — спросила она с любопытством, видимо, ожидая новой темы. Только вот то, что я ей дальше скажу, было для нее нечто таким, во что не посвящают, или что может показаться полным абсурдом.
— Мне нужно кое-что тебе рассказать и попросить о твоей помощи, — начала я.
Не буду говорить, что лицо моего интерна изменилось до неузнаваемости в ближайшие полчаса и она даже не заметила, что Эйсы нет. Впрочем, это было очевидно. Но если она слышала это впервые, то с моей стороны было главное не показаться сумасшедшей.
Именно поэтому я привела ей доказательства. И в этот раз я все сделала правильно, без шокирований вроде тех, когда Джек рассказал все пятнадцатилетней Энни, а у той были мозги набекрень.
И наконец я почувствовала некую свободу. И это был первый шаг к тому самому концу, который неумолимо приближался. И пойму я это только потом. Но уже будет поздно.
 
Глава 6
 Как тесен мир
POV Энни
Город оказался очень большим. Я уже и забыла, как это, жить в большом городе. У нас не было ничего, кроме средств связи, хотя остальная цивилизация тоже присутствовала, но это было чем-то не тем. Я все ждала, когда город лишится своего бессмертного статуса. Я чувствовала, что однажды это должно случиться, и если не сейчас, то лет через сто точно.
Я нашла адрес очень быстро. Это был жилой квартирный дом, каких не часто встретишь в этой стране, но это был почти центр города. На цокольном этаже был маленький магазинчик всякого разного, который могла как раз содержать Ребекка.
Я вышла из машины и сразу же направилась ко входу. Вывеска «открыто» еще была на другой стороне таблички с надписью «закрыто». Было утро, рабочий день еще не начался, а потому я поняла, что может быть никого еще нет в помещении. Но ошиблась и очень обрадовалась этому.
Через стекло я видела, как какая-то девушка прибирается там и приводит в порядок все перед началом рабочего дня. Потом она увидела меня и улыбнулась, оторвавшись от своего дела. Стоило ей выйти из помещения, открыв дверь, как вдруг тучи на небе разошлись и появилось солнце.
Ее кожа выдавала происхождение. Тогда я вдруг поняла, как же важно держаться всем вместе, хотя во всех мирах раздор сейчас — самая важная тема.
Она улыбнулась снова, и я почувствовала весенний ветер, который обдувал меня и мою кожу, хотя я была в рубашке. На удивление, у нее были зеленые глаза, что показалось мне невероятно красивым, но это также сочеталось с ее афроамериканским происхождением. Она мне напомнила одну дампиршу, которую однажды встретил Джек, когда меня еще не было в живых.
— Я могу чем-то помочь? — спросила она, улыбаясь, и я заметила, что улыбка у нее очень красивая. Я стояла немного столбом, не зная, что сказать. Не могу же я так сразу рассказать ей о ведьмах и готовности сражаться против Питера. Вдруг она не знает ничего о Ребекке и совсем не ведьма.
— Меня зовут Энни ДеЛунг, — представилась я, — я приехала из Чикаго.
— Вы из налоговой? Я могу вас заверить, что все бумаги давно готовы и ни один пенни не ушел в карман.
— Нет, я не по этому делу. Я из города Витч-Кросс. Меня отправили сюда, чтобы я нашла Ребекку Адлер.
— Я вас могу проводить к ней, она сейчас наверху и уже не спит. Мама боялась, что однажды ее найдут, но теперь я вижу, что нашли.
— Вы ее дочь?
— Да, меня зовут Габриелла. Удивлены?
— Нет, нисколько. Я вообще не ожидала кого-то найти.
— Кто вас послал? — спросила она, когда мы вошли в помещение и стали подниматься по лестнице.
— Меган, сестра Ребекки.
— Я ее никогда не встречала. Думаю, это очевидно, ведь я из Сиэттла ни разу не выезжала. Мама пыталась скрыть от меня мое происхождение, что я ведьма, но ничего не получилось.
— Габриелла, вы же понимаете, что вы — наследница престола?
— Я это знаю давно. Но я бы в любом случае отказалась. И была бы последней в роду. Я считаю, что кто-то другой заслуживает этого. Я выросла в ином мире, тот меня не касается.
— А как же ваши способности?
— Я от них тоже отказалась, как и мама.
— И не хотите их вернуть?
— Они преследуют меня сами, но я не обращаю на них внимания. Не вижу в этом смысла. Мне хорошо в Сиэттле, мисс ДеЛунг. Я не собираюсь уезжать туда, откуда уехала моя мать. У нее были на это причины, я уверена.
Габриелла проводила меня в комнату на втором этаже, рассказав, что с другой стороны дома есть вход, благодаря которому в другую часть дома заходят люди. И, видимо, я не сразу заметила, что это маленькое здание просто имеет пристройку сзади в виде пятиэтажного дома, очень похожего на нью-йоркский, но это меня очень сильно удивило. И в этом городе живет Тайлер. Где скрываются ведьмы и рядом моя родная Канада.
Зайдя в комнату, я увидела седовласую женщину, выглядела она старше даже для своих лет, но лицо было благородное, как будто она была из высшего сословия. Она была чем-то похожа на Меган, но я не нашла много общего в чертах лица.
— У нас гости, — произнесла Габриелла и проводила меня ближе к Ребекке, которая осматривала меня так, будто знала, что я собираюсь сказать и почему здесь.
Габриелла ушла в свою комнату на чердаке. Лестница была покрашена в зеленый, как и обрамления в проходе. Все было несколько старым, возвращая меня в далекие восьмидесятые, напоминая мне о моем детстве.
— Садись, — будто бы приказала Ребекка. У нее был глубокий голос женщины, пожившей жизнь, мудрой, но жесткой. — Меган отправила тебя сюда?
— Вы так и не смогли спрятать свои способности полностью, — ответила на это я.
— Кто ты?
— Энни ДеЛунг. Я дружу с Меган и ее семьей. Вообще-то, они и есть моя семья, как и вы.
— Вампиры нынче становятся членами семьи чаще, как я вижу.
— Ваша племянница родила от вампира. Так что вам лучше привыкнуть к этому.
— Она все-таки родила девочку? Я думала, она решила этого не делать. Точнее, я надеялась, что она уберет ребенка и ничего не будет.
— Почему?
— Я видела будущее, которое мне не понравилось, поэтому оградила свою дочь от вашего мира.
— Нашего? Он настолько же наш, насколько и ваш. Неважно, куда вы уедете, какое имя себе возьмете, вы все равно будете его частью, как и он частью вас.
— Глупости, мисс ДеЛунг. Я смогла прожить без этого. Вы же понимаете, что каждое решение, которое делали ваши предки, привело вас сюда? И сами вы сделали кучу ошибок, которые не в силах исправить. Выбери вы не Джека, а Каспера, жизнь была бы лучше. Я это вижу, хотя стараюсь и не замечать.
— Я даже не могу уловить, когда вы успеваете рыться в моих мозгах.
— Годы практики. Для людей любое вмешательство — это ничто. Но для вампира… с вами не побалуешь. Так зачем вы здесь?
— В прошлом копаться умеете, в будущее заглядывать можете, а вот распознать мое задание не в силах. Как же так?
— Стараюсь не разговаривать с вампирами, сторонюсь вас. Живете веками, даже не подозревая, что может случиться завтра.
— Я живу всего лишь почти сорок лет и пока что каждый мой день является для меня сюрпризом. Но я здесь не для разговора о высоком. Меня послала Меган.
— В вашем мире ведь война? Назревает последний бой, который решит все.
— И поэтому Меган просит о помощи.
— Я не могу вам ничем помочь.
— Неужели вам все равно?
— Я ушла от того мира не просто так. Я не хотела в нем жить. Этого достаточно, чтобы просто взять и уйти. Не осуждайте меня, мисс ДеЛунг, у вас тоже есть это желание, но вы не можете уйти, вам просто пока нельзя.
— У меня тоже есть причины остаться, как у вас были уйти. Я это понимаю. Но вы бросили всех, кого любили.
— Будь у них возможность, каждый из них ушел бы из этого. Попав туда, есть несколько дорог назад, но не у ведьм. Мы такими рождаемся, такими и умираем. Мы не можем превратиться в обычных людей. Можем лишь отказаться от способностей, но они продолжают летать вокруг и пытаются вернуться к нам. Именно поэтому я сделала лучший выбор. Спрятала их внутрь себя, глубже, чем это возможно, потому что если бы я просто их отпустила, то сошла бы с ума. Однако, раз уж вы здесь за помощью, я ее вам окажу.
Тут она посмотрела на свой кулон. Обрамленный в золото зеленый камешек, прозрачный, но в то же время немного мутный, он светился даже при свете. Тут я вспомнила о Кинжалах. У них тоже такие камни, но более глубокого цвета, но зеленые, без мутности.
— Здесь есть все, что вам нужно.
   
POV Стивен
Дом Льюисов всегда был для меня открыт. В нем всегда были рады мне. И стоило мне войти, как я увидел, что где-то на заднем дворике стоит Элизабет. Она не была здесь давно, поэтому я был уверен, что сюда и ляжет ее путь. В конце концов, здесь прошла вся ее молодость и почти вся жизнь.
Я быстро проскользнул мимо дверей, что выходили на задний двор, чтобы попасть к Элайдже. Если Элизабет здесь, то и он должен быть.
Дверь в его кабинет, как и всегда, конечно же, была открыта. Передо мной появилась вновь эта картина, которую, я уверен, знал уже каждый: за столом сидел мужчина, которому по виду было лет тридцать-сорок, хотя ему было куда меньше, слева от него стояла его трость, которая просто придавала ему уверенности в себе и вида, на нем был допотопный камзол, который он почти никогда не снимал, видимо, гордясь, из какого он времени. Его волосы немного растрепаны, лучистые зелено-голубые глаза светились, как и всегда. Жесты его всегда были точены, а речь была почти что театральная, если он начинал говорить. Правильная дикция в наше с ним время было одним из аспектов в высшем свете, если хотел выжить. Были критерии, я в этом уверен, хотя я мало что запомнил из того, что тогда происходило, да и по рассказам родителей мало что запомнил. У господина Ковальски же была отменная память, он помнил каждый день каждой войны, в которой участвовал. Учитывая, что после обращения он надолго пропал из Америки, то почти ни в каких его и не было. Его можно было назвать проходимцем, лгуном, но никак не человеком из высшего света, хотя он был как раз одним из ста, кто и был авантюристом. Будь у него возможность прожить обычную жизнь, он бы так и сделал, но судьба подарила ему великий шанс обрести бессмертие, за который он ухватился, даже не подумав.
Он обратил на меня внимание почти что мгновенно. Но опять я вспоминаю о том, какие реакции при этом сопровождают его. В множественном числе лишь потому, что никогда не знаешь, как все будет на этот раз. У него есть способность удивляться по-детски, а иногда быть недовольным, будто он старик в преклонном возрасте. Впрочем, ни меня, ни его, не должно быть уже давно. И если он урвал шанс, то мне он и не нужен был, я этого не просил. Элайджа тоже не просил, но отказаться был не в состоянии. Герман мог уговорить кого угодно, правда мы так и не знаем точно, кто его обратил. В любом случае, в этот раз он посмотрел взглядом, говорящим «блудный сын вернулся».
— Какие люди! — произнес он, восклицая. Он это любил. Он как мужская версия Клодии. Тоже любит устраивать драмы, восклицать, причитать время от времени, подкалывать по поводу и без, а также помогать в любой сложной ситуации. Они были очень похожи, хотя их разделяли тысячи лет, происхождение и образ мышления. Ведь где-то они были разными, и я это прекрасно понимал, ведь в мире нет двух одинаковых людей, лишь приблизительно похожих. Но они сошлись в одно время в одном месте, оба любят до безумия своих возлюбленных и готовы отдать жизнь за другого. И конечно же, как и у каждого из нас, у них есть враги. И это как раз было том, почему я пришел к Ковальски, а не к Клодии. Зная последнюю, я прекрасно понимал, что она ради Энни и меня перебьет всех, кто коснется нас даже кончиком пальца. У Элайджи был несколько другой способ решения проблемы. Если вспомнить, что он сделал с Джоном, я уверен, обойдется без кровопролития. Впрочем, Джон был человеком и заставить его уехать в никуда было в разы проще, потому что его разум работает иначе. С Уллой, подумал я, будет не так легко.
— Я пожаловал не чтобы просить прощения, — ответил я. Когда я присел, Элайджа понял, что я здесь снова за собственной выгодой, но лезть в мою голову не стал.
— Кого убираем на этот раз? — спросил он, но уже без какого-либо энтузиазма, поскольку это было обычным делом и не приносило никакого кайфа для него, но будь это Клодия, весь город плавал бы в море крови Уллы Хендерсон.
— Улла мешает мне и Вайлет.
— То есть, Виолетте?
— Она всегда была ею. Не я виноват, что поезд перевернулся, — и тут я понял, что задел за живое, а это уже было мотиватором.
Элайджа опустил глаза и прочитал в этом взгляде сожаление. Ведь не произойти тогда крушения, все было бы иначе. Возможно, выбери Элизабет тогда его, а не отца, я бы вообще не оказался в поезде, потому что не родился бы, а Виолетта не поехала бы на нем, потому что не было бы этой необходимости. Как странно, подумал я, каждое решение влечет за собой другое и связывает людей воедино.
— Я не знаю, как тебе помочь, Стивен. Улла слишком сильный соперник, тебе не кажется?
— У нее есть свои козыри, но у нас есть ты. Фиона тоже может нам помочь, если ее попросить.
— Почему это так важно?
— Она рушит нашу семью. Разве тебе не все равно, что происходит между Энни и Вайлет? Пойми, если они не будут держаться вместе, тогда и нам всем крышка. Особенно, в бое с Питером.
— Лучше потерпим, пока Энни не вернется. Мы не знаем, что будет дальше. Может они помирятся и все вернется на круги своя.
— Я не уверен, что что-то их сможет объединить снова. Если теперь Вайлет — Виолетта, то это удар по Энни.
— Я не смогу начать это дело прямо сейчас.
— Почему?
— Элизабет хочет увидеть, что теперь с городом. Возможно, она увидит Уллу и сама что-нибудь с ней сделает. Ведь Улла…
— Что Улла?
— А ты разве не помнишь?
— Ты же не хочешь сказать, что у меня с ней что-то было?
Элайджа молчал, смотря на меня. И тут я вдруг вспомнил, хотя и размыто, что что-то было. Я думал, это всего лишь сон, и честно говоря, я бы его занес в кошмары.
— Самое страшное, что в это время у нее был ухажер, а потом она родила девочку. Она в этом никогда не признается, Стивен, потому что мы можем ошибаться. Никто ее не видел в тот год, после твоей смерти она исчезла, «отправилась путешествовать по Европе», как она писала в своем липовом письме Фионе, чтобы создать видимость, что все хорошо.
— Возможно ли…
— Никто не знает.
И тогда я очень сильно обозлился на Уллу еще больше. Я не мог поверить, что возможно, если она родила ребенка, то он мог быть моим. С Элайджей мы решили подождать Энни, а самому мне хотелось убить Уллу. Но я решил подождать и с этим, потому что если она пойдет с нами на бой, то ее будет тогда легче убить. Поэтому я просто пошел обратно домой.
   
POV Вайлет
Стивен зашел в дом, и я сразу же позвала его сесть со мной, поскольку мне надо было поговорить с ним о Карен. Он присел, даже не ожидая, что его ждет. Я и сама не знала, как лучше сообщить ему эту новость.
Но потом я собралась и протянула ему листок с адресом дома. Он смотрел на меня недоумевающе, не понимая, что вообще происходит.
— Что это? — спросил он.
— Я вчера была в службе по опеке над детьми. Есть одна девочка, ее зовут Карен. Миллс. Она живет с прадедушкой, кажется, его зовут Оливер и он…
— Оливер? Так звали моего брата.
— Знаю, но необязательно, что это он. Я просто подумала, что Карен может оказаться потомком Оливера, а этот Оливер лишь назван в честь него. Или может это вообще просто совпадение, но я не думаю так. Мне кажется, в ней есть что-то от тебя, Стивен. Поэтому, может быть она принадлежит к твоей семье.
— Моего брата забрали индейцы, вряд ли он вернулся бы сюда. Хотя все так… своевременно. Это не может быть просто совпадением.
— Но этот дедушка живет в Сауз-Спрингс, Стивен. И Карен потеряла родителей недавно. И как бы там ни было, я хочу не упустить этот шанс. Я хочу ее взять к нам. Но дело в том, что этого нельзя сделать, если я не состою в браке.
— Но ты же знаешь, что нам это не нужно. Совсем необязательно. И я бы никогда не стал настаивать на этом, ведь нам достаточно просто быть вместе вечность.
— Это всего лишь формальность, она роли не играет для нас с тобой, но для этой девочки, — я достала фотографию и протянула ее Стивену, — это играет огромную роль.
Стивен вгляделся в нее и сказал:
— Она похожа на индианку. Или на филиппинку. Или на арабку.
— Это неважно, я хочу ее забрать, — и потом я взяла его руку в свою и произнесла, — Стивен Миллс, ты женишься на мне?
Он улыбнулся самой спокойной улыбкой, какую я видела в своей жизни и ответил:
— Да, конечно, — а потом он меня поцеловал, и я его обняла.
— Мы должны об этом сказать всем вечером.
— Скажем, — он поцеловал меня снова, и я почувствовала, что наконец счастлива.
   
POV Хлоя
В Аду пекло было настолько жарким, что я даже захотела вернуться обратно. Впрочем, я точно уверена, что этого хочет сто процентов находящихся тут.
Августа проводила нас с Максом и Остином к Аиду. Тот, конечно же, был очень рад нас увидеть. А потом он отдал приказ Остину и тот исчез. Августа оставила нас, и мы остались втроем наедине.
— Так что вас привело снова в это ужасное место? — спросил Аид не без доли иронии. Надо же, правитель Ада подкалывает сам себя. До чего докатился мир.
— Нам нужна твоя помощь, — начала я, а Макс просто сидел и наблюдал, как и всегда, — подозреваю, что жарче здесь стало от твоего негодования по поводу побега Германа.
— Ты угадала, — ответил он.
В этот момент снова появился Остин, он прошелся по залу, взял яблоко и сел на диван, закинув ноги на маленький столик, стоявший перед ним.
— Отец считает, что это дело рук Питера, — произнес Остин.
— У нас нет сомнений, что так оно и есть, — подал голос Макс.
— Ну что ж, — начал Аид, — пока Персефоны нет, и она в поисках Уилла где-то в моем царстве, я почти уверен, что у нас есть время. Иначе она сама поднимется наверх отсюда и разгромит Питера. Но это будет мучительная смерть.
— А ты хочешь растянуть это удовольствие? — с опаской спросила я.
— Конечно, милая. Думаешь, я буду с ним мягок? Я почти уверен, что даже не смогу насладиться его душой, потому что он исчезнет в небытие.
— Почему?
— Вселенная.
Мы с Максом не поняли, о чем идет речь, и я подала Аиду знак, что стоило бы объяснить значение сказанного им.
— Боже, вы что, не знаете о ней? — спросил он, сильно удивившись. — Ну ладно, начнем.
И он рассказал нам историю, от которой мурашек не было, но которая поставила меня в тупик. Я уже не знала, что делать. Я поняла, что только Институт знает, как с этим справиться.
   
POV Сабрина
Я вышла к мосту и увидела там Елену и Гильерме. Они стояли и ждали меня. Когда же наконец мы поздоровались, то собрались и пошли вперед, навстречу с Эмбер. Мы должны были открыть склеп Эдгара Блэка.
   
POV Эмбер
Сабрина подошла вовремя. Вместе с ней были Елена и Гильерме. Потом мы прошли к склепу и начал раздвигать двери. Когда они были полностью открыты, то начали спускаться. Когда его открыли в первый раз и открылся проход, с тех пор он и не закрывался, поэтому сложностей не возникло. Мы зажгли факелы и стали продвигаться по коридору, спустившись на самое дно.
Тоби остался дома, я попросила его, поэтому нас было только трое. Я решила, что он будет там на случай, если вернется мама, ну и приглядеть за Чендлером, который с каждым днем унывал все больше. Анна не могла сидеть с ним сутками и пытаться вытащить из дома.
Клодия вообще уже бросила все попытки как-то ему помочь, только давила на Этру заставить Тайлера вернуться. Но это было уже не важно, потому что битва приближалась и ему придется выйти из библиотеки или другой части дома, чтобы сражаться вместе с нами. И если бы он немного постарался, то узнал бы куда больше обо всем вокруг, ведь он знает недостаточно, чтобы жить среди бессмертных. Есть слишком много вещей, которые ему стоит усвоить. Но у него на это есть целая вечность, поэтому я беспокоюсь только за нынешний его период, ведь он может подумать, что так можно прожить вечно и не встанет с кровати, пока что-то его не заставит это сделать.
Склеп углублялся все дальше, и так далеко мы еще не заходили. Тогда я подумала, что неплохо бы убедиться, нет ли кого постороннего рядом. В конце концов, склеп мы не закрывали, иначе бы не вернулись обратно, а связь здесь точно не работает.
Когда мы заходили все дальше, то вдруг послышались какие-то шаги и я поняла, что это кто-то идет навстречу к нам. Силуэты были отчетливо видны, и я сразу же остановила Сабрину, но та только шла вперед, чтобы разглядеть двух приближающихся людей. По виду это были парень и девушка.
Когда они подошли, я сразу их узнала.
— Яна? — спросила Сабрина.
— А ты кого ожидала? — ответила та вопросом на вопрос.
— Мэттью, и ты здесь? — спросила Сабрина снова.
Тот лишь поприветствовал нас жестом двумя пальцами ото лба. Ни слова не сказав, он просто стоял рядом с Яной.
— Ну что, нужна помощь? — спросила она.
— Да, мы не ожидали вас здесь найти, — ответила Сабрина.
— Ну что ж, надерем Питеру зад.
   
POV Этра
Я собрала несколько вещей с собой, чтобы мне на всякий случай их хватило в Институте. Оставаться здесь до боя было опасно. Но это также могло означать, что я просто хочу спрятаться. Хотя это не лишнее в наше время и в нашей ситуации. Залечь на дно — самое оно.
В комнату вошел Шон, чтобы что-то сказать, но остановился, увидев мой небольшой багаж.
— Ты куда-то собираешься? — спросил он.
— Я должна отправиться в Институт, — ответила я.
— Не говори мне, что ты убегаешь.
— Нет, это не побег. Просто есть одно дело.
Он присел рядом, с минуту подумал, а потом произнес:
— Это из-за Плутарха? Ты из-за него туда снова отправляешься?
Я взяла в руки Кинжал, но я решила, что это в последний раз в моей бесконечно долгой жизни.
— Между нами ничего нет, Шон. Это деловые переговоры.
— И, о чем они? — спросил он, но потом посмотрел на Кинжал и понял все, — Кинжалы? Ты их отдаешь?
— Они по праву его.
— Но ведь сами Стражи отдали тебе их. Ты знаешь все секреты мироздания.
— Но он знает больше, хотя это странно. Мы с ним появились в этом мире практически одновременно.
— Если ты от них откажешься, то станешь Стражем и покинешь нас.
— Если так должно быть, я не в праве этому противостоять. Тогда мне не придется ждать Гэвина. Я отправлюсь к нему, в Обитель, оберегая этот мир.
— Ты не можешь этого сделать…
— Уже делаю. Я откажусь от них.
— Но часть из них принадлежит Сабрине. Как ей быть?
— Уверена, и ей они скоро не пригодятся. Победив Питера, все зло уйдет. Мир станет спокойнее, как прежде.
— Но она будет бессмертной и дальше, а я нет. С Кинжалами у меня был какой-то шанс заставить сделать меня бессмертным, как она это сделала с Кэтрин.
Тогда я вдруг подумала, что знаю, что должна сделать.
— Я знаю, как могу тебе помочь с этим.
— У тебя не получится уговорить ее обратить меня.
— Я знаю. Она никогда не сделает этого. Да и тебе такое существование не нужно. Я дам тебе то, что поможет тебе остаться с ней навечно.
— И что же это?
— Подожди немного и все узнаешь. Я должна отправиться в Институт для этого тоже. Когда я вернусь, ты получишь свой способ стать бессмертным, чтобы быть с Сабриной вечно.
   
POV Энни
Вечером мне постелили в комнате для гостей, и я там устроилась.
— Надеюсь, все есть, что нужно, — спросила Габриелла.
— Да, спасибо, — ответила я. Потом я подумала несколько секунд и заговорила, — Почему ты все-таки не хочешь жить в нашем мире?
— Я все равно не успею занять трон. Понимаешь, Энни, если можно на «ты», я умираю. Все плохое, что скопилось в этом мире, влияет на меня. Как только вы победите в своем бою, я уйду, потому что приму на себя смертельную дозу зла. Звучит глупо, но моя жизнь всегда была связана с этим ужасным троном. Нашу семью всегда преследовала темнота, которую никак нельзя объяснить. Вероятно, это только по прямой линии. Меня не станет, и прямой линией станет Хлоя и ее потомки. Ты мне рассказывала, что они уже нацелены на то, чтобы занять трон и по праву займут его вместе с твоей дочерью. Так и должно быть.
— Ты не жалеешь о том, что прожила обычную жизнь? И еще так мало.
— Ты прожила в свое время меньше. Но я освобожусь, как только все закончится, став Ангелом и защищая этот мир. Мне станет легко, Энни. И моя мама тоже хочет этого для меня. Она не я. Мы разные.
Потом Габриелла ушла. На следующее утро я уехала и больше никогда не видела ни ее, ни Ребекку.
   
POV Вайлет
Вечером того же дня я собрала всех в гостиной. Не хватало только Энни, которая приедет через день. Но я знала, что сообщу ей все сразу же, как только смогу.
Каждый сел на свое место, здесь были все, кто смог оставить свои дела. И вот множество пар глаз смотрела на нас со Стивеном, и я заговорила.
— Я и Стивен хотим удочерить девочку по имени Карен. И чтобы это сделать, мы собираемся пожениться, но все это после битвы, потому что нет вероятности, что все пройдет так хорошо, как хотелось бы. Но это еще не все. На днях я хотела бы поехать к ней и познакомиться, а также навестить ее прадедушку. Его зовут Оливер и так как я не хотела бы ехать туда одна, то беру Стивена и была бы благодарна, если бы кто-то еще вызвался.
Руки подняли Элайджа и Элизабет, чего я и ожидала.
— Что ж, это хорошо, — произнесла я.
Потом все разошлись, как только они поздравили нас с этим шагом. Позже мы устроили небольшие посиделки, на которые остались Элайджа и Элизабет. Стивену это было немного неприятно, отношения еще были натянутые, но он это перенес легко, как мне показалось. Потом я отошла, чтобы перекусить и он пошел за мной. Я хотела его спросить, в чем дело, но он начал сам.
— Я вдруг вспомнил кое-что, — он достал из кармана джинсов листок, и он тоже был с адресом. Когда я взглянула, то узнала тот самый адрес, который показывала сегодня ему.
— Откуда он у тебя?
— Элизабет дала, говорила, там живет мой брат. Кажется, это действительно не совпадение, Вайлет. Это Оливер. А Карен и правда его потомок. Мы ее точно не оставим.
— Как тесен мир, — произнесла я. — И когда же мы собираемся туда поехать?
— Лучше завтра нам отдохнуть. Слишком много свалилось. Яна и Мэттью вернулись, а вместе с ними Елена и Гильерме. Лучше взять один день отдыха. К тому же, завтра у тебя дежурство.
— Да, ты прав. Но мы все сделаем правильно, так?
— Конечно. Мы не можем иначе.
И тогда я уставилась на этот листок с адресом. Как же все-таки все взаимосвязано. И теперь я еще больше чувствовала ответственность за Карен. Я была просто обязана устроить ей все. И мне в голову пришло несколько новых мыслей, потому что конец приближался. Я не могла оставить пустоту после себя. И поэтому решила, что пора действовать.
 
Глава 7
Оливер
POV Энни
Совсем скоро я уже подъезжала к городу. Оставалось совсем немного, поскольку я решила не медлить и не останавливаться на перекус или отдохнуть в гостинице.
Наконец, на пассажирском сидении появилась Дарсия, которая молчала с того самого момента, как я приехала в город. Это было довольно подозрительно, поскольку я даже не ожидала, что она просто пропадет. Каждый день с ней был легче, чем один без нее.
Она молчала, но я чувствовала, что она хочет мне что-то сказать. Она ведала о куда большем, чем я, а потому, прекрасно понимала, что ей это может даться нелегко. И все-таки она молчала еще пару миль, пока до города не оставались считанные минуты. Заговорить она решилась только когда мы уже проехали мост, который так много значил.
— Тайлеру грозит опасность, — просто произнесла Дарсия, и я сразу же затормозила посреди дороги. Машин не было, поэтому я могла стоять на месте, сколько захочу.
— Что?! И ты это говоришь только сейчас? — я была в ярости.
— Я не могла сказать тебе там, ты бы осталась и не уехала. А ты нужна здесь, дома. Тайлер уже большой мальчик и сможет позаботиться о себе, учитывая, кто он. К тому же я вызвала Тора, так что беспокоиться не о чем.
— Ты в своем уме? Мой сын в опасности, а ты говоришь, что все в порядке!
— Конечно, все хорошо. Он под присмотром. Остынь, Энни.
Я не знала, как реагировать на эти слова. Я понимала, что она права, но если опасность, значит будет лучше, если о нем позаботятся. Хотя она уже сказала, что вызвала Тора. Я попыталась собраться после этих раздумий и завела мотор, поехав дальше к дому.
   
POV Вайлет
Мы вчетвером приехали к дому. Как я и говорила, дом был ветхим, но стоял на ногах. Не то чтобы он держался на соплях, но фундамент, видимо, был уже глубоко в земле.
Я постучала в дверь и ее открыла Карен. Она смотрела на меня своими большими карими глазами, а потом произнесла:
— Он сказал, что ты придешь. Он ждал вас всех.
Я очень удивилась только в первые две секунды, ведь откуда ему было знать, но потом вспомнила, что он явно получил вместе с долгожительством и способность предсказывать будущее.
Внутри дома все было затхлым и старым. Много пыли, от которой чесались глаза и хотелось чихать, но в бессмертии хорошо то, что не все человеческое с тобой остается. В остальном, подумала я в тот момент, я бы с удовольствием познакомилась снова. Если бы я снова стала человеком, то срочно снесла этот дом, построив на его месте получше.
Оливер сидел в кресле-качалке, но даже не шевелился. Карен стояла напротив него, просто смотря. Возможно, что и ей передалось что-то от него, ведь вряд ли она обычный ребенок с таким-то дедулей. Наконец, он открыл глаза, хотя и с большим трудом, а потом что-то произнес на непонятном мне языке. Стивен прошептал мне на ухо, что это, вероятно, один из индейских языков. Карен ушла на кухню, видимо, повиновавшись его приказу оставить взрослых вместе наедине.
— Вы наконец нашли меня, — произнес он очень глубоким старческим голосом. — А ты вообще должна извиняться, — сказал он, взглянув на Элизабет.
— Я не знаю, как я могу загладить эту вину, — произнесла она неуверенно. — Целая жизнь прожита как мной, так и тобой.
— Ты должна извиняться перед ним тоже, — он перевел взгляд на Стивена. — Ему досталось больше, чем мне. А ты, — он указал пальцем не Элайджу, — должен был увезти ее с самого начала подальше, чтобы всего этого не было.
— Речь идет о твоем существовании, Оливер.
— Я знаю… Знаю! Не надо этого говорить, Ковальски. Я бы мог отмотать время назад и дать вам шанс все сделать правильно, но тогда второй попытки может и не быть.
— Отмотать время? — спросил Стивен. — Кажется, ты не того близнеца отдала, мамочка, — произнес он, посмотрев на Элизабет.
— Ты, — произнес он, глянув на меня, — Виолетта. Мне жаль, что ты попала во все это. Если бы не эти двое, — он снова указал на Элизабет и на Элайджу, — ты бы прожила прекрасную жизнь и без всего этого цирка. Называй это как хочешь. Но то, что сейчас с тобой стало, вина лишь этих людей и их решений. Сделай они тогда выбор оба, а не один из них, ни я, ни ты, ни он — не страдали бы.
— Джек уже однажды говорил Энни, что решения всегда строят будущее, — обратилась я к Стивену, а потом сказала Оливеру, — Я знаю, что это их вина, Оливер. Но если ты знаешь будущее, скажи, я права?
Он сделал жест, чтобы я дала ему свою руку. Я ее протянула и мою руку охватила теплота старческой руки. Он был похож на девяностолетнего старика, который вот-вот уйдет в мир иной, но держался молодцом.
Я показала ему все то, что видела на протяжении многих лет, сначала считая просто кошмаром, потом поняв, что это видения, пыталась их понять, но теперь, когда конец был уже близок, окончательно удостоверилась во всем.
— Это то, чего нельзя миновать, но есть двое, кто хочет это исправить. Один знает об этом варианте будущего, другой — нет, но у них есть желание сделать это. Ты не единственная, кто стремится исполнить предназначение.
— Это то, что я хотела услышать. Но в итоге все ляжет на меня, так?
— Решать только тебе, Виолетта.
Я поднялась, и Стивен попросил меня проследить за Карен, пока он и Элизабет пытались разрулить прошлое, а Элайджа вышел выкурить сигару.
Я прошла на кухню, где Карен наслаждалась сочным яблоком и тоже взяла одно. Потом она посмотрела на меня, и только еще через пару минут сказала:
— Оливер говорит, вы меня заберете.
— Да, он прав, я хочу тебя забрать.
— Значит, ты станешь моей мамой?
— Да, я надеюсь на это. Но ты же знаешь, кто мы? Я и Стивен.
— Вы вампиры. Оливер говорит, вампиры — божественные существа, потому что их создал Всевышний, как и всех тварей на этой планете и в других мирах. Только вот он не знает, откуда взялся Бог. Но он узнает, как только отправится в долгое-долгое путешествие по морям и океанам на Веселом Роджере.
— Летучий голландец? Но им может управлять только потомок Филиппа ван дер Деккена.
— Оливер сказал, что вполне может быть, что мы с ним принадлежим к его потомкам.
Стивен стоял рядом с проходом и улыбнулся мне, увидев, что я поладила с девочкой. Я же начала думать об этом и решила, что как только доберусь поговорить с Элизабет наедине, то все узнаю.
   
POV Стивен
Все вышли, а я остался с Оливером. Наблюдать, каким я мог бы быть в старости, было довольно странно. Еще было непонятно, спал он или нет. Он мог закрыть глаза, но быть в сознании больше, чем я. Иногда в эти минуты я думал, что это мне конец, а не ему. Но верни мы все назад, то не пришлось бы страдать, он прав.
— Осуждаешь их? — спросил он меня.
— Я ее не прощу за это никогда, — ответил я.
— Понимаю твою злобу, но тебя не отдавали в чужие руки только потому, что предки захватили чужую землю. Конечно, все это было за дело, и в итоге я многому научился, но все равно не приятно, когда твоя жизнь — разменная монета.
— Я тоже попадал в истории. В то время, как ты жил вполне спокойно с индейцами, я стрелял из пушки и снова путешествовал на поезде. И, кстати говоря, в поезде я и узнал о тебе. Ты был для меня как мультяшная модель в голове, я не знал, существуешь ли ты на самом деле или нет. Я жаждал этой встречи целых десять лет.
— Но не век. Я не стремился найти никого из семьи, полагая, что так и должно быть. Но потом, прочитав в газетах о том, что Элизабет Миллс умерла, сразу решил начать поиски. Но когда узнал о том, что и ты умер давно, прекратил. Но в тридцатые я обратился к своим способностям, чтобы связаться с твоим духом. Потерпел, как ты понимаешь, фиаско, потому что ты оказался жив. И я узнал, что ты — вампир, как и наша мать. Я писал ей, она отозвалась. Но я ей не стал говорить о тебе.
— Почему нет?
— Чтобы она помучалась. Поняла, какую цену заплатила за все, что имеет.
— Ты тоже на нее зол. Но тебе не понять, почему я зол на Элайджу. Ведь ты прав, сделай они оба выбор, а не только он, то все было бы иначе.
— А если бы не этот чертов поезд, ты бы прожил жизнь с Виолеттой.
— Как бы это было?
— Ты бы умер в глубокой старости, не застав Второй мировой. Виолетта прожила бы столько же. У вас было бы трое детей, хотя это бред. Возможно, в параллельной вселенной так и есть, но не здесь. Она всегда была бесплодна.
— Мы бы усыновили.
— Может быть. На самом деле, вы старались бы завести своих детей, но к сорока бросили бы попытки.
— А ты? Что было с тобой?
— Я вырос среди индейцев. Женился ни индианке. У нас родился сын. Он умер по окончании Гражданской войны, ему было от силы два года. Потом у нас родился еще сын, и он прожил не сказать, что долго, но достаточно, чтобы уйти в мир иной со спокойной душой. Наша дочь умерла от родов, ребенок тоже умер. И лишь мой единственный внук от единственного выжившего ребенка женился и имел тоже сына. Он женился на ирландке, которая была обречена на жизнь с нами. В резервации мы жили до пятидесятых, пока индейская кровь не перемешалась и не исчезла с глаз долой. К этому времени никто в семье не удивлялся, что я еще жив и молодо выгляжу, потому что по приданию знали, кто я и почему такой. А потом родилась Карен. И выросла она здесь.
— Вы переехали в Сауз-Спрингс? Еще тогда?
— Ты слишком удивлен, братишка. Я понимаю это удивление.
— Я был так рядом так часто, но не нашел тебя. Мы ведь похожи, почему я тебя нигде не видел?
— У мироздания были свои планы на нас с тобой. Где я появлялся, оттуда ты уходил. Не думаю, что Смерть знала обо мне, потому что магия индейцев прятала меня от Высших сил.
— Но теперь мы здесь. И я буду с тобой до конца.
— Только так у нас и получится.
Он взял меня за руку, и я почувствовал глубокую связь с ним. Больше не надо было слов. Все было понятно и так. А потом мы просто сидели и смотрели в окно, ожидая заката.
   
POV Клодия
В дверь постучались и я сразу же пошла ее открывать, надеясь, что это Энни. Но, открыв ее, я не обрадовалась.
— Виолетта дома? — спросила Улла, улыбаясь этой фальшивой улыбкой из пятидесятых.
Я лишь поморщилась, увидев ее, а потом закрыла перед ее носом дверь.
— Кто это был? — спросила Этра, услышав, что захлопнулась дверь.
— ИКЕА, — ответила я.
— Она все еще пытается навязаться к Вайлет?
— А ты удивлена? Мне казалось, если она сюда пришла, то не уйдет. Надеюсь, что однажды это все-таки случится, и я окажусь хотя бы впервые в жизни неправа. Хотя что-то мне подсказывает, что с ней мы еще намучаемся.
   
POV Фиона
1923 год.
Я расставляла стулья, чтобы приготовить бар к открытию вечером. Кто-то вдруг вошел в зал, но я не видела кто, и поэтому попросила уйти, потому что мы закрыты. Когда я повернулась, то увидела перед собой Уллу. Она была, как всегда, бесподобна.
— Не так встречают сестер, дорогая, — произнесла она.
— Но сестры и не пропадают на шестьдесят лет, Улла, — ответила я.
— Не делай из этого драму. Я исчезла по причинам, которые объяснить не могу.
— И много чего пропустила. В особняке поселились люди, которые имели семью.
— Мне не интересно это знать, Фиона. Я не собираюсь проникаться к ним чувствами.
— Собираешься, если узнаешь…
— Стой! Не говори мне этого. Я хочу отпустить прошлое. В конце концов, тебя это не касается. Ты вообще никого не любила.
— Откуда тебе знать о моих чувствах к кому-либо?
— Я говорила это уже однажды и скажу вновь: тебя никогда никто не интересовал. Впрочем, ты счастлива и со своим бессмертием. Устрой себе выходной хоть раз в жизни.
— Я — не ты. И я бы попросила тебя исчезнуть снова лет на шестьдесят, чтобы я смогла нормально жить. Калипсо вставляет мне палки в колеса, а тут еще ты.
— Не-а, не надо мне этих историй про ведьменские разборки. Это так скучно, милая.
— А ходить по мужчинам не скучно? Стивен, между прочим, жив.
Тогда ее охватил непонятный мне страх. Не знаю, что она на самом деле чувствовала, но она оцепенела.
— И где он?
— Всегда неподалеку.
   
Наши дни
Она вышла на аллею в центре города и присела рядом. Я знала, что она только что приехала обратно. Ее рубашка цвета абрикоса сочеталась с ее кожей и волосами. Зеленые глаза были чуть темнее. Я поняла, что что-то не так.
Энни ДеЛунг имела абсолютно все то же, что имела Улла, поэтому я не сомневалась в том, что она может быть ее потомком, если моя сестра, конечно, действительно родила дочку, о чем я думала последние сто лет.
— Она у дома? — спросила Энни.
— Да, ищет Вайлет.
— Я хочу, чтобы она уехала. Когда она забудет это все?
— Нужно время. Но я надеюсь, что она уедет. Я хочу этого не меньше твоего.
— Держи меня в курсе.
— Хорошо. — я помолчала с минуту, — Что-то случилось?
— Из-за Питера мой сын в опасности, но Дарсия заверила меня, что за ним приглядывают.
— Тебе не стоит беспокоиться, если Дарсия что-то предприняла.
— Ты права, наверное. А Улла будет с нами в битве?
— Как знать… Она не любительница кровопролитий. Она любит пить кровь не столько физически, сколько морально.
— Тогда пусть еще вспомнит о медальоне. Может тогда совесть проснется.
Потом Энни встала, села в машину и уехала. Через пару минут вернулась Улла, которая ее, к счастью, не заметила. И тогда я подумала, как же им обеим повезло не встретиться. Битву титанов я могу посмотреть и по телевизору на шоу «Голос», а здесь лучше кулачные бои не устраивать.
   
POV Хлоя
Мы с Максом просто сидели и ждали, когда же Аид примет решение. После истории о Вселенной я задумалась, как же много Дарсия от нас скрыла, и в том числе, от Энни. Хотя, возможно она как раз-таки все знает, просто хочет разобраться с этим сама.
— Думаешь, он решит? — спросила я.
— Ему некуда деваться, — ответил Макс.
— Не беспокойтесь, Аид держит слово. Я уверен, что эта ситуация ему не на руку тоже, так что будьте уверены, что уже получили согласие.
И я подумала, как хорошо было бы, будь это так.
   
POV Эмбер
Мы сидели и думали о том, как будет правильнее поступить. Шон нам рассказал о том, что Этра ушла в Институт. Мы думали также о том, что она там делает. Он не сказал ничего о том, почему она решила это сделать.
Шли часы, а мы так и не знали, почему все так сложно. Почему нельзя просто перемотать время вперед, чтобы узнать, что же нас ждало. Но я не обладала такой силой. И когда я вспомнила, что рассказала Вайлет, то в голову пришла мысль, от которой я не могла отказаться.
   
POV Элеонора
Смерть появилась передо мной, как и всегда — неожиданно. Она осмотрела меня, а потом спросила:
— Догадалась, что должно случиться?
— Да, — ответила я.
— Но ты не увидела, что это не единственный возможный вариант. Я и сама не хочу ничего из того, что, возможно, случится совсем скоро. Но кто-то должен собой пожертвовать.
— Я должна остановить их всех.
— И тогда все погибнут. А ты будешь первой. А вместе с этим исчезну и я. Поэтому я прошу тебя бежать прямо сейчас и просить убежища у Энни. Она с неохотой, но примет тебя и даст кров. А ты поможешь им.
— Я… боюсь.
— Не бойся, тебе уже нечего терять, все равно твоя жизнь подходит к концу.
И она была права.
    
POV Вайлет
Энни сидела в гостиной, и я тихо прошла к ней. Она заметила меня почти сразу, но злой не казалась. Она лишь отвернулась обратно к камину, вслушиваясь, жив Чендлер в библиотеке или нет. Я присела рядом с ней и боялась заговорить. Но я поняла, что она хотела бы услышать мой голос.
— Мне нужно кое-что тебе сказать, — сказала я, собравшись с силами, — и я не потерплю, если ты скажешь, что это неправильно. Я нашла одну девочку, ее зовут Карен. Она потомок Оливера — брата Стивена, поэтому она наша семья. Я и Стивен удочерим ее, а еще поженимся, но это все после битвы. Я хочу быть уверена, что буду жива. И хочу попросить тебя поехать со мной завтра к Оливеру. Сейчас там Стивен, а завтра я хочу, чтобы с ним осталась ты.
Она посмотрела на меня, улыбнулась и обняла, сказав:
— Делай все, что считаешь правильным.
Я обняла ее тоже и это было крепко. Я так давно не была с ней близка, о чем и сказала.
— Мы не были близки с тобой уже давно. Я знаю, что мы общаемся каждый день, но как сестры… мы давно не проводили время вместе, как в детстве. Все стало слишком сложным, и я больше этого не вынесу. Поэтому прошу тебя быть ближе, взамен обещаю делать то же самое.
— Хорошие условия и договор, — произнесла она и мы устроились рядом друг с другом, наконец помирившись.
Потом мы обе уснули. Это была одна из немногих ночей, когда я чувствовала, что счастлива. И что все хорошее впереди, даже если это не так. Энни подарила мне спектр эмоций за всю мою жизнь, и неважно, когда она началась или закончилась. Она в тот вечер сказала мне, что неважно, Виолетта я или нет, я всегда буду ее сестрой. И то же самое думала о ней я. Улла была из прошлой жизни. На то она и прошлая, чтобы оставаться далеко позади.
В ту ночь я впервые за долгое время чувствовала спокойствие и видела яркий сон, не мрачный. На утро мне было хорошо. И я запомнила эту ночь надолго. Ведь она была последней, когда все было так хорошо. Я запомнила ее не просто надолго. Я запомнила ее навсегда.
 
Глава 8
Олаф
POV Энни
Утром я пообещала Вайлет, что позже обязательно познакомлюсь с Оливером, так как в данный момент не получается. Меган позвонила и попросила наконец встретиться с приезжим, которым должен был открыть уже вечером бар.
Мы договорились с Вайлет, что, возможно, я подъеду к нему завтра, если сегодня у меня дела. И тогда я собралась, чтобы отправиться в центр города, чтобы познакомиться с этим Олафом. Его присутствие в городе не могло быть ничем хорошим, так что я хотела во всем разобраться.
Я не стала брать машину, отдав ее Анне, которая хотела поехать с Джеффом прогуляться в Чикаго, а сама пошла к центру городка пешком, решив прогуляться и навестить школу. Как оказалось, работа там без меня встала и никуда не двигалась. Ученики получили очень легкую форму обучения, поэтому экзамены могли сдать без всяких проблем, потому что в этом городе мало кому нужно было что-либо серьезное в жизни. Люди отсюда не уезжали, а если это и делали, то особого значения все окружающее для них не имело.
Снаружи бар был самым обычным, с очень американской надписью «У Олафа». Я зашла в помещение и увидела кого-то со спины. Волосы были не длинными, но было заметно, что хозяин хотел бы их отрастить. Плечи были самыми обычными, я бы сказала, средними, что даже привлекало. Он был одет в футболку, потертые джинсы, которым миллионы лет, кеды, которые от джинс не отставали, и он выставлял из коробок, казалось, последние бутылки с алкоголем.
— Мы еще не открыты, — произнес он, и повернулся ко мне лицом. В его речи я не услышала никакого намека на акцент, наоборот, поведение говорить было очень знакомым, будто из прошлой жизни.
Его лицо было овальным, худым, были явно видны скулы, глаза были большими и впалыми, но их цвет я различить не смогла, вероятно, хамелеоны. Нос и губы выдавали в нем знакомого мне человека. Первый был заостренным, вторые были немного пухлыми, но как будто утратили детскости. Странное описание, но ничего не поделаешь, ведь мои чувства не могли меня подвести. Не в этот раз.
— Я лишь зашла узнать, когда же бар будет открыт. Меган попросила, — произнесла я, наконец оторвав взгляд от молодого парня.
Ему на вид было около двадцати шести, и выглядел он явно чуть старше меня. Хотя если эти игры Смерти продолжатся, я состарюсь быстрее, чем мне стукнет сто.
Наконец, парень осторожно зашел за стойку и поставил на нее рюмку, поднося к ней водку. Налив ее почти до краев, он подвинул ее немного в мою сторону, как бы прямо намекая, или даже говоря, не сказав ни слова, чтобы я выпила.
— Я сюда не пить пришла, мистер Кристенсен, — произнесла я.
— А мне кажется, вам стоит выпить… — он склонил голову с вопросительным взглядом, надеясь узнать мое имя.
— Энни ДеЛунг, — ответила я. Что-то в этот момент переменилось в его взгляде. То ли он будто разочаровался, то ли был удовлетворен таким исходом событий.
— Выпейте, Энни. Сразу, не смакуйте, как в России, — предложил он и я присела за стойку, взяв рюмку в руку и сразу заглотив напиток. — Советую сразу взять закуску, — он достал тарелку с нарезанными овощами, среди которых были огурцы. Все было именно так, как мне рассказывали, но это была не Россия и зима давно прошла.
— Так что вас привело в этот город? — наконец спросила я, перейдя к теме, по которой пришла, а в этот момент Олаф продолжал наливать мне новые порции водки.
— Бизнес. Я хотел устроить что-нибудь, и пришла в голову идея открыть бар. Когда я наконец нашел место, оно показалось мне идеальным. Что может быть лучше, чем спаивать местный народ, не так ли?
— Но вы приехали сюда из Норвегии, так?
— Это был долгий путь. Сначала я уехал учиться в Великобританию, прожил там все то время, что учился, а год назад мне пришла идея уехать в Штаты, и вот я здесь.
— У вас замечательный американский английский, мистер Кристенсен. — заметила я, выпивая уже непонятно в какой раз. — Кажется, мне надо остановиться, иначе до открытия бара я уже буду пьяна.
— Вы хорошо держитесь, мисс ДеЛунг. И мне даже нравится это.
— Не подкатывайте ко мне, Олаф. Я не брошусь на вас мгновенно, как будто только этого и ждала.
— А чего вы ожидаете, Энни?
— Уже ничего. И мне пора, пока я еще не совсем пьяна.
— Но вы обещаете быть на открытии? — спросил он, когда я уже встала и пошла к выходу.
— Конечно, я не пропущу это событие, — ответила я.
— Тогда могу ли я попросить вас кое о чем?
— О чем же?
— Наденьте черное платье. Оно будет уместно сегодня вечером. В нем вы будете невероятны.
— Я подумаю, — ответила я, а потом направилась к выходу.
   
POV Фиона
Энни ушла из бара очень вовремя. Потому что ровно в тот момент, как она завернула за угол, в него вошли мы с Уллой. Сестра сразу направилась, хоть и медленно, но к стойке, чтобы в очередной раз поговорить с хозяином бара.
Он протирал стойку, убрав алкоголь и закуски, а Улла обиделась, ведь она рассчитывала на более дружественный прием. Но вряд ли кто-то осуществил бы подобный фуршет в ее честь. Я и сама не горела желанием кормить подобное чудо пространства и времени как моя сестра.
Она посмотрела ему прямо в глаза, надеясь, что тот расколется и расскажет о том, о чем они говорили с Энни. Но хозяин бара не хотел ничего говорить. Тогда сестра взяла его за запястье и пыталась мысленно заставить его делать то, что она хочет, но и тут она потерпела фиаско.
— У тебя ничего не получится, — сказал он сквозь зубы.
— Думаешь, так легко скрыть свои секреты? — процедила в ответ сестра. — А не боишься, что я расскажу твоей милой Энни, кто ты есть на самом деле?
— Убирайся, — прошептал он, наклоняясь к ее уху.
Сестра тут же отпрянула и быстро зашагала назад, к выходу. Я же смотрела на него еще пару секунд, без слов произнеся извинения. Потом я тоже ушла, оставив его с самим собой наедине, пока не настанет вечер, и пока Энни вновь не вернется сюда. Как и в его жизнь. И снова будет перед его глазами.
   
POV Вайлет
Я пообещала Карен подъехать позже, возможно, даже не сегодня. И отправилась в Чикаго, чтобы встретиться с одним своим пациентом. Джеймс Уолш был прекрасным адвокатом, который мог бы представлять мои интересы, даже если я отойду в мир иной. Поэтому я и решила вспомнить о нем, ведь я ему спасла жизнь. Знаю, врачи работают безвозмездно, но в моем случае надо было запастись всеми деньгами и счетами, как банками из-под огурцов и грибов, из которых можно было сготовить, хоть и не самый вкусный в мире, но суп.
Секретарша Джеймса попросила меня посидеть несколько минут, пока она не узнает у своего босса, могу ли я с ним встретиться. Когда это время пришло, Джеймс сам вышел ко мне.
— Доктор ДеЛунг, какая встреча! — произнес Джеймс, пожимая мне руку. Его рукопожатие было сильным, но не сильнее моего, чему он удивился. — В чем дело?
— Джеймс, я знаю, вы поможете мне.
— Дело срочное?
— Не требует отлагательств.
— Тогда, прошу в мой кабинет!
Мы прошли с ним, и он закрыл дверь. Потом сел за свой стол, напротив меня и выжидающе уставился. Он был умным человеком, солидным, но казался мне немного чопорным, или может глупым. Странное сочетание, но мои мысли он прочесть не мог, и очень хорошо.
— Я собралась удочерить одну девочку, но так как всегда есть опасность в этой жизни, что что-то пойдет не так, я бы хотела заверить свое наследство на нее. Я составила завещание, но его надо заверить, поэтому я здесь. Плюс, все мои деньги, страховка и пенсия, которой я могу не дождаться, в случае чего, должна перейти к ней.
— Что оставляете близким?
— Дом, который принадлежит мне. Но владелицей должна быть она. Однако, опекун, в случае происшествия со мной — Элизабет Миллс. Возможно, если они поженятся, то еще я бы хотела сразу вписать Элайджу Ковальски.
— Кем приходятся эти люди вам?
— Родители моего будущего мужа. Точнее, мать и отчим. Сестре я не могу оставить, у нее своих проблем полно. Но это неважно… Могли бы вы сделать это для меня?
— Думаю, все получится. Главное, заверить завещание и дело сделано. Все тонкости оставьте мне.
— Спасибо, Джеймс, я знала, что не ошибусь в вас.
И не ошиблась.
   
POV Хлоя
Получив ответ от Аида, мы сразу же направились домой.
Он согласился участвовать в битве. Его демоны будут биться за нас. А самое главное, Питеру не победить. Но главнее этого были мысли Аида о том, кто такой Питер. И это пугало меня больше всего. Как покажет практика в дальнейшем, он был прав, но это уже другая история.
   
POV Сабрина
Зелья были уже готовы. Я держала в руках маленькие пузырьки с жидкостями, на которые ушли дни. Один из них был особенным. И его цвет я разглядывала довольно долго. И тогда я решила, что вот он — тот самый момент, когда можно будет положить конец моему существованию.
Я не могла сделать Шона одним из нас, не могла дать ему бессмертия, и не могла допустить, чтобы он ушел из своей семьи, навсегда став одним из нас, кто никогда не старится, и никогда не сможет иметь того, что имеет большинство людей. Возможно, будь я тоже человеком, не захотела бы всего этого, но я не человек, поэтому я так тянусь дать все это ему, оставляя себя позади. Он должен пережить меня на много лет, и может быть тогда мы снова встретимся, когда ему захочется найти покой. Но все это только если я тоже его найду, в чем не была уверена.
Во многом, моя жертва оправдывала себя. Чтобы зелья подействовали по-настоящему, нужна была жертва. За все в мире приходится платить. Это тоже имеет свою цену. Чтобы убить врага, нужна жертва. В итоге сохраняется баланс. Потому что зло уничтожено, а добро в равновесии продолжает свое существование.
Но если бы это было концом, я бы ни за что не стала рассказывать дальше. Потому что конец был не для меня.
   
POV Этра
Мы с Эдит пили чай и разговаривали. Я ей рассказала о том, как обстоят дела в Институте, и что делают Кэтрин и Ник на своих постах.
Позже мы начали говорить об их с Греггом отношениях. Эдит никак не смущало то, что ему уже достаточно лет, но я ей дала понять, что будет лучше для них обоих, если он тоже будет молод. И тогда я решила, что раз уж могу, то помогу всем. Сначала Шон, а теперь Грегг. Еще бы осчастливить Чендлера и все будет именно так, как нужно. Но Тайлер не торопился возвращаться.
В итоге Эдит согласилась на то, чтобы я сделала это для нее. Я и сама не хотела терять Грегга еще лет пятьдесят. Так я вновь окунусь в прошлое, и передо мной будет частичка Гэвина.
   
Сабрина сидела за своим столом, и я ее оторвала от некоего транса, до коснувшись до плеча. Когда она повернулась, то сказала:
— Никому не говори то, что видела.
— Где остальные? — спросила я.
— Гуляют в лесу. Я трудилась и сделала зелья. Мы победим Питера.
— Хорошо. Я здесь, чтобы попросить тебя кое о чем.
— Что-то случилось?
— Нет. Но мы с Эдит кое-что решили. Нам нужно зелье, чтобы сделать Грегга вновь молодым. Это будет лучшим решением их отношений. Так у них обоих есть шанс начать все сначала.
— Я понимаю тебя. Я сделаю это.
— Спасибо. А что это?
Тут она отговорилась, что еще одно дополнительное на случай, если остальные зелья не подействуют. Потом она убрала флакончик в ящик, и улыбнулась мне. Но я понимала, что что-то не так. Позже я обо всем узнала, но это уже не имело значения.
   
POV Элеонора
Дарсия не отвечала мне вновь и вновь. Молчание.
ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ
Безумие нарастало, и я не могла ни о чем думать. До города оставалось еще несколько миль, но я уже была в Треугольнике. Как же мне хотелось его разрушить и освободить их ото всего этого. Но я не застану тот день, когда Фонари будут вытащены из земли и больше никогда уже не будут зажжены снова.
ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ ВАЙЛЕТ
Наваждение съедало меня изнутри. Я не знала, что делать. Я бежала, словно искала спасения. И я знала, что Питер меня ищет. Знала, что несу за собой беду. Но ничего не могла поделать. Наконец, я была почти у цели. Но сил не было, и мысли об этом еще больше угнетали меня. Я не переставала видеть будущее. Не переставала надеяться успеть выпросить прощения и спасти всех. Но это было не для меня, не моя участь. И тогда я начала горько жалеть, что эта семейная способность подчиняться действует и на меня. Было бы намного легче, не будь я одной из них. Я была готова отказаться от своей бессмертной сущности, но тогда я бы стала еще более уязвимой и со мной мог расквитаться кто угодно. Поэтому я просто продолжила идти вперед. Мучаясь, почти ползла до города, который не был мне рад.
   
POV Энни
Бар открылся вечером и на нем были все. Даже Улла.
За столом мы сидели втроем: я, Хлоя и Меган. Тогда же подошел Олаф. Он видел еще в самом начале, когда я только пришла, что уже здесь. Следил за мной, осматривая глазами мое платье.
— Элегантно, как я и думал, — произнес он, а мое черное платье поблескивало от света вокруг. Бар был не типичным пабом, а самым настоящим — американским. Ирландцы даже не подозревают, как много они упускают в дружеских посиделках без драк, подумала я, а потом вспомнила, что и сама немного ирландка. Кажется, воевать у меня в крови.
— Ты просил, я — исполнила. — ответила я, протягивая свою руку к его, и мы пошли танцевать.
Как раз музыка стала спокойной и это было довольно романтично. Медленный танец. Как давно я так не танцевала, подумала я, а потом вспомнила, что давно не делала этого вообще. Джек танцевал со мной, когда я была беременна, но это было одиннадцать лет назад. С Тони мы так и не успели. С Антоном мы не успели даже влюбиться друг в друга нормально. И это мне не нравилось тоже. Я не хотела бросать Тони, если влюблюсь в Олафа, но где-то внутри меня зарождалось новое чувство.
— Они смотрят на меня недоверчиво вообще, или просто боятся оставить вас со мной, Энни? — спросил он, обратив внимание на Хлою и Меган, что наблюдали за нами.
Мать и дочь сидели, смотря на нас так, словно ждали очередного маневра от фокусника, при этом, когда увидели, что мы обернулись, то сразу сделали вид, будто вообще не поняли, где оказались и продолжили пить свои коктейли.
— Не беспокойтесь, мистер Кристенсен, у них просто давно не было развлечений. И мне нравится, как идет этот танец. Я даже не понимаю, кто из нас ведет.
— А имеет значение?
— В медленном танце есть интим. Если танцуешь его с тем, кто симпатичен, то кто-то обязан вести. Ты либо отдаешься этим чувствам, либо пытаешься их контролировать. И мне кажется, что мы оба заняты и тем и другим.
— Это возможно?
— А как считаете?
— Думаю, я понравился вашим подругам. Они бы одобрили мое присутствие в жизни Энни ДеЛунг.
— И снова мы на «вы». Не хочу официальностей, разница в возрасте все равно не такая большая, да и я ее не ощущаю.
— И не ощутишь, Энни. Смысл в том, чтобы мечтать снова быть подростком.
— Я не мечтаю об этом.
— Почему нет?
— Сложный период. Кое-что в жизни оборвалось мгновенно, и я не успела этого понять. Когда поняла — было поздно.
— Может хотелось бы вернуться в молодость?
— Я вышла замуж и родила ребенка, потом появилось еще двое. Не думаю, что у меня была молодость. — я рассказывала это, делая вид, будто так и было, ведь он не знает, что я бессмертна, думала я. Конечно, слишком типично, что я вышла замуж и сразу занялась семьей. Эти мысли пришли чуть позже, а мне так хотелось казаться независимой при этом мужчине. Или юноше… Что-то в его глазах выдавало не только его юность. Они горели так, будто повидали больше, чем кажется на самом деле. А я была дурочкой в тот момент. Наплела про семью. Могла с самого начала притвориться свободной, а Эмбер назвать сестрой, как это было, когда она пошла в школу.
Вдруг, к нам подошла Вайлет и мы с ней обнялись, и я представила ее Олафу:
— Вайлет, знакомься, это Олаф — владелец бара.
— Приятно познакомиться, — произнесла она, пожав ему руку. — Я вас могла где-то видеть?
— Вряд ли, — ответил он, но я заметила некое напряжение с обеих сторон, а потому что взяла ситуацию в свои руки. Наконец, мы вернулись к танцу.
Чуть позже Улла ушла, а Фиона почему-то пересела к Рите, но я не стала вслушиваться в их разговор. В конце концов, кто знает, о чем они говорили в тот вечер.
Было почти утро, когда все разошлись. Меган и Хлоя еле унесли ноги. Бедный Макс, подумала я, какой бы бессмертной ведьмой Хлоя ни была, она все-таки человек, а вампир в прошлом. Поэтому, напиться она запросто может.
Уверена, Элайджа и Элизабет проснутся от грохота в доме, и эти мысли пришли мне в голову, когда я вспомнила, что и мне пора домой.
— Уже уходишь? — спросил Олаф.
— Мне пора. Днем зайду, как высплюсь.
— Ты не сильно написалась, хотя выпила достаточно.
— Не больше Хлои и Меган. Муж Хлои будет недоволен, но ему не привыкать. Она независима и сильна. У меня нет такой возможности.
— Есть. Ты живая. Да, вдова, но живая. Пока ты не ушла, хочу попросить тебя не торопиться влюбляться в меня.
— Ты льстишь сам себе.
— Но я понял это по твоим глазам. Они сверкают. В них есть огонь. Ты страстна и желаешь близости. Я бы мог тебе дать все, что ты захочешь, но на это нужно время.
— Может, тогда я скоро узнаю, кто такой Олаф Кристенсен?
— Поверь мне, ты не будешь разочарована.
Я улыбнулась ему, и потом ушла. Если бы я могла повернуть жизнь вспять, то ничего из этого бы не было. Потому что Олафа бы тоже не было.
Глава 9
Старые друзья
POV Энни
Я пришла в бар к полудню. В это время Олаф уже стоял за стойкой, и у него была пара посетителей, которые как раз уже уходили, когда я пришла. К счастью, это были обычные люди, а не мои враги, или того хуже, Улла. Потому Улла хуже врага.
Олаф улыбнулся мне, как только увидел, и я сделала то же самое в ответ. Потом я присела за стойку, он мне вновь налил спиртного, но на этот раз не водку, а обычный бурбон.
Сегодня хозяин бара был таким же, как вчера днем. Казалось, он перевоплотился в кого-то, кого я знаю, только ночью. Его лицо было мне жутко знакомым, улыбка, глаза. Казалось, я отправилась на много лет назад.
— Я все еще думаю, что где-то видела тебя, — произношу я, выпивая полностью стакан.
Олаф снова улыбается, а я чувствую, как что-то происходит внутри меня. Его улыбка заставляет меня чувствовать себя лучше. Как говорится, «бабочки порхают».
Я не хотела забывать о Тони, о том, что я его люблю и жду уже вот восемь лет. Не хотела забывать Джека, с которого и началась вся эта история. Благодаря ему я здесь, у меня есть дети и я счастлива в той или иной мере. Не хотела забывать Антона, которому дала шанс, но так быстро упустила его, дав ему пожертвовать собой. Он погиб ради меня, таких вещей не забудешь. И нельзя забывать Каспера, который был ко мне добр вот уже двадцать лет назад, как говорится, с копеечкой. Я так и не знаю, где он сейчас и как сложилась его жизнь.
Я бы хотела вернуться и сказать тогда Касперу, что он мне нравится. Но я не могу предать Джека, да и мы с ним говорили об этих «бы». Не буду скрывать, что я скучаю по Джеку. По нему скучают все. Есть вероятность, что все могло бы быть иначе, но мы опять возвращаемся к «бы».
— Ты даже не представляешь, насколько твое присутствие здесь скрашивает скукоту, — произнес Олаф.
И это было правдой. Я ощущала, что нужна здесь, ему. Но пыталась держать себя в руках. Нельзя просто так влюбиться в того, кого знаешь всего сутки. Нельзя влюбиться в того, о ком практически ничего не знаешь. Но разве я о нем ничего не знала? Если бы не знала, то не стала бы рассказывать все это. Ведь был смысл в том, чтобы познакомиться с ним. Сама Вселенная так захотела. Да и я познакомилась не совсем с Олафом. Только тогда я еще этого не знала.
   
POV Стивен
Я сидел и рассматривал фотографию, где мы с Оливером вместе. В то время фотографии только начинали делать, поэтому она не совсем точная. Но я мог разглядеть на ней отца, Элизабет и нас обоих. Каждый сидит в объятиях одного из родителей, у каждого на коленях.
Элизабет ни разу так и не навестила могилу Малькольма. Я злился. Но уже не так сильно, как раньше. В конце концов, я понимал, что она моя мать и нуждается в прощении. Даже если мне это не нравится.
Сама идея простить ее в самом начале казалась мне бредовой. Как я могу простить ее, когда она покинула меня на столько лет? Да и еще, если отдала одного из своих сыновей как разменную монету? Да, я понимаю, история с индейцами достаточно поучающая для любого народа на планете, но она единственная, кто отдал свое дитя.
Оливер прожил замечательную жизнь. О такой я и сам не мог бы мечтать. Да и не мечтал, если на чистоту. Моя жизнь, как оказалось, всегда была связана с Виолеттой и тем поездом. Теперь я это прекрасно понимаю, даже лучше, чем когда-либо. Только это наводит меня на мысль, что Вайлет права, и нам придется пожертвовать собой. Я еще давно это знал, когда Смерть сказала мне об исходе. Было множество возможных ходов в будущем, но ни один из них не был таким ясным как тот, который я увидел, путешествуя с ней.
Я бы не хотел возвращаться назад, подумал я. Если история подходит к концу, значит, так нужно. У всего есть конец. Даже у меня.
   
POV Хлоя
Я и Макс попрощались как раз тогда, когда к дому подъехала Вайлет. Она ждала меня меньше минуты, а потом я села к ней в машину, и мы поехали.
— Он точно согласится? — спросила она.
— Не сможет отказать, — ответила я, — Священники — люди святые, поэтому не знают слова «нет».
Наконец, мы совсем скоро мы оказались у церкви. Погода в этот день была неплохая, и я бы с удовольствием прошлась пешком, но в семье ДеЛунг только Энни была из терпимых. Остальные, по какой-то неясной причине (до сих пор), были не такими уж и лояльными, когда дело доходило до чего-то важного. Чужое время их не особо интересовало, хотя воспитание было отличным. Однако, стоит подождать с такими выпадами, потому что в нашем мире это не особо имеет значение.
Мы зашли в церковь и Бенджамин сразу же вышел к нам.
— Чем могу помочь? — спросил он, как добропорядочный священник.
— Вайлет хочет узнать, можешь ли ты съездить с нами, скажем, завтра, к Оливеру?
— Конечно, но зачем?
— Он хочет отпустить все свои грехи, — объяснила Вайлет. — На самом деле, я даже не знаю, имеет ли это значение среди бессмертных, да и он вырос вне религии, а в индейском племени, где другие ритуалы. Как бы там ни было, ты ему нужен.
— Конечно, я рад служить народу. А где живет Оливер?
— Сауз-Спрингс. Нам придется съездить туда на пару часиков, если ты не против.
— Договорились. Я бы попросил вас обеих завтра приехать, как будете готовы.
— Спасибо, Бен, — поблагодарила я брата, и то же самое сделала Вайлет.
— Теперь можно заняться и другими делами, — произнесла она, как только мы вышли из церкви.
— О чем ты? — спросила я.
— Пора девочкам развлечься, — ответила она.
   
POV Этра
День предвещал очередные переговоры с Плутархом. Но он же означал и новые трудности. Наш с ним договор еще не был решен до конца, потому, я старалась не радоваться. Но я уже была готова к новой части своей жизни. И достать для Шона стрелы и Арбалет. Я чувствовала, что должна сделать все, чтобы другие были счастливы.
Я вздохнула и отправилась в Институт. Это был последний день спокойствия. Ведь следующий предвещал начало конца.
   
POV Элеонора
Дарсия вновь выходила из тьмы. А я понимала, что это уже не мой разум. Она выглядела слишком по-настоящему, но в то же время мне казалось, что это восковая фигура, которая не движется и ее взгляд меня пугал. Однако, глаза ее двигались по мне, будто она не ожидала меня здесь увидеть или была не в состоянии понять, что со мной случилось.
Она подошла еще чуть ближе, когда я упала на колени, на землю. Руки мои были испачканы в земле, а она опустилась и посмотрела на меня снова.
— До чего тебя довел Питер, — заметила она, поднимаясь обратно на ноги.
— Я пришла, чтобы вы меня приняли обратно, — стала умолять я.
— Смерть не ответила тебе, и ты решила просить прощения у Энни?
— Ты ведь знаешь, чем все закончится. Не говоришь ей, потому что и сама боишься.
— Угроза?
— Скорее правда, которую ты не хочешь мне показать в своем разуме. Подкупила Тора?
— Как можно подкупить божество, при этом будучи божеством тоже?
— Ты не божество. Ты была вампиром, а теперь всего лишь душа, или проекция разума Энни.
— А ты задумывалась, откуда я пришла в мир смертных?
И тут я поняла, что все это время думали некоторые из них, когда думали о том, откуда моя мать.
Я смогла произнести лишь:
— О, черт…
   
POV Хлоя
Ким и Август пришли в город вместе с Кэтрин и Ником. Их возвращения мы ждали уже давно. Я вдруг вспомнила, что моя дочь уже взрослая. И скоро, может быть, выйдет замуж. Однако, я не разделяла ее желания, хоть и понимала, что это неизбежно, ведь она будущая королева. Также как и Эмбер. И, возможно, место пятого и шестого займет кто-то неожиданный.
Я была рада, что хоть для моей дочери и сына злодеев все складывается удачно. Ни у нас, ни у тех — ничего не получилось. Но не в этом ли суть прогресса? Жертвовать собой ради следующих поколений?
Нет. Чтобы потом было лучше, надо бороться здесь и сейчас. Поэтому я решила, что раз уж борьба с Питером подходит к концу, то я выжму из себя все силы, но не дам ему выиграть. Я обязана победить вместе с остальными. Для этого я здесь. Для этого я прошла весь этот путь. И для этого погибли многие из нас.
   
POV Микки
Мы с Эллен и Александриной стояли у моста. Вдруг, начали доноситься шаги, и их было немало. Наконец, я увидел лица старых друзей Джека, которые сражались с ним бок о бок, когда Марк и Джинджер еще не были на стороне зла, а я и Анна были мертвы.
Юозас и Хосе, Наталья и Коннор, а также многие другие шли по дороге очень уверенно, уже вырядившись в костюмы для битвы. Потом они перешли барьер, установленный некогда ведьмами и Юозас сделал еще несколько шагов.
— Воздух здесь холодный, но спокойный, — произнес он, — мы ради быть здесь. Ну что, пора надрать зад этому бесхозному щенку?
Глава 10
Каждый совершает ошибки
 
POV Энни
Когда Меган предложила мне отправится в психушку, что находилась в нашем городе, я сразу поняла, что дело — дрянь. Как оказалось, ей нужно было узнать кое-что у кое-кого, кого я не знала. Впрочем, я так думала.
Мод Нильсен родилась 12 ноября 1954 года, в городе Витч-Кросс, Чикаго, штат Иллинойс, США, под именем Матильда Баккедаль. Ее родители были норвежцами, перебравшимися из Норвегии в США сразу по окончании Второй мировой.
На самом деле, я тут же вспомнила о девочке, которую удочерила когда-то Майа. Ее тоже звали Матильдой, и по описанию, которое я помнила, она была темноволосой, но у нее были зеленые глаза. Как у Каспера.
Не знаю, почему я вспомнила о нем в тот момент. Возможно, причиной тому была Мод, ведь она была его матерью.
Коридор был пуст, перед нами шла только медсестра, которая провожала нас до палаты. Она, кажется, была мексиканкой. У нее была грубая смуглая кожа и низкий рост. Темные волосы скрывались за шапочкой. Она проводила нас до самых дверей, сказав:
— Она сейчас не спит, ей полезно пообщаться с кем-то еще.
— С кем-то еще? — переспросила Меган, но медсестра уже ушла.
Мы вошли в палату и увидели сидящую на кровати женщину. Это была Мод. Ее темные волосы тоже были темными, и вились очень сильно. Они снисходили по ее плечам, покрывая рубашку спереди. Ее глаза были такими же зелеными, как у Каспера, только чуть темнее. И они были грустными. Это я заметила практически сразу, потому что ее взгляд упал на меня в первую же секунду.
— Мод, это я, — Меган, — произнесла Меган сразу, как мы зашли.
Мод смотрела на нее дикими глазами. Но она продолжала смотреть на меня.
— Это Энни. Ты помнишь Энни? — спросила Меган Мод. Та подавала знаки доверия, и таким образом Меган рядом с ней, спросив это еще раз.
— Ты так выросла… — произнесла Мод.
— Да, прошло много лет, — ответила я.
— Мод, я хотела бы спросить тебя кое о чем. — начала Меган, — Как давно ты видела Каспера? Или может тебя кто-то посещает в последнее время?
— Он приходит последние пару месяцев, — начала Мод, но ее глаза продолжали прожигать во мне дыру, — и вчера тоже был здесь.
— Кто, Мод?
— Каспер. Он приходит ко мне. И обещал меня вытащить отсюда.
— Не обращай внимания, Энни, — произнесла Меган, — она не в своем уме. Но я даже не знаю, что и сказать. Я не могу ворваться в ее голову и вытащить всю информацию полностью.
Тогда я вспомнила про Уилла. И идея пришла в голову мгновенно. Хотя я подозревала, что нечто подобное совершить придется, так что приготовилась основательно. Взяла мелок.
— Меган, я не сомневаюсь, что ты хорошая ведьма и все подобное, но у тебя нет тех способностей, что есть у Уилла. Мы могли бы позвать его и попросить помочь нам. У него хватит сил на нее.
— Я бы не хотела…
— Ему можно доверять, ты же знаешь.
— Что ж, ты права. Но думаешь, это безопасно делать здесь?
— У нас нет другого выхода.
— Каспер сбежал, Энни. И я сомневаюсь, что это он. Хотя догадки о том, кто это был, имеются.
Но Меган сдалась. Она знала, что вызвать его надо. И доверяла ему, просто немного боялась.
Я отошла чуть дальше, к окну, и начала рисовать пентаграмму. Как только она была закончена, я отошла и встала рядом с Меган.
— Каков шанс, что мы не призовем Аида? — спросила она.
— Даже если он услышит, вряд ли обратит внимание. У него и своих дел по горло.
Мы отошли с Меган чуть подальше, чтобы не сгореть адским пламенем. Хотелось бы пошутить над этим, но не получается. Потом Меган произнесла заветные слова, которых сама боялась, хотя ее дочь знала Аида лично. Но меня уже предупреждали, что есть и нечто большее, настоящее зло. Аид не был единственным в своем роде.
— Ave Satan!
Приветствие было призывом. Наконец, пентаграмма загорелась и на ее месте из огня появился Уилл. Огонь немного потрепал его одежду, ведь одевался он скорее, как хипстер из секонд-хенда, чем сын Дьявола и могущественного короля Подземного Царства, также называемым Адом.
Но пока Уилл пытался осмотреться и понять, что вообще произошло, я почувствовала, как стены трясутся и, кажется, было небольшое землетрясение. Между потолком и стеной появилась небольшая трещина.
Наконец, Антихрист вышел из своей «зоны комфорта», а на полу появилась отметина, как если бы был пожар. Только тогда я заметила его тень, так как солнечный свет падал на стены и на него тоже. Сказать, что я испугалась, — ничего не сказать. Самое настоящее проявление демонического начала никуда не делось, хоть он и божественное существо. Рога и хвост, плюс большое тело и лицо, похожее на драконье. Я не могла привыкнуть к этому, ведь ничего подобного я ранее не видела.
Шаг был негромким, но, если бы Уилл был злодеем, было бы страшно. У него были добрые глаза, но внушить доверие могли только тем, кто его знал. Спроси меня любой священник про Антихриста, никогда бы не поверил мне.
Уилл сел рядом с Мод, на то место, где до этого сидела Меган.
— Зачем я здесь? — спросил он.
— Нам нужно, чтобы вытащил из нее информацию, которой она обладает.
— Хорошо, попробуем, — произнес он и взял руки Мод в свои, глядя ей прямо в глаза.
Мод не отвернулась и перестала себя вести странно. Хотя за исключением взгляда до этого, я, увидев ее, и не подумала, что она хоть как-то может быть сумасшедшей. Он гипнотизирует ее, подумала я.
— Мод, ты с нами? — спросила Меган.
Мод повернулась и посмотрела на свою подругу. А потом спросила в ответ:
— Где я?
— Она была здесь, и все понимала, но в то же время для нее это все было словно сон, — объяснил Уилл.
— Я тебе так и говорила, — произнесла Меган, почти прошептав эти слова мне, а потом обратилась к Мод, — Милая, скажи, ты знаешь, где сейчас находится Каспер?
— Он в городе. Он вернулся, — и тут я заметила, что ее руки уже не в руках Уилла и она была абсолютно на все сто адекватной.
— Когда он вернулся?
— Пару месяцев назад. Сказал, что вытащит меня, и что он здесь из-за Энни.
— Этого не может быть, — произнесла я.
— Мне тоже так казалось, — сказала Мод, — но он здесь. И он приходит. Говорит со мной.
— Что ты с ней сделал? — спросила я Уилла.
— Вылечил, — ответил он. — Она полностью здорова. Теперь.
— Мод, скажи, а где он тогда живет?
— Это старый дом, почти на выезде из города. На Реклесс-роуд. В нем уже лет сорок никто не живет, а он его выкупил.
Что ж, подумала я, Каспер в городе. Но почему я его до сих пор не видела? Тогда я взяла свои вещи, и мы с Меган ушли, оставив Уилла и Мод одних. Я даже не знала, что будет с ними дальше, пока потом не узнала, что Уилл забрал ее с собой и она навеки вновь стала молода и прекрасна.
Каспер. Где же ты?
 
***
 
POV Вайлет
Я и Стивен договорились, что поедем к Оливеру с самого утра. Только я и Элизабет заберем Карен и оставим с ним Марту в ю качестве сиделки, а чуть позже подъедет Стивен вместе с Элайджей, привезя с собой Бена, как Оливер и просил.
Мы ехали тихо. При Марте я не стала затрагивать ни одну тему, связанную хоть как-то с прошлым, которое меня и Элизабет объединяет.
Радио играло не громко, поэтому я решила вообще его выключить, особенно понимая, что мы почти на месте. В этот день было прохладно, хотя уже во всю был май. Я оделась достаточно тепло. На мне был свитер, джинсы и пальто, как если бы была осень. Но из-за того, что Сауз-Спрингс и Витч-Кросс находились в одном треугольнике, мы были отдельно от адекватного мира и наша погода измерялась наличием подходящего к нам ужаса.
Наконец, я увидела в зеркало заднего вида, что за нами едут Стивен и Элайджа, а с ними Бен. Вскоре мы уже приехали на место и вышли из машин, направившись к дому. Когда же мы вошли, Оливер и Карен сидели вместе с одной комнате, в гостиной. Девочка сразу же улыбнулась, увидев меня и остальных. Я пошла забирать ее вещи, а остальные остались с Оливером. Я слышала все, что происходило там.
— Оливер, это Бен — он священник, — произнес Элайджа.
— Очень вовремя, — ответил на это Оливер, продолжив, — ведь уже через пару дней меня не станет. Я не верю в то, во что верят служители церкви, но я хочу воспользоваться правом, чтобы мне отпустили все грехи.
— Я прощаю тебя, сын мой, — произнес Бен. Он понимал, что долгих прелюдий с этим быть не должно, а потому сразу начал зачитывать молитву для Оливера.
Тем временем я собрала Карен и сказала ей ждать у машины. Она подошла к Оливеру, попрощалась с ним и убежала. Я осталась в гостиной еще на пару секунд.
— Спасибо тебе, Виолетта, — произнес он. — Ты спасительница для моего брата и для каждого здесь. Тебе должны поклоняться. И я знаю, что будут.
— Я ничего не сделала, Оливер, — ответила я.
— Я думал, что не прощу тебе всего того, что ты сделала, — обратился он к Элизабет, — но раз мне отпустили грехи, то и я могу это сделать для тебя. Я отпускаю тебе все проступки… мама.
На глаза Элизабет навернулись слезы. Я не хотела жалеть ее. Она была сама виновата во всем, что сделала. В следующую секунду она просто выбежала, не смогла сдержаться.
Я попрощалась с Оливером, объяснила Марте, что и как делать, а потом мы все сели по машинам. Стивен, Элайджа и Бен поехали в церковь, а я посидела еще несколько минут, прежде чем ехать. Элизабет не садилась все это время, я понимала, что она чувствует тяжесть. Но, опять же, вина лежала на ней.
Мы выехали на дорогу, и я предложила:
— Карен, не хочешь прогуляться? Погода в Чикаго неплохая, не как здесь. Можем сходить в кино или съездить погулять по городу. Как тебе такая идея?
— Неплохо, — произнесла она и согласилась.
Элизабет продолжала смотреть в окно, а я пыталась заговорить с ней. Но мне не хотелось предъявлять ей все то, о чем я думаю. Совпадение или нет, но она заговорила первой.
— Осуждаешь меня? Ты ведь хотела поговорить с того самого момента, как я появилась у вас.
— Хотела, — ответила я, — но плеваться осуждениями в лицо не собиралась. Возможно, чуть-чуть. В конце концов, все это из-за тебя. Но волнует ли тебя это, я не знаю.
— Я пыталась сделать все правильно.
— Ты и сделала. Хотя бы теперь.
— Я говорю про то время.
— Все равно бы все вышло так, а не иначе. Я так думаю. Да, умирать в семнадцать в поезде не очень приятно, но я усвоила это для себя и более жаловаться не буду.
— Ты могла ненавидеть меня за это. Ведь если бы я не пыталась женить Стивена…
— Он был моей судьбой. И является ею. В этом твоей вины нет, тут я и сама рада.
— Я до сих пор не могу уложить в своей голове, что ты здесь. Все мы здесь. Как в том составе, сто с лишним лет назад. Только Малькольма не хватает.
— Просто объясни мне одно: зачем. Почему надо было выбрать Малькольма?
— Он был из обеспеченной семьи первых поселенцев. А я дочь иммигрантов, и мы не были богаты. Но в высший свет попасть смогли. Хотя бы из-за вкуса американок на все французское. Они любили Новый Орлеан, а я там жила.
— Не знала, что ты из Луизианы. Как же ты попала в Нью-Йорк?
— Родители скопили денег, и мы переехали. Потом отец много работал и вот я попала в высший свет. Там, на балу, я встретила Элайджу Ковальски. Имя сразу же меня зацепило. Как я могла отказаться от красивого и такого обаятельного мужчины? Наполовину поляк, говоривший на непонятном мне языке, но такой обходительный. Я влюбилась.
— А потом Малькольм.
— Родители выбрали его для меня. Он был старше меня ненамного. На пятнадцать лет, на самом деле. Но я вышла за него замуж не сразу. Я пыталась понять, кого же люблю. И любила я Элайджу. Но мне было уже двадцать четыре, а по тем временам я уже была старой и должна была иметь как минимум одного-двух детей. И я вышла за Малькольма. Дальше ты знаешь.
— Мне повезло меньше. Ведь отец не настаивал на нашем замужестве. Улла была очень эксцентричной. Фиона спокойной и много читающей. Я была мечтательницей. И я точно хотела замуж. Но ни один кавалер не приглянулся мне. А когда вы привели Стивена, я влюбилась сразу. Потом я долго его не видела. Дальше ты тоже знаешь. Поезд, мы вновь встретились, и через несколько секунд — бам. Я умерла. Дальше все как в тумане.
— Ты мало что понимаешь о том времени, Вайлет.
— Правда? Я жила с тобой в одном веке, Элизабет. В одно время. Мы с тобой были знакомы.
Потом она долго молчала. Когда мы приехали в город, то поехали на пляж. Мне абсолютно не нравился пляж в Чикаго, обычная мель, и большое озеро Мичиган, вода которого начиналась прямо здесь.
Карен побежала к воде. Она рассматривала камни на земле, и собрала несколько себе. Мы с Элизабет просто стояли у машины, молча. Ей было неловко, а я просто не хотела развивать какую-либо тему, которая опять вызовет во мне конфликт, и я захочу подраться.
— Пойди и поговори с ней, — произнесла я наконец. Элизабет повернулась ко мне и посмотрела на меня. — Она тебе почти как внучка. Как бы там ни было, тебе стоит наладить с ней контакт. Она твоя кровь.
Элизабет послушала меня и пошла к Карен. Я же осталась стоять у машины, закурила и смотрела на эту картину, которую я наблюдала, кажется, один и единственный раз за всю свою жизнь.
 
***
 
POV Марта
 
Оливер сидел и смотрел на меня, хотя мне казалось, что он спит. Я читала книгу и не заметила этого.
Вдруг он произнес:
— А ведь мы не потомки Филиппа ван дер Деккена. Это все сказки. Дело не в этом.
— О чем речь? — спросила я.
— Там тот, кого они давно хотят увидеть.
— Где?
— В этом кубике.
Я не понимала, о чем идет речь. Но его голос меня поразил. Он был старческим, но таким глубоким. И я почувствовала на себе солнечные лучи. Тогда Оливер взял мою руку в свою.
— Я отдам тебе все то тепло, что копилось во мне. — сказал он.
И так он и сделал.
 
***
 
POV Хлоя
Сон был четким, как никогда. Я увидела Вайлет и Кинжал. Она вонзала его в камень, в последний луч солнца, чтобы забрать эту энергию себе. А потом она загорелась, а Стивен закрыл ее от солнечных лучей, становясь каменным. А потом они оба упали. И это был их конец.
Когда я открыла глаза, то сразу же поняла, что все плохо. Это было знамение. Видение, которое Вайлет видела все эти годы. И оно касалось ее. Но также я поняла, что хочет сделать Питер.
Я спустилась в гостиную и нашла там Макса.
— Где мама? Где Энни?
— Они сейчас заняты, ушли недавно куда-то. Что случилось? Ты будто побывала в парилке.
— Что? — тут я заметила, что на лбу холодный пот. Кошмар, что поделать. — Нам нужны Ник и Кэтрин. Срочно. Нужно рассказать всем, что собирается делать Питер. Макс, это конец, и он наступит уже вот-вот.
Он кивнул головой. И мы пошли вызывать друзей.
 
***
 
POV Сабрина
Я дошла до Эдит и постучалась в дверь ее дома. Она открыла и сказала:
— Проходи.
Я прошла, осмотрелась, ведь была в доме впервые.
— Я пришла отдать тебе это. Вы с Этрой договорились об этом зелье.
— О, конечно, я помню! Спасибо, Сабрина.
— Я сделала то, что меня попросили сделать.
— Пройдешь со мной на кухню? Я как раз согрела чайник.
— Конечно.
Мы прошли, и я села за стол. Она сразу же заварила нам то, что было (видимо, она была готова, что я приду), и поставила кружки на стол. Одну мне, другую себе.
— Тебе было, наверное, сложно делать такую вещь кому-то, ведь когда живешь столько, сколько ты, то есть иные мысли, — произнесла она.
— Я не в восторге от этой идеи. Но не мне судить. Я пыталась убить себя, искала эти способы, а в итоге нарвалась на Медузу Горгону.
— Каждый совершает ошибки.
Я лишь кивнула. А ведь она была права. И я одна из тех, кто их делает. До сих пор. Спустя века долгой жизни.
 
***
 
POV Лора
Альянс готовился. Как только Хлоя рассказала все Кэтрин и Нику, новость дошла до нас, и мы стали укреплять всяческую защиту на каждого здесь.
Пока все ходили по лабиринту, в котором мы жили под землей, я хотела выбраться на улицу. Мне нужен был свежий воздух.
В итоге я зашла в лес. Там было тихо и спокойно. Впервые за долгое время я наконец почувствовала спокойствие. Вечные перетирки между ведьмами и борьба против зла выматывают.
Вдруг, я услышала хруст где-то неподалеку. Я оборачивалась несколько раз, а потом услышала звук приближающихся шагов. Когда я обернулась, то вся тревога ушла полностью. Я не поверила своим глазам, ведь тот, кого я увидела, уже давно не бывал в этих местах. Этот был тот, с кого все началось.
Джек улыбался мне, а я бросилась обнимать его. Мой кузен ничуть не изменился внешне. Или изменился? На нем был черный пиджак, как мундир. Волосы его были уложены, но остались точно такими же, какими я их помню. Но он стал немного старше. Чем выше он поднимался в своей жизни по сверхъестественной лестнице, тем респектабельней становился.
— Джек! — воскликнула я, — Как ты здесь оказался?
— Я здесь, чтобы помочь. Чем ближе бой, тем больше у меня причин вернуться.
— Тут не поспоришь. Как тебе другие миры?
— Их много и все они невероятные. Но то, что происходит здесь, куда важнее.
— Ты знаешь, чем все закончится?
— Увы, знаю.
— И ничем нельзя помочь?
— Ты же знаешь, что нельзя вмешиваться. Есть несколько вариантов развития событий, но вмешиваться в них не следует. Даже если это касается близких нам людей. Даже если это твои жена и дочь.
— Но причем здесь Энни и Эмбер?
— Давай пойдем пройдемся и я тебе все расскажу. Сейчас самое время Энни наконец снять розовые очки. Как и каждому из нас.
 
***
 
POV Тайлер
Скульптура, которую я делал, была не совсем ровной, как хотелось бы. Во многом, она мне даже не нравилась, но это была статуя Чендлера. Подсознательно, я хотел вернуться в Витч-Кросс. И хотел Чендлера физически. Курсы по психологии в университете учили меня многому, что тут еще скажешь.
И все-таки, это было не то. Вдруг подул ветер и окно в квартиру открылось. Я точно знал, что так быть не должно, но я просто повернулся и увидел его.
Тор спустился с неба не землю, паря в воздухе. Я подошел к окну, и он меня поприветствовал.
— Здравствуй, Тайлер. У меня есть для тебя кое-что, что по праву твое.
Он протянул мне в руки Колокольчик. Он звенел очень живо и звонко, и этот звук все же не был типичным для подобной вещицы. Он был глубоким, как если бы я начал играть на валторне.
— Ты должен будешь отдать это Этре. Этим ты сможешь помочь всем в битве.
— Каким образом?
— У тебя есть мой молот и гонг. Ты ударишь три раза, как только услышишь колокольчик. Этра таким образом даст тебе знак.
Тор исчез и его «божественное» свечение тоже. И тогда я нерешительно взял в руки телефон и набрал Этру.
 
***
 
POV Этра
Я вернулась из Института как раз в тот момент, когда мой телефон зазвонил. Увидев имя Тайлера, я сразу же ответила, даже не став думать.
— Алло? — ответила я, — Да, я скоро буду.
 
Глава 11
 Колокольчик
 
POV Энни
Олаф сидел на привычном ему месте хозяина бара. За стойкой.
По его словам, я вошла в помещение как ураган, и я за это извиняться не собиралась. Впрочем, я пришла не чтобы разводить розовые сопли в сахаре. Я вдруг начала понимать, что действительно видела его лицо.
Глаза безумно напоминали мне одного человека. И я не стала бы много об этом думать, но что тут поделаешь. Только вчера я была у матери Каспера и разговаривала с ней. И я, смотря на ее глаза, думала, что их где-то тоже уже замечала.
Я пробыла с ним недолго, всего около получаса, так как мне надо было торопиться на встречу с Меган и Ритой. Этра шла с нами. Еще почему-то в итоге за нами хотела увязаться Карен, но мы ей этого не дали сделать. Стивен очень вовремя обратил внимание на это, и они остались дома.
 
***
 
Дом стоял в самом конце города, практически у выезда. Он был старым, еще колониальным, кажется. Его построили не так задолго до того, как кончился восемнадцатый век и тогда же приехали мои предки. Америка открыла перед ними кучу возможностей. Наверное, именно поэтому один из них сбежал в Канаду.
Когда мы вошли, дверь даже не была заперта на замок. Заходили мы всей толпой очень осторожно, а потом Меган и Рита спустились вниз, в подвал, чтобы все проверить.
— Тайлер зачем-то позвал меня, — неожиданно сказала Этра.
Я посмотрела на нее, но мне нечего было сказать. Я вообще уже забыла, что значит общаться с Тайлером. Он не писал, не звонил, а я и не напрашивалась к нему. Странно, учитывая, что он мой сын.
— Зачем? — решила поинтересоваться я.
— Он особо ничего не сказал, но я была нужна ему.
— Он в порядке? Вообще.
— Вроде ему нравится там. Неплохо живет. Подрабатывает на нетрудной работенке, где от него много не требуется. Он научился жить и без нас.
— Эмбер даже не пытается.
— У нее другие планы на жизнь. Да и вообще другая жизнь.
— А как же Чендлер? Он не может жить здесь вечно. Ему тоже надо двигаться.
— Он уедет в какой-то момент, я уверена. А как же ты?
— Я не останусь здесь навсегда. Думаю, в какой-то момент и мне придется взять себя в руки и уехать.
— Оставишь здесь все?
— Если придется. Ведь никто из нас, кроме Анны, здесь остаться не может.
— Еще Меган. И ведьмы. Они все равно живет практически в лесу. Так что Лора и Росс могут остаться здесь. Или нет. Но Эдит и Грегг могут.
— Ему уже достаточно лет.
— Не уверена, что это надолго. Сабрина кое-что сделала для Эдит. Грегг станет молодым снова.
— Ты не шутишь?
Этра покачала головой.
— Теперь у них есть шанс. И я рада этому.
Я поняла вдруг, как Этра заботится о нем. Грегг значил для нее не меньше Гэвина, а Эдит была лишь предлогом. И все сложилось очень удачно, ведь если вдруг Гэвин вернется в ближайшие полвека, то есть шанс, что Грегг вновь его увидит.
— Все чисто! — крикнула Меган, и мы стали спускаться.
Проверять, нет ли кого наверху, смысла не было. И так было понятно, что мы бы услышали шаги или почувствовали, что кто-то там есть. Хотя, конечно же кто-нибудь мог спрятаться там и не издавать ни звука, но нам повезло. В доме и правда никого не было.
Подвал пахнул очень специфично. Лестница и стены поросли мхом и было мокро. Открывался проход в канализацию. Оттуда же и протекала вода в дом. По словам Меган, так происходило все эти последние сорок лет. Его оставили и так как он был старым, а ремонт в нем не проводился, то он стал сдавать позиции и потихоньку создавать на своем месте огромную яму в размере в себя самого. С каждым годом он уходит под землю на пару сантиметров. К концу века он полностью погрузится под землю, так как вокруг него еще и разворачивается небольшое поле, которое может поглотить его полностью.
И тут я поняла, что подвал стал подвалом не так и давно. На стенах еще висели старые фотографии. Первая семья, которая здесь поселилась, имела еще и портреты, которые также были мне знакомы. И если по фотографиям я не все поняла с первого раза, то портрет Себастьяна ДеЛунга меня поверг в шок. Мало того, что он был мокрый и порос мхом, так еще и висел на стене в неизвестном мне доме.
Я подошла поближе, чтобы рассмотреть, и убедилась, что это точно он. Копия этого самого портрета была и в моем доме, когда я была маленькой и жила в Канаде. Так как родители до сих пор не знают, что их предки были братьями, то они и не знали, что дома висят портреты старшего и младшего братьев ДеЛунг.
Рядом с портретом Себастьяна был портрет Авроры. А потом всех детей, что когда-либо у него родились. И от каждого шел портрет или фотография, спускаясь вниз как древо. Последняя фотография почти полностью скрылась внизу, и дата сзади указывала на ноябрь 1894 года. На руках у женщины была маленькая девочка. Рядом с ней сидел мужчина, вероятно, ее муж.
Вдруг до меня дошла мысль, кто была эта маленькая девочка. Она только родилась, а это значило, что я ее знаю.
— Анна, — произнесла я. Этра подошла ко мне и всмотрелась в фото. — Так вот, где она жила. Она говорила, дома нет.
— Она его не нашла, — объяснила Меган.
Я встала и взяла фотографию в руки, хоть это и было не особо приятно. Я решила, что сохраню ее и отдам Анне, как только приду домой. На ней ее мать не показала ни тени улыбки, как и муж. И я до сих пор не знала, как зовут ее мать. Но в ней явно было что-то от Уллы. Нос, глаза. А потом я наконец нашла в ней намеки на Стивена. Хоть и не такие очевидные, как могло бы показаться, но, вероятно, цвет волос (хотя это и была практически желтая фотография) выдавал в ней его. И все же, я не была уверена. Если она и дочь Уллы, то та могла забеременеть от кого угодно. Даже если срок совпадает. Но я не хотела об этом думать. Не хотелось тревожить Стивена и давать Улле думать, что она опять в выигрыше.
А потом я обратила внимание на другую стену. На ней висела фотография счастливой семьи. Отец, мать и маленькая девочка. У нее темные волосы, которые были очень длинными. Она улыбается, хотя в глазах читается несчастье. Родители ее были одеты бедно, но следующие фотографии показывали, что они становились более обеспеченными.
Потом фотография ее свадьбы. 1968 год. Далее шла фотография свадьбы сына. И везде было написано что-то на двух разных языках. Одна из надписей везде повторялась, за ней всегда шла другая. И я вдруг подумала, что один язык подозрительно напоминает польский или чешский. Но скорее польский. Другая надпись всегда была на кириллице. Но это был не русский и даже не украинский. Это был болгарский. Узнала я об этом несколько позже, хотя поняла практически сразу. Особенно в тот момент, когда Меган подошла.
Потом она сказала:
— Это был дом бабушки Тони.
И я все поняла. Позже я буду думать об этом моменте долго, ведь дом немного начало трясти и к нам начала направляться фигура.
У нее были темные длинные волосы, как у той девочки. А потом она вышла из тьмы, и мы ее увидели. Она была как призрак, точно не живая.
— Добро пожаловать, — произнесла она.
 
***
 
— Кто ты? — спросила Этра.
— Это она, — произнесли мы с Меган одновременно, указывая на фото.
— Догадались, — произнесла женщина. — Вижу, мой внук выбрал красотку из Канады, — добавила она.
— Он в порядке?
— Он в раздумьях, Энни. Ему надо многое обдумать. Возвращаться или нет. Я пыталась его уберечь от Ковальски, но не получилось. Ведь Элайджа нашел его и пытался убить. А потом они подружились. Но смерть его настигла из-за ведьм. Из-за твоей дочери, — она кивнула в сторону Меган.
— Это случилось случайно, Ива, — ответила Меган.
Наконец-то я узнала, как ее звали, подумала я. Как раз тогда я обратила внимание на подпись на стене под одной из фотографий. Там было написано «Винсент и Ива навсегда».
Винсент Ковальски был дедом Тони. Американцем уже в непонятно каком поколении. Она же была дочерью болгарских иммигрантов. Чуть позже я даже навещу могилу Ивы. Она прожила недолго. Родилась в 1945, практически сразу по окончанию войны, когда родители уже успели уехать. Хотя иммигрировали они через Грецию, сбежав сначала туда. На самом деле, ее мать была гречанкой и потомком Дарсии. Зачем-то она уехала в Болгарию, где встретила отца своей дочери, а потом они оказались здесь. По некоторым данным, Ива родилась уже здесь, но были и такие источники, которые говорили, что она приехала в Америку в семь лет. Умерла же Ива в 2005. Рановато, подумала я, но не стала особо вдаваться в подробности. Главное, что Тони ее успел запомнить.
Ива Давидов прожила самую обычную жизнь. Залегла вместе с родителями на дно еще в детстве и прожила в Витч-Кроссе буквально всю жизнь. Для нее здесь нашлось место, ведь она была ведьмой.
— Я могу помочь тебе, Меган, — произнесла Ива.
Потом она взяла меня под руку и проводила к столу, который стоял практически полностью в воде. Только в этот момент я поняла, что промочила ноги полностью и придется сушить обувь и ступни. Дальше меня попросили открыть ящик стола, и я вытащила фото. Одно было сделано вроде недавно, а другое было из далеких 90-х. И там я увидела Мод. Она тоже была счастлива, а на фотографии она обнимала Каспера.
И хотя я не хотела верить этому, тем не менее мысли наконец рождались. Я хотела спросить, причем тут Олаф на другой фотографии, но все сложилось само собой.
Я не выдержала и вмиг выбежала из дома, как не делала давно. Нечеловеческая скорость вампира снова преобладала во мне. А в голове были лишь мысли, что этого просто не может быть.
 
***
 
POV Вайлет
Я стояла перед зеркалом с выпрямителем для волос. Преображение наконец закончилось, и я отложила прибор на место, чтобы он остывал. Спустя секунду я взглянула на свое отражение. Странно, ведь вампиры не должны отражаться, но у нас это отлично получается. Плюс еще так четко (спасибо сверхзрению), что и линзы не нужны.
Я была одета как когда-то давно, когда мы с Джеком наконец расстались, а мы шли уже во второй раз убивать Джереми и спасать Хлою. Старый пиджак, что пылился больше десятка лет, вновь был на мне, и был как влитой. Старые, но уже потертые, джинсы. Старые сапоги, те самые, которые я потом сняла, чтобы начать носить каблуки как у Кэтрин Пирс и стать такой же стервозной. И также задолго до того, как я вдруг стала курить и в недавнее время была похожа на Клодию.
Прямые волосы вновь выдавали во мне Вайлет, какой я была много лет назад, когда встретила Джека и начала видеть во сне Стивена. Только все-таки была некая замена. Тогда я была Вайлет и в какой-то момент стала выглядеть как Виолетта, ведь у нее были кудри в позапрошлом веке. А теперь я была Виолеттой, но внешне похожей на Вайлет. Как ни странно, но это один и тот же человек.
Вдруг я услышала шаги и в комнату вошел Стивен. Он немного опешил, увидев меня такой. Однако все же улыбнулся и подошел ближе. Взяв меня за локти, притянул к себе и стал всматриваться мне в глаза. Дальше наши ладони сплелись в одно, пальцы переплелись. Мы повернулись к зеркалу уже вместе и стали смотреть на тех двух странных людей, которых вдруг увидели.
Мы сильно изменились. Стивен стал другим. Я стала другой.
— Интересно, кто эти странники? — спросил он риторически. И вдруг воспоминания нахлынули в голову. Но не как это бывает, когда неожиданно что-то вспоминаешь. Просто вспомнилось.
Странники и Избранные. Вот с чего все началось. И как же близка была очередная наша битва против зла.
— Они те, кем мы были. — ответила на это я.
Стивен развернул меня к себе так, что мы стояли теперь боком к зеркалу. И мы смотрели друг другу в глаза.
— Тебе нравится? — спросила я.
— Ты великолепна в любом виде, — сказал он, а потом добавил, — Виолетта.
Его губы легли на мои и мы замолчали, отдаваясь этому поцелую. Почти последнему, который я почувствовала в этой жизни. Вампир умирал. Вот, что происходило в эти последние дни.
— Кем бы ты ни была, я люблю тебя. — произнес он.
— Я тоже тебя люблю, — ответила я.
Мы обнялись, но ненадолго. Потом Стивен отпрянул и произнес:
— Пойдем к порту, мне есть, что тебе показать.
 
***
 
POV Стивен
— Помнишь тот коробочек? — спросил я Вайлет, когда мы подходили к порту.
— Да, — ответила она.
— Я должен показать тебе кое-что.
Потом я достал из кармана эту вещицу и кинул ее в воду. Вода стала сразу булькать, а через несколько секунд перед нами начал расти корабль.
Летучий Голландец оказался самым обычным кораблем, разве что покрытым золотом. На нем не было ни одной царапины, поэтому было даже страшно смотреть на такую красоту.
— Это Летучий Голландец? — спросила Вайлет.
— Оказывается, да. — ответил я.
Наконец, к нам начал выходить капитан судна. Он встал у руля и нам стал доступен вид на него. Он был смуглым и… юношей. И это был точно не Филипп ван дер Деккен. Его яркие глаза смотрели прямо на нас, а на лице сияла улыбка.
— Кто ты? — спросил я.
Вайлет прижалась ко мне, я положил ей руку на талию. В ее голове была мысль о готовности напасть, если что-то пойдет не так, но хозяин судна произнес:
— Не стоит так беспокоиться.
Мы, однако, все равно продолжали стоять в полу обнимке. Тогда он вышел чуть вперед к нам и поклонился. А потом и представился. И этого мы оба точно не ожидали.
— Посейдон, к вашим услугам.
— По-Посейдон? — недоумевающе спросил я.
— А кого ты ожидал увидеть?
— Не знаю, капитана корабля, например.
— Филипп ван дер Деккен давно уже нашел покой в Обители. Корабль всегда был моим, вы ведь в курсе? Теперь я снова его капитан. Но ненадолго. Мне тоже хочется покоя. Раз Медузы уже нет, а Элеонора умирает, мне стоит тоже уйти.
— Тогда у меня есть к тебе предложение. Ведь у корабля должен быть капитан, так?
— Предлагаешь себя?
— Я не справлюсь с такой задачей. Да и ты явно знаешь исход событий в ближайшие дни. Мой брат, — Оливер, — умирает. Не хочу, чтобы его душа бродила вечность по Обители в поисках покоя.
— Я тебя понял, Стивен. Я принимаю твое предложение. Но он узнает только тогда, когда я его встречу.
— Спасибо. И у нас есть еще одна просьба. Насчет Питера.
— Не сомневайся, Стивен. Я там буду.
 
***
 
POV Хлоя
Все сели и слушали нас в оба уха. План Питера не должен был сработать, но я пояснила следующее: он хочет уничтожить всех вампиров. Возможно, ими это дело не ограничится. А это значит, что и дампиры тоже погибнут. А если учитывать, что он вернул в какой-то момент кучу проклятий бессмертия, что я и Альянс снова убрали, то он мог захотеть сделать бессмертных смертными и таким образом остаться единственным бессмертным во всем мире.
И я предупредила всех о своем сне. И тогда все поверили мне. Потому что все знали, что Вайлет видела этот сон уже давно. И я думала лишь, что жаль, что я увидела его только сейчас. Ведь времени было мало. Всего лишь пара дней и наступит конец. Конец, о котором никто из нас прежде не думал.
 
***
 
POV Вайлет
Чуть позже после встречи с Посейдоном, я заехала за Мартой, а с Оливером остались Элайджа и Элизабет. Тогда мы поехали в центр Чикаго, чтобы немного расслабиться.
Заказав коктейль, мы обе сели за столик и ждали заказа. Марта молчала, но я чувствовала, что ей есть, что сказать.
— Ну в чем дело? — спросила я.
— Оливер, — произнесла она, — он другой. Знаешь, вчера я держала его за руку, а потом всю ночь он рассказывал мне кучу историй. И я влюбилась. Я знаю, что внешне он точь-в-точь как Стивен, когда был молодым. Но я почему-то увидела на одно мгновенье его молодого, и какое-то просветление рядом с ним. А потом я смотрела фотографии. И теперь я не знаю, что думать.
— Он умирает, Марта… Не лучшее время для этого.
— Но я его не забуду, это точно. — она с минуту подумала, а потом продолжила, — Как же так получается, что ты попала в этот мир? То есть, все вокруг тебя в какой-то момент поменялось. Я помню, ты рассказывала, что случилось за эти годы. Но я до сих пор думаю об этом.
— Это нормально. Я тоже до сих пор не могу отпустить ситуацию. И все думаю: зачем, почему… Но ничего уже не поделаешь. Я продолжаю жить. Хотя бы столько, сколько смогу. Я ведь говорила, что хочу стать человеком.
— И ты это сделаешь?
— Пока еще не знаю. Но ради Карен и ее нормального будущего я бы пошла на это. Пусть у нее будут смертные родители. Такие, которые старятся вместе с ее взрослением. Это правильно.
— Сразу после этой вашей… битвы?
— Думаю, что да.
Потом нам принесли коктейли, и мы сменили тему.
 
POV Этра
Я приземлилась в Сиэттле уже к вечеру. Тайлер, конечно же, меня не встречал в аэропорту. Именно поэтому мне самой пришлось вызывать такси и платить за проезд тоже самой.
Когда я наконец вышла из машины и заплатила, то увидела, что голова парня вылезает из окна и он высматривает меня. Спустя пару секунд он наконец замечает меня, и я иду звонить в дверь. Дальше действия просты: он впускает меня, потом я поднимаюсь по лестнице и передо мной уже оказывается открытая дверь квартиры, которая была уже не такой белой, как раньше. Стены были испачканы в краске и всяком подобном.
Когда я наконец перевела дыхание, выпив воды, спросила:
— И зачем ты меня вытащил?
— За этим, — сказал он и достал из кармана Колокольчик.
Я не поверила своим глазам, и они стали шире обычного.
— Кто его тебе дал?
— Тор. Попросил кое-что сделать. Принять участие в битве. Когда тебе и остальным понадобится помощь в самый решающий момент, ты просто позвонишь им, и я услышу. Потом ударю три раза в гонг и помогу. Откроются врата в мир иной и из него начнут падать Ангелы. Возможно, появятся и демоны. Стражи. Боги. Каждый, кто хоть как-то связан с нашим миром. И может быть Смерть тоже примет участие.
— Энни должна об этом знать?
— Если скажешь — не преступление. Она ведь знает, что ты тут, так?
— Знает.
Он протянул Колокольчик мне, и я его взяла. Это был ценный артефакт, который не многие видели, и тем более, не многие держали его в руках. Мне же повезло. Ведь передо мной стоял бессмертный обладатель Экскалибура, последний потомок Тора, обладатель его Молота, а также просто Тайлер Нильсен, который не знал о своем бессмертии. Что еще сказать? Чистое везение, что он не сошел с ума.
 
POV Энни
Я вломилась в дом на скорости ветра. И стала искать старый школьный альбом 1997 года. Или на год раньше… Я уже не помнила цифр, поскольку в разуме были только Каспер и Олаф.
Наконец, я нашла альбом и стала перелистывать странички, чтобы найти его фотографию. Она была рядом с моей. И тогда я прочла полностью его имя, которое было написано под фото.
Каспер Олаф Нильсен. И цитата: «Любовь — это начало». Он любил меня. И я сразу все сложила вместе. Конечно, я уже догадалась, что Каспер и есть Олаф, что это один человек. Но вопрос: почему? Зачем он здесь?
Эмбер подошла ко мне сзади, и я посмотрела на нее. Я вспомнила, что она искала кого-то и смотрела альбом несколько лет назад. И спрашивала про Каспера. Я, однако, решила сегодня не давить на дочь, а расспросить обо всем завтра. Мне и самой надо было обдумать все случившееся.
 
***
POV Вайлет
Я почему-то встала из гроба и огляделась вокруг. Все заросло паутиной, а я была в черном платье. На шее у меня был кулон Энни с инициалами У. Х.
Стивен лежал в соседнем гробу, но он, в отличие от меня, зарос паутиной тоже, как и большая часть дома. И гробы стояли у окна, в одной из частей гостиной, в повороте на кухню (а у нас их было два).
Вокруг была тьма. Ночь, подумала я и выглянула в окно. Там, за сотней деревьев в лесу, я увидела, что дом оказался практически на берегу утеса, местность круто изменилась. Где-то далеко за лесом кипела жизнь. Небоскребы сокрушали небеса, по небу летали машины и было жутко светло. Их было плохо видно за деревьями, но я смогла различить. И казалось, что это даже не Чикаго, и тем более не Витч-Кросс. Как будто Треугольника больше нет. Или будто дом оказался немного за мостом. За тем самым, который так много для нас значил.
Вдруг я услышала шаги, они приближались. Я приготовилась к сражению, поскольку не знала, кто это может быть. И тут я увидела Тессу, которая кралась к подвалу, где вроде как до сих пор покоился Кэмерон.
Она увидела меня и спросила:
— Он там?
— Возможно. Я не знаю. Проверь.
Она кивнула и двинулась дальше. Потом спустилась в подвал и закрыла за собой дверь. Я огляделась вокруг. И это было странно.
А потом я открыла глаза и вздохнула.
 
Глава 12
 Мы все любим помолчать
 
POV Вайлет
Элизабет позвонила как раз в тот момент, когда я открыла глаза. Стивен смотрел то на меня, то на телефон, и никак не мог решиться, что сделать: сначала ответить на звонок или же поговорить со мной. Ведь мы оба знали, что может значить ее звонок.
Было примерно четыре утра, я не смотрела на часы. Я сразу же оделась, немедля, а Стивен ответил. Я знала, что ожидать приятных новостей нам не стоит.
— Да, мы едем, — ответил он и посмотрел на меня. Этого его взгляда я не видела ни разу в жизни. На меня смотрели глаза маленького ребенка, который только что узнал, что такое смерть. — Он умер. — всего лишь сказал он и я решила обнять его.
— Точнее, — продолжил он, — пока что формально нет, его душа еще в теле, но оно уже умирает. Осталось меньше пары часов. Мы должны ехать.
Я видела на его глазах слезы. Этого я тоже ни разу не видела на лице Стивена Миллса. Он всегда казался намного сильнее. Но сила проявляется не в заглушении чувств, а в способности их показать. В этот момент Стивен наконец и показал, что он сильный человек.
Мы подняли на уши весь дом. Точнее, я. Стивен же пошел к машине и ждал меня. Я позвонила Хлое и попросила, чтобы она позвонила в церковь, и тогда мы заедем за Беном. Карен села в машину очень быстро и устроилась там так, чтобы остальные, кто захочет поехать, тоже поместились. Энни отказалась, но она сказала нам со Стивеном теплые слова соболезнования, ведь Оливер стал и для нее родственником, хотя она его так и не увидела. Разве что по старым фото, которые Стивен привез сюда, к нам. Там Оливер похож на Стивена, а на одной из них на нем был костюм точь-в-точь как у его брата в тридцатые.
Я тут же позвонила Марте. Та была на смене в больнице, но там сказала, что у нее срочные дела и сразу же поехала к дому Оливера. С ней вызвался Эйса.
Наконец, мы выехали. Я, Стивен и Карен заехали за Беном, и мы поехали дальше. Когда мы приехали, было почти шесть утра. Мы толпой рванули внутрь дома, и Элизабет попросила Бена прочесть молитву.
Мы со Стивеном держались за руки, не могли разомкнуть их. Я смотрела на него и пыталась понять, как ему сложно. Но я даже не представляла. И не могла представить. Никто не мог, кроме одного человека, но этот самый человек еще не успел прочувствовать весь спектр подобных эмоций, хотя уже и пришлось потерять не одного человека.
Бен закончил читать молитву за упокой души Оливера, хотя мы со Стивеном знали, куда он попадет в скором времени. Вдруг ярко засветило солнце и солнечные лучи попали в комнату, освещая ее полностью. Карен взяла за руку Оливера, но уже мертвого.
Но нас отвлекла неожиданная вспышка света и я успела увидеть это лишь на одно мгновение. Сама вспышка была как бы Оливером и одновременно вместо него. И тогда я заметила одну очень странную вещь. Больше не было старика. Оливер стал молодым, как две капли воды похожим на Стивена. Я до сих пор не знаю, видел ли сам Стивен это и остальные тоже, но я точно знаю, что видела сама. В следующую секунду тело Оливера исчезло. Ни молодого, ни старого его не было здесь.
Кресло его осталось пустым, а мы со Стивеном понимали, что это могло быть. Но этого не знали другие.
Элизабет плакала, ведь она потеряла Оливера. В мыслях Стивена я читала, что для нее это не последняя потеря в ближайшие несколько дней. И он был прав.
 
POV Джек
Прожив все эти пару дней с Альянсом, я попросил Лору привести меня к дому. Но сначала проводить меня к Хлое и Максу. Оказалось, они уже не спят, когда мы пришли.
Это утро было странным. По небу появлялись временами вспышки света. Я знал, что это означает. Кто-то важный теперь среди нас.
Хлоя открыла мне дверь и немного опешила. Постепенно ее глаза начали улыбаться вместе с настоящей улыбкой. И тогда я понял, как скучаю по живым.
— Джек! — воскликнула она и обняла меня. Я чувствовал, как она хочет заплакать. Мы не виделись слишком давно, поэтому и я дал волю чувствам.
За ее спиной я увидел Макса и тот, словно ребенок, тоже побежал обнимать меня. Он резвился и правда, как ребенок. Лора смеялась во всю, ведь не каждый день увидишь ста двадцати четырехлетнего вампира, который прыгает до неба от земли как на батуте и радуется возвращению друга. В конце концов, мы были не в Оклахоме, где такая резвость могла быть доступна детям пятидесятых.
— Как ты здесь? — спросила Хлоя.
— Я вернулся, чтобы принять участие в битве.
Она все поняла, и мы прошли в дом все вместе. Потом она принесла чай, и мы все сели. Кто на кресло, кто на диван.
— Значит, это ненадолго?
— Увы, нет. Но я постараюсь побыть здесь денек-другой после битвы. И все же… Вайлет и Стивен поехали к Оливеру, так?
— Откуда ты знаешь?
— Я же Лич.
— Да, его последние часы настали. Перед твоим приходом они звонили, сказали, что все кончено. Больше Оливер не с нами. Но почему ты здесь?
— Я собирался пойти с вами в дом Вайлет и встретиться со всеми. Ты ведь всех предупредила о том, что будет, так?
— Вчера рассказала все в подробностях. Нам нужно защитить их.
— Я надеюсь, что получится. У меня есть план, о нем я сегодня и поговорю с Вайлет.
 
POV Энни
Когда дверь в дом открылась, я спускалась по лестнице. Мне срочно надо было поговорить с Олафом. Хотя я уже знала, что это Каспер.
Джек вошел в дом, и я встала столбом. Он посмотрел на меня и улыбнулся, а я в порыве кинулась к нему в объятия. Он покружил меня пару раз и поставил на пол. Я продолжала его крепко обнимать, не веря своим глазам и ощущениям.
— Как ты? — спросила я.
— Я в порядке, Энни, а ты, я вижу, очень рада меня видеть, — ответил он.
— Ну конечно же я рада! Дурачок! Я не ожидала тебя увидеть.
— Ты сейчас направляешься к Касперу?
— Да, собиралась ругаться и сокрушаться. Он врал мне несколько недель. Я не люблю такое, ты знаешь.
— Именно поэтому я сказал тебе о вампирах перед концом.
Я ударила его кулаком по-дружески, и мы засмеялись.
— Я скучала по тебе, жутко. И не хочу уходить.
— Иди, Энни.
— Я не знаю, как я справлялась без тебя. Ты ведь мой лучший друг, Джек.
— А ты мой, Энни. И тебе лучше правда идти. Мы увидимся с тобой позже и поговорим обо всем на свете.
Я снова обняла его и сказала:
— Я рада, что ты здесь.
 
***
Я ворвалась в бар на скорости света. В последние пару дней я только так и делала. Олаф уже был для меня Каспером, но по-прежнему оставался хозяином бара.
— Кого принесло с утра, — произнес он.
— Я знаю, что это ты, Каспер! — произнесла я с ходу, скорее, прокричала.
Каспер сидел и опустил глаза. Он будто хотел спрятаться от меня и ото всего мира, потому что его секрет больше им не был.
— Энни, успокойся. — произнес он и продолжил, — Давай я тебе все объясню.
— Ты обманывал меня! Несколько недель! Почему ты в городе?
— Я вернулся ради тебя.
— Двадцать лет прошло, не поздно ли?
— У меня остались чувства к тебе. И ты сама практически призналась мне в любви.
— Я влюбилась в Олафа, а не в обманщика.
— Сюрприз: Олаф и я — один человек.
— К сожалению. Но почему ты здесь? Для чего весь этот цирк?
— Ты же знаешь, что собирается сделать Питер?
— Вечером мне рассказали. Ну и что с того?
— Есть варианты будущего, Энни. В одном из них собой жертвуют Вайлет и Стивен. В другом Эмбер и Тоби. Я хочу победить Питера тоже, поэтому хочу попросить тебя о помощи. Мы с тобой должны спасти твою сестру и дочь.
— Ты хочешь, чтобы я принесла себя в жертву?
— Чтобы спасти их. Я знаю, что ты бы на это пошла.
Это разозлило меня. Как будто я не могла просто закрыть глаза на то, что подобное может случиться. Но в ту же минуту поняла, что он был абсолютно прав. Ради Вайлет я бы пошла на многое, особенно теперь, когда я знаю, что может случиться. Ради Эмбер я бы пожертвовала собой. Все-таки, я мать и защитить своего ребенка должна.
Каспер все еще стоял и смотрел на меня. Он не догадывался, о чем я думаю. Я решила присесть и все обдумать. Его предложение о пожертвовании собой казалось безумным так с ходу. Но оно имело смысл. Если бы я и решил пожертвовать собой в этот раз, то только чтобы спасти всех. И ведь это было даже не пари Джека со Смертью. Ее, кстати говоря, мы давно не видели. И это затишье перед бурей стало меня настораживать.
— Если бы ты мне сказал раньше… — произнесла я.
Каспер подошел, присел на корточки и взял мои руки в свои. Я глянула ему в глаза.
— Где ты был все эти годы? — спросила я.
— Сначала, поехал к дяде с тетей. Потом узнал, что их нет в городе. Они ехали в тот момент уже сюда, к маме.
— Где они жили?
— В Мичигане. Совсем рядом. Я не стал их ждать и уехал в Техас. Там начал работать, накопил денег и нашел себе съемное жилье. Все это время жил на улице, перебивался ночами на помойках и в барах.
— Зачем надо было сбегать?
— Я не видел другой жизни. Узнав, что тебя не стало, я не возвращался очень долго. Я не сразу и поверил в это. Года два спустя, я вернулся в Витч-Кросс, навестил маму, нашел твою могилу. А потом снова уехал на несколько лет.
— И стал вампиром.
— Именно.
— Кто тебя обратил?
— Я не знаю его имени. Мы с ним были знакомыми, но не близкими друзьями.
— Это был Герман?
— Если бы это был он, меня бы здесь не было. Но после этого я уехал в Норвегию. Пожил там пару лет, потом вернулся в Америку. Побывал в Нью-Йорке. Жил в Джерси, Далласе, Цинциннати. В Милуоки был мимоходом. Ездил мимо Кливленда. Не стоит там бывать. — я улыбнулась, — Позже я решил остаться ненадолго в Мичигане. Дядя и тетя уже не могли меня узнать и найти. К тому же они хотели бы жить в ближайшем к Чикаго городу. И они жили — в Гэри, в Индиане. Правда, потом вернулись в Детройт. Я решил освоиться в Каламазу. А не так давно я узнал, что их лет десять как нет в живых. У них был сынишка — мой двоюродный брат.
— Как они погибли?
— Авария во время урагана. Или что-то подобное. А ведь наш город находится не так далеко от воды, но не океана.
— Как звали их сына?
— Я точно не помню. Кажется, Тайлер или Таннер.
Тайлер, мысленно произнесла я. Его зовут Тайлер. Однако, не стала говорить это Касперу. Не сейчас.
— Я его не видел ни разу в жизни. Мы звонили друг другу на праздники, но те два последних года не виделись. Они были заняты, наша семья развалилась. Я остался один, а где мальчик… я так и не знаю.
Он мой сын, милый, промелькнуло у меня в голове. Если бы Каспер знал, как близок к обретению семьи. У него ведь есть Тайлер, а у того есть Чендлер (если они, конечно, помирятся), а у них обоих есть я, а у меня целый отряд бессмертных.
— Я прошу тебя, Энни, не уходи после этого. Я нуждаюсь в тебе.
И я подумала, что это не так плохо — остаться с ним. В конце концов, я была в него влюблена еще девчонкой. Да, может быть эти чувства были глупыми и детскими, но я более чем уверена, что сейчас подходящий момент для размышлений о том, чего я на самом деле хочу.
— Какой жизни ты хочешь, Каспер? — спросила его я.
— Ради тебя готов на все.
— Даже стать смертным?
— Да. Если только ты, — Энни ДеЛунг, — согласишься признаться в своих чувствах ко мне самой себе.
— Я должна подумать, — ответила я. — Как только я решу обо всем, скажу тебе свой вердикт.
Я встала и вышла из бара. Но это был не конец.
 
***
Я пришла домой, но сил у меня уже не было. Все они ушли на мысли о Каспере и о его прошлом, которое никак нельзя было назвать радужным, сказочным и красочным. Ему пришлось нелегко, в то время как я была мертва и даже не видела его из Рая. А ведь я начала вспоминать, что я следила не за ним, а за Джеком. О Каспере я тогда совершенно забыла, потому что чувства к нему казались мне не настоящими, к тому же, я была еще девчонкой. Эгоистичной популярной девчонкой, которой тоже от жизни досталось мало хорошего.
Той Энни уже не было. Оглядываясь назад, я понимала, что этого человека не существует, как будто никогда и не было. Энни ДеЛунг образца двадцатилетней давности никак не могла соперничать даже со мной, нынешней, что сидела в гостиной и обдумывала все это в своей голове.
Та я была иной. Да, была. Не могу отрицать. Мудрость с годами прибавляется, подумала я. Хотя себя в расчёт брать я не хотела, ведь сделала и так немало ошибок.
Эмбер увидела меня и присела рядом. Я улыбнулась ей и спросила:
— Ты ведь о нем знала, так?
— Да, — ответила она, — но ты должна кое-что знать. То есть, не должна, но я не могу утаить этого.
— Что-то не так?
— Про Каспера мне сказала ты.
— Пардон?
— Другая ты. Помнишь, Смерть отправляла нас путешествовать в другие миры? Тогда я попала в Обитель, в ее будущее. Там я встретила тебя. Ты рассказала мне все, что было. Я не могу сказать, что будет в будущем, потому что оно может измениться. Но та ты, которая теперь там, после смерти, знает абсолютно все исходы. И мне показалось, что каждый из них случился, и в то же время, был лишь один единственный. И он тот самый, что случился на самом деле.
— И как та другая я выглядела?
— Старше. Мудрее. Ты будто знала, что я приду. Как если бы это уже случалось по кругу сотни раз. Поэтому, как только мы прибыли обратно, я нашла Каспера. Ты предупредила меня о его возвращении. И что это возвращение будет значить для конца борьбы с Питером.
— Все плохо, не так ли?
— Увы, но я не могу сказать.
Я, не раздумывая, сказала дочери, что мне нужно подышать воздухом и за меня беспокоиться не надо, а сама направилась к Касперу. Я подумала, что если конец нельзя избежать, а я уже давно догадывалась, что должно случиться, плюс теперь и он подлил масла в огонь, то я и он должны это предотвратить.
Я ворвалась в бар и сказала ему:
— Я согласна на это.
 
***
 
POV Этра
В отверстие для почты упало письмо. Я подошла и подняла конверт. Когда я его открыла, то сразу же побежала всех собирать. Когда же это случилось, я сказала:
— Питер объявил место и время битвы. В полупустыне, на острове Института. Ровно в полдень.
 
***
 
POV Вайлет
Мы вышли с Института все вместе.
Я, Энни и Стивен. С нами еще были Эмбер и Тоби, Этра и Сабрина. Под руку мы вели старую Дарсию, за которой наконец приплыл… Оливер? Я не понимала, что он там делает, но будто бы знала, что так и должно быть.
Дарсия посмотрела на Оливера, улыбнулась ему и сказала:
— Что ж, я не против, раз время пришло.
Энни обняла ее, и Оливер проводил ту на корабль. Потом мы все вместе попрощались с Эмбер, Тоби, Этрой и Сабриной, взойдя на корабль тоже. Потом взмахи рукой на прощание. И вот уже солнце бьет нам в глаза, но нам так приятно, что не хочется отрываться от этого прелестного заката.
Потом случилась вспышка и мы оказались в море, но позади нас уже не было Института и его острова. Перед нами была Обитель, из которой мы уже не вернемся.
 
***
Я открыла глаза и увидела в комнате Джека. Я начала злиться, ведь не знала, почему я вижу эти сны, которые больше похожи на видения.
— Почему мне это снится? — стала сокрушаться я, — Что это значит? Джек, объясни мне!
— Это будущее, Вайлет. Возможные варианты исхода событий, что случатся завтра в полдень.
— Ты знаешь, что я собираюсь сделать.
— И не только ты.
— Что? О чем речь?
— Каспер уговорил Энни на спасение тебя и Эмбер, если она пожертвует собой. Поведал, что надо достать Кинжал. Но он у тебя. До утра, точнее. Эмбер, пока ты не видишь, заберет его себе, а в битве он достанется только одной.
— При чем здесь Эмбер?
— Она собрала шайку, пока никто не заметил.
— Так вот, почему здесь Елена с Гильерме и Яна с Мэттью. Они что-то затеяли.
— Моя дочь слишком сильная ведьма и провидица. Она увидела исход событий с твоим участием, а Энни она не может допустить к этому. Так что решила, что как будущая королева, должна защитить всех.
— Не могу поверить! Но что ты здесь делаешь?
— Я пришел не только помочь в битве. Не только как Лич, но и как потенциальная жертва. Вместо вас трех.
— Прости?
— Вайлет, у меня к тебе предложение. Я видел, какую жизнь можешь прожить ты со Стивеном. Если у вас будет Карен, это будет счастливая жизнь. Ты станешь смертной, он тоже. Вполне может быть, что ты излечишься и сможешь сама родить. Если захочешь, конечно. Потом вы состаритесь и умрете. Окажитесь в Обители. Я же там окажусь только через тысячу лет. Я ни человек, ни вампир. Я — прислужник Смерти. И такое существование мне не нравится.
— Но ты наверняка столько всего уже успел увидеть.
— Успел. И слишком много. И все миры, где я уже побывал, прекрасны. Но дочь и любимая мной Энни для меня важнее. И ты, разумеется, тоже. Я выкраду Кинжал у Эмбер, пожертвую собой при последнем луче солнца, а вы будете жить долго и счастливо.
— Как же это она не предвидела тебя в своих вариациях?
— Все очень просто. Я Лич, и мои действия сложно предугадать. Так ты согласна?
Я помолчала несколько секунд, а потом представила, что будет за жизнь, если я выживу. Джека мне было жаль, я не хотела для него такой участи, но он предлагал это сам. И тогда я решилась.
— Да, — произнесла я, — согласна.
 
***
— Мы так давно не говорили с тобой, — сказала я Джеку.
— Я тоже скучал. — ответил он.
— Ведь ты давно ушел. Да и вообще. Ты и я мало разговаривали последние годы.
— Мы все любим помолчать.
— Ты прав. Но так долго не говорить с кем-то, с кого началось все самое невероятное в жизни… Я не могу представить ее без тебя.
— Стивен может. Ему не впервой терять друзей.
— Смерть знает о твоих планах?
— Узнает, когда придет час. Я исчезну и обрету покой, даже не попав в Обитель. Просто исчезну, мне не будет больно, Вайлет.
— Это грустно, Джек.
— Ради вас я готов пожертвовать собой.
Вдруг в дверь дома постучались. Мы спустились, а Этра и Стивен, которые до этого разговаривали на кухне, уже открыли ее. Перед нами стояла Элеонора, которая наконец добралась до нас.
Ее вид был ужасен. Сразу стало ясно, что чем ближе конец, тем хуже ей.
— Простите, что в столь поздний час, — произнесла она. — Я должна быть здесь.
И правда, должна.
 
Глава 13
 Кульминация
 
POV Энни
Всего лишь через несколько часов должна была состояться битва, которую мы ждали так долго. Питер хотя бы объявил время и место, а не как Джереми, непонятными наступлениями и изменением погоды. Хотя и она тоже начала портиться, как и в прошлые разы.
С самого утра на улице был ветер и моросил мелкий дождь. Я была довольна хотя бы тем, что сражение состоится не в этом мире, а где-то между.
Собравшись, я сразу же пошла к Касперу. Увидев его, я поняла, что он тоже уже готов к встрече с Питером и был готов убить его. Он обнял меня и мысленно я вернулась на много лет назад, в тот день, когда впервые увидела его.
Глаза Каспера не изменились ни на секунду. Все те же, по-детски улыбающиеся. Но я была другой и эту разницу ощущала как никогда.
— Дружелюбное приведение готово? — спросил Джек, вошедший в бар через несколько секунд.
Каспер уставился на него, то же самое сделал и Джек. Их объединяло сегодня одно дело, но из-за меня чувствовалось напряжение. В конце концов, именно Джека я выбрала, а не Каспера. Выбери я последнего, ничего этого бы не было и все жили бы замечательно. Но они были врагами. Хотя бы в своих воображениях.
— Мы выйдем через минуту, — произнесла я, и Джек мгновенно направился к выходу.
— Он меня ненавидит? — спросил Каспер.
— Скорее думает, что это делаешь ты. — ответила я.
— Может быть, он ревнует?
— Конечно же, ревнует! Он же мой муж! — прошептала я. — А если серьёзно, Каспер, он просто беспокоится за меня. Я потеряла Тони, потом, после двух дней ухаживаний, я потеряла Антона, а теперь и ты здесь. Джек и я знали, на что идем, когда решили жертвовать собой в прошлый раз. Так что он просто боится за меня. Я бы сделала для него то же самое.
— Ну, а поцеловать тебя я могу?
— Думаю, Джек за дверью и все слышит. Но только если один раз.
Каспер наклонился к моим губам и поцеловал. Это был наш первый с ним поцелуй, который должен был случиться двадцать лет назад, но его так и не произошло.
Потом Каспер спросил:
— Ты его еще любишь?
— В глубине души — да, — ответила я, — он же отец моей дочери, и моих сыновей. Мы усыновили их вместе.
— Ты никогда не говорила, как зовут твоих сыновей. Один, кажется, дома, так?
— Да, его зовут Чендлер.
— А второго?
Тут вошла Кэтрин и произнесла:
— Ну сколько можно вас ждать?
— Мы идем, — ответила я и мы пошли.
 
POV Мэттью
— Кинжал здесь, мэм, — произнес я, подавая его Яне. Она глянула на меня с непониманием, а потом отвлеклась на Эмбер.
— Спрячь его так, чтобы было удобно достать из ремня, но, чтобы никто не заметил, — сказала она Эмбер.
— Карта Смерти тоже здесь, — произнесла Сабрина.
— Ты не идешь с нами? — спросил я.
— Подойду позже. Я уже каждому раздала бутылочку с зельем, потому что неизвестно, кому из нас посчастливится убить Питера, — сказала она.
Однако, краем глаза я заметил, что Сабрина что-то прячет. Это что-то значило, но я не стал обращать внимание других. Ведь может мне выпадет момент, и я поговорю с ней. Но его так и не представилось. Когда я смогу с ней поговорить, уже поздно будет узнавать, что она хотела сделать, потому что это случится, и всем все станет ясно.
 
POV Стивен
Вайлет вновь стояла у зеркала и всматривалась в свое отражение. Мне было жалко ее отвлекать, но полдень уже приближался, а Кэтрин и Ник собирали каждого из нас в гостиной.
— Прощаешься с Вайлет? — спросил я.
— Пришло время, — ответила она. — Ты же знаешь, что я и Джек договорились?..
— Да, я слышал. Главное, чтобы Энни этого не знала. Тогда она точно пойдет на эту жертву. А ты знаешь, что эта прерогатива для нас с тобой. Мы уже знаем, как поступим. Каков наш план. И что мы заберем у Эмбер Кинжал.
— Если бы это было так просто.
— Это будет просто, как только мы приступим к делу. Осталось только оказаться на поле боя.
Она улыбнулась мне, и мы обнялись. Мы не знали, как все точно обернется для нас, а потому, прощались даже друг с другом.
 
POV Яна
Сабрина осталась в комнате. Все остальные уже вышли, но я осталась поговорить с ней. Мэттью смотрел на нее до этого, поэтому я решила, что стоит проверить его мысли. Как оказалось, он что-то заметил в руках у вампирши, и я решила узнать, что это было.
Когда никого уже не осталось, я подошла к ней. Ее белое одеяние в итоге будет значить довольно много для нее. Сейчас же это была просто сорочка, напоминающая о ее времени рождения. Тогда, в далекие времена, женщины носили такое. Рукава были длинными.
— Ты ничего не хочешь мне сказать? — спросила я ее.
Сабрина повернулась и посмотрела на меня. Потом отвела взгляд и села за стол.
— Я хочу помочь вам отсюда, и даже знаю, как это сделать. Но для этого мне нужно отдать жертву. Как и кому-то сегодня. Ты ведь наверняка знаешь, что никто не даст Эмбер пожертвовать собой в этой битве.
— Конечно, знаю. Она будущая Королева, ей нельзя этого делать. Поэтому кто-то другой отдаст свою жизнь.
— Поэтому я тебя прошу, — не осуждай меня. Я должна помочь всем выжить. А сделать это смогу только с помощью зелья. Я прожила слишком долго, Яна. Мое время закончилось в этом мире.
— Это полный абсурд! А как же Шон?
— У него будет другая жизнь. Лучше, чем будет со мной. Он сын своих родителей, и покидать их не должен. У него будет замечательная жена, а может быть даже муж, возможно дети. Позже, он состарится и умрет, как все нормальные люди. И только тогда мы с ним встретимся снова. Я буду ждать его.
— Но что, если он не видит свою жизнь без тебя?
— Должен увидеть. Ему нельзя умирать. И он не пойдет на битву.
— Поздно, он уже отправился на поле, — произнес зашедший в комнату Мэттью.
Сабрина не могла ничего сказать. Было поздно что-то менять. Тогда она произнесла:
— Надеюсь, у него будет защита. Кроме меня, конечно же.
— Будет, — произнесла Этра, которая тоже здесь теперь была, — я не дам ему погибнуть.
 
 
POV Вайлет
Мы собрались в круг как в детском саду. Было очень странно наблюдать вампиров от мала до велика, стоящих бок о бок и держащихся за руки. Но того требовали правила перехода на Остров. Институт ждал нас. И ждали те, кто там жил. Древние вампиры вроде Плутарха или те, кто ждал, что Элеонора вернется.
Она еле стояла на ногах. Ее дни были сочтены, но у нее уйдут еще годы, примерно еще полвека, чтобы наконец отдать концы и уйти в мир иной.
Стивен подошел ко мне и тоже взял за руку. Его за руку взяла Этра, ее Яна, дальше был Мэттью и так далее. Кэтрин и Ник стояли в середине. Было ощущение, что мы их окружили. Впрочем, так оно и было. Наконец, мы дождались Энни, Джека и Каспера, которые, как было видно, особо не торопились.
— Что ж, пора, — произнесла Кэтрин. Но мы ждали еще некоторое время. Объявлений о том, что Питер наступает, пока не было. Поэтому было решено так и стоять, пока не пробьет хотя бы без пятнадцати двенадцать.
 
POV Остин
Демоны собрались уже к выходу из Ада. Аид, я, Персефона, Мод и Уилл, а также некоторые другие уже стояли вместе с ними, ожидая, когда Врата откроются. Их должна была открыть для нас Кэтрин.
— Она точно откроет их? — поинтересовался Аид.
— Она обещала. — ответил я.
Так мы и стояли, ожидая, когда откроются Врата.
 
POV Макс
— Я тебя люблю, — сказал я Хлое, пока мы стояли в кругу. Эти слова я впервые произнес по-настоящему, без шутки. Я не знал, что нас может ожидать, выживем ли мы.
— Я тоже тебя люблю, — произнесла она, смотря на меня. — Я рада, что все сложилось так, а не иначе. Джек и остальные могут жалеть о том, что им досталась эта жизнь и все то, что произошло, но не я. Благодаря этому я встретила тебя, у нас есть Ким, а это главное.
— Если бы не Стивен, меня бы здесь не было. Я рад, что Анна заставила меня убиться.
— Она сделала это не специально. Но зато мы счастливы.
— Оказывается, смерть хотя бы иногда приносит радость.
— Хлоя, тебе пора привести Альянс, — обратилась к дочери Меган, — я пока постою на твоем месте.
— Точно, я должна их привести сюда. — произнесла Хлоя, — Я вернусь, — и поцеловала меня.
Когда она ушла, мы с Меган остались стоять за руки вместе с другими.
— Я бесконечно благодарна тебе, Макс, — произнесла Меган, — Ты сделал нас всех семьей.
— Мне приятно это слышать. И рад, что ты мать Хлои, а не какая-нибудь Улла Хендерсон. Тогда бы мы все сошли с ума.
— Да, с этим не повезло кому-то другому.
 
POV Тайлер
Ну где же твой знак, Этра, думал я, сидя на стуле, и смотря то на одну стену, то на другую. Знаков пока не было и меня это настораживало. Хотя меня и предупредили, что бой начнется ровно в полдень.
Осталось еще примерно полчаса. И я ждал, когда зазвучит Колокольчик, и я смогу ударить молниями в Питера. Когда смогу ударить в гонг и открыть небеса и освободить Стражей хотя бы на час.
В этот момент, подумал я, с неба начнут падать Ангелы, Боги, Демоны, многие другие, чье существование доказано мной самим, но люди об этом не знают и не узнают, пока не умрут и не окажутся в Обители, где все знания уже будут подвластны.
Я вдруг взглянул на кольцо, которое все это время лежало у меня в кармане. Мистер-миссис Тайлер Артур Нильсен-Робель-ДеЛунг-Скотт, муж Чендлера Скотта, ныне вампира. Да, звучит ужасно, но это лучше, чем всю жизнь так и прожить без него. Он значил для меня куда больше, чем искусство и все деньги мира; больше, чем Питер и эта битва. Я не мог настаивать, чтобы Чендлер стал снова человеком. Ведь это было мое желание, чтобы мы прожили вместе долгие-долгие века, до скончания времен. Ну или хотя бы пока не придет время уходить.
Я примерил кольцо на палец в очередной раз. И подумал, что было бы неплохо, предложи Чендлер мне вновь стать его мужем. Но вдруг он не захочет со мной видеться, если я вернусь? Глупости, подумал я. Чендлер никогда не забудет меня. В этом мое преимущество. Он ждет меня. Это любовь, которую не разрушит ничто. Вполне вероятно, что я должен вернуться. И я это сделаю. Стоит лишь дождаться конца битвы.
  
POV Хлоя
Ведьмы были уже на полпути к дому, когда я их встретила. Вместе с Лорой и Ритой, я стала предводительницей Альянса. Мама «ушла с поста», чтобы жить нормальной жизнью после битвы. Она хочет оставить свою должность мэра города и выдвинуть Риту. Собственно, никто не будет против, поскольку других кандидатов не предвидится.
Я бы и сама заняла эту должность, но бессмертие мне не позволяет, как и Альянс. Впрочем, Риту это не останавливает. Она хочет попробовать сделать город лучше. Но насколько долго это, пока не известно.
— Врата уже начинают открываться, — объявила мне Лора, и так я поняла, что Аид ждет, когда и мы появимся на поле. Кэтрин открывала Врата потихоньку, на расстоянии их нельзя было отворить быстро.
— Тогда надо быстрее домой, и Питер уже заждался нас. Если же его там еще нет, скоро будет. — сказала я.
  
POV Марк
— Пора наступать! — крикнул я и Питер оскалил зубы. Улыбка его больше походила на оскал сумасшедшего, но он и был злодеем. Я же предатель. Мы с Джинджер не хотели этого, но другого выхода уже не видели. Мы хотели навести порядок. Но нами также завладела Тьма. Это всегда было чревато гибелью для нас, и я был уверен, что если она погибнет, то мы оба сгинем в небытие. Смерть не простит нам этого.
  
POV Сабрина
Я держала зелье в руках. И ждала этого момента, когда наконец все закончится и я смогу помочь остальным. Солнце уже слепило мне глаза, поэтому я ждала вечера. Не хотелось покидать мир живых, когда так ярко. Пусть лучше солнце будет заходить, решила я. Закаты всегда хороши в это время года.
Я ощущала, что к горлу подходит ком. Слезы уже начинали подступать. Так близко к концу я еще не была. Даже в прошлый раз, когда попала к Медузе, и потом, когда стала статуей. Мне пришлось пережить так много всего за эти годы. Даже количество прожитых мной веков нельзя назвать эпичными. Это десятилетие было тем самым. Ни разу, кроме двух с половиной веков назад, я еще не попадала в такие приключения. Тогда я заснула, скажем спасибо Джаффару. Его я убила, все мои образы, наводящие ужас на вампиров — давно позади. Теперь я была просто Сабриной. Сделала ли меня такой любовь или все эти приключения, я не знаю. Впереди было много всего такого, о чем я и не мечтала.
Если бы тогда я не сбежала из своей деревни, не оказалась бы здесь. Но я знаю, что отец простил меня. И где бы он ни оказался после смерти, я его тоже встречу. Конечно только при условии, что он еще не переродился.
Я ждала этого дня. Покорно ждала. Осталось лишь дождаться своего часа. Но дождусь ли? И даст ли он мне покой? Эти вопросы терзали меня, пока все не произошло.
  
POV Джинджер
— Что бы ни случилось, я найду покой, Марк, — произнесла я, пока мы выходили на поле боя. Врагов еще не было. И я еще была предана своим кровным узам с матерью и сестрами. Но обе сестры явно были на стороне, с которой я перебралась не туда.
— Я понимаю, о чем ты говоришь, — произнес он. Мы посмотрели друг другу в глаза и взялись за руки.
Перед нами шел Питер, по обе руки от него Нейтан и Сьюзен. За ними Джереми, Герман и Калипсо. Все были облачены в невероятно роскошные одеяния, но лишь Джереми полностью понимал, что в этом нет смысла. Он знал, чем это все закончится. Особенно, для него.
  
POV Этра
Мы оказались на поле как раз в тот момент, когда Питер уже шел где-то вдали. Оказывается, все это время он прятался у Института под боком. И никто этого не заметил.
Сабрины с нами не было, а потому я могла совершенно без всякого страха подойти к Шону с подарком, который обещала.
Арбалет сиял. Шон, увидев его, сразу же понял, что он для него.
— Но как? — спросил он, — Я ведь не потомок Дарсии.
— Он был сделан специально для тебя. Его заговорили. Так что тебе не придется оставлять Сабрину через шестьдесят лет. Вы проживете вместе долгие века. Главное, убей как можно больше вампиров и нечисти со стороны Питера.
— По поводу нечисти ты права, — сказал он, смотря куда-то далеко и расширив глаза настолько, насколько можно.
Я повернулась и увидела много такого, чего видеть бы не желала. Питер собрал куда больше нечисти, чем даже Джереми в свое время.
— Мы его все равно победим, — произнесла я, уже целясь на кого-то, кто мне по силам. В конце концов, не каждому из нас по силам убить любого. Хотя я была здесь сильнее всех, все-таки были вещи, которые и мне были неподвластны.
  
POV Ведьма
Врата Обители начали открываться вместе с Вратами в Ад. Кэтрин еще не добралась их открыть, но Стражи и Ангелы были готовы падать с небес и побить врага.
Ящик Пандоры тоже начал открываться. Я это чувствовала. Но я не могла предупредить Клодию, поскольку Эван пытался спасти мое присутствие здесь.
— Эван, это невозможно, — сказала ему я, войдя к нему в кабинет. — Если нам суждено погибнуть, то сделаем же это.
— Тогда зло проникнет и к нам, — произнес он.
— Не проникнет, — сказал женский голос. Я обернулась.
Эван смотрел на девушку во всю, пытаясь понять, как это возможно.
— Не может быть…
— Я скучала по тебе.
— Эмбер…
— Мы должны помочь Энни и остальным. Она не зря ведь путешествовала во времени, чтобы мы ей помогли с Уллой.
Девушка улыбнулась. Это была Эмбер, прабабушка Энни. Молодая и прекрасная. И я вдруг почувствовала, что как только закончится битва, Эван обретет покой, выйдя из пленения мира Клодии. Ему более не нужно было пытаться выжить после смерти здесь. И я подумала, что и я, может быть, обрету покой.
 
POV Элеонора
— Как так получилось, что ты вернулась? — спросила Энни, подойдя ко мне.
— Я не могла допустить смерти кого-либо из вас. — ответила я, — Дарсия не выходила со мной на связь. Смерть тоже. Я не знала, должна ли… но я здесь. Может быть это значит, что что-то во мне еще осталось хорошего.
— Ты же знаешь, что я никогда не прощу тебя за предательство?
— Знаю. И я никогда не смогу вымолить этого прощения. Я могла бы стараться стать лучше. Но зачем, если мне осталось немного? Я уйду, Энни. Как только кончится битва, я оставлю вас. И никогда не вернусь.
  
POV Дарсия
Я оказалась не в состоянии ждать битвы. Мое мироощущение сыграло важную роль в том, чтобы на секунду отвести взгляд в сторону.
Небольшая поляна в лесу, где много травы и течет маленькая речушка, которая в итоге составляет из себя маленькое озеро, успокоили меня. Смерть появилась именно тогда, когда я ее и ждала.
— За что им все это? — спросила я.
— Твои ошибки не могли пройти мимо. — ответила она.
— Ты знаешь, чья она дочь.
— Он не знает, однако. Но знаешь, что хуже всего? Вчетвером они могут уничтожить мир. Поэтому, если хоть кто-то из них сегодня погибнет, тогда мир не под такой угрозой. Ты породила демона, который может уничтожить и меня. Она — Смерть. Бледный конь был в пути к ней, но остановился. Я его уничтожила.
— Сама создала, сама и порубила на кусочки. В твоем стиле.
— Репертуар меняется только у музыкантов. Я — Смерть, у меня одно направление. Моя Карта, чтоб ты знала, — Кинга Жизни.
— Не может быть… — я была в шоке. Меня охватило оцепенение. — Тони снял печать, не так ли?
— Агнец снял их давным-давно. Тони лишь доделал это за него. Две тысячи лет я пыталась сдерживать это, но Карта гуляла по мирам и оказалась в руках у Джереми и ему подобным, у вампиров.
— Так Герман, Джереми, Калипсо и Питер — Всадники?
— Не совсем так. Питер — да. Но Калипсо и Герман были лишь пешками в этой игре истории, а Джереми пешкой пешек.
— О нет…
Я не знала, что такое возможно, но упала в обморок, хотя и была сама мертва. Меня накрыла Тьма, хотя и ненадолго.
  
POV Питер
Мы вышли в самую середину. Враги стояли напротив нас. Мне оставалось лишь дать команду. И я это сделал:
— Вперед! — крикнул я.
  
POV Калипсо
Внутри меня всю ломало. Я не знала, что делать. Битва началась, и, казалось, Врата открылись тоже. Не успела я сдвинуться с места, как ко мне подошла Этра и заставила проглотить содержимое пузырька, который она держала в руках.
— Лучше тебе уйти одной из первых, — произнесла она.
В ту же минуту мне стало намного легче. Зло начало отступать из глубин моей души, и я начала терять сознание.
— Скажи ему, что я люблю его, — еле произнесла я.
— Конечно, он тоже тебя любит. Возможно, он где-то здесь.
А потом к нам подбежал он. Август вырос очень быстро, а я даже не успела увидеть его взросление.
— Пока еще не поздно, познакомься с отцом, — продолжила я.
Август взял меня за руку, и я совсем провалилась в сон. Когда я открыла глаза, мы с ним оказались где-то на берегу. Там же стояла маленькая лодка.
— Что это за место? — спросила я.
Но мой сын молчал. Он лишь взял меня за руку и проводил к этой маленькой лодочке. Ему было тяжело вот так прощаться со мной и тогда я поняла, что происходит. Мне даже не пришлось принимать участие в битве, чтобы победить. Я уже и так победила.
— До встречи, Калипсо, — произнес он. Но мое имя звучало как слово «мама», которое он не мог произнести. Я ему улыбнулась, села в лодку, и он ее двинул вперед.
Лодка поплыла медленно, в неизвестность. Потом Август растворился в воздухе, а я увидела Белый Свет.
  
POV Сьюзен
Этра начала нападать на меня, но я отмахнулась.
— Остановись же! — воскликнула она. Но я даже не думала. Проиграть мы не могли.
— Вам не победить! — кричала я в схватке.
— Просто подумай, в чем проблема, Сьюзен! — тогда мы обе остановились, пока она продолжила говорить, — Если бы не он, ты бы никогда не стала такой. Джереми тебя очернил, но ты можешь стать хорошей. Перейди на сторону добра и все закончится. Я обещаю.
— Вы всегда так говорите.
— Но я же перешла на эту сторону. И не исчезла в небытие. Мое прошлое всегда со мной, от этого мне не легче.
Но я не стала ее слушать и поднялась на нагорье, зайдя в пещеру. Но я слышала, что, вздохнув, Этра произнесла:
— Только не это…
 
POV Герман
Земля подо мной начала проваливаться. Как я и думал, в этот момент Кэтрин начала открывать Врата Ада и все начало пошатываться. Моей злости не было предела. Калипсо уже убили. Джереми стоял столбом. Сьюзен сражалась храбро против многих наших врагов, хотя ни одного так и не убила. Питер же стоял и наблюдал за всем этим.
На него пока никто не решился напасть. Поэтому я решил его поторопить. Но стоило мне сделать шаг вперед, как земля начала подо мной рассыпаться дальше.
— Джереми, помоги мне! — крикнул я ему. Я боялся провалиться, но Уолтерс не сделал ни шагу ко мне.
— Нет, — сказал он и покачал головой. А потом снял с себя свой наряд, оставшись в обычной одежде. Он взял скипетр, который только что положил на землю, снова в руки. — Лучше уйти по собственной воле, чем предать Энни и остальных.
Он стукнул скипетром по земле, и я провалился в огонь.
  
POV Эмбер
— Не пора? — спросил меня Тоби.
— Еще нет, солнце не заходит. Это случится не раньше, чем через пару часов.
— Слишком долго, Эмбер.
— Мы продержимся.
А потом я убила одного из врагов.
  
POV Джереми
Энни увидела меня и направилась ко мне. У меня перехватило дыхание, я не мог сдвинуться с места.
— Дай мне руку! — крикнула она мне. — Пока сам не провалился.
— Я не провалюсь, у меня есть возможность уйти иначе, чем Герман, — ответил я.
— Но ты можешь снова жить. Подумай об Августе. Он уже лишился Калипсо.
— Мы не лучшие родители для него, Энни. К тому же он уже вырос. И не нуждается ни в ней, ни во мне. Держи! — я кинул ей камень, который поглощает души. — Забери меня туда.
— Я не хочу.
— А я и не спрашиваю. Сделай это…
Я видел, как она не хотела этого делать. Однажды она уже убила меня. Но теперь я не был злым. И хотел этого сам. Поэтому она протянула камень по направлению ко мне и меня засосало внутрь.
Когда я открыл глаза, то оказался дома. Я сидел на полу и что-то рассматривал. Я даже не обратил внимание что это и сколько мне было лет.
Когда я вышел на кухню, то увидел на календаре число. 31 октября 1932 года. Хэллоуин. Я не сразу сообразил, что происходит. А потом увидел маму.
— Милый, пора переодеваться к празднику. — объявила она, — Скоро придут все твои друзья и вы пойдете по домам собирать конфеты.
Она улыбнулась, я ее обнял. И наконец почувствовал легкость. И увидел Белый Свет.
  
POV Чендлер
Я ждал, когда наконец настанет и моя очередь сражаться. Но ни один из врагов не нападал. Потом какой-то вампир начал играть в игры. В какую бы сторону я ни начал ловить его, он двигался туда же. А потом он перехватил меня и взял за шею. Он улыбался и этот оскал меня напугал до чертиков.
Тогда же неведомая мне сила убрала его, сломав ему шею. Он упал, но замертво или нет, я так и не понял. Потом я убежал куда подальше и только чуть позже до меня дошло.
Тайлер. Он неведомым образом, даже пока Этра его не позвала, был здесь. Он спас меня. И я проникся этим, пообещав себе, что верну его.
  
POV Ноа
Врата начали отворяться. Демоны начали вываливаться и полетели на врагов как пчелы на мед. Я и Остин выходили вместе с Аидом. Персефона же мгновенно напала на одно непонятное даже мне существо.
— Спасибо, Кэтрин, — поблагодарил Аид и вручил ей еще один Кинжал, но он был не таким, как тот, что были нам известны. Он был красным.
— Что это? — спросила она.
— Скоро узнаешь, — ответил он. И наконец началась настоящая битва. Демоны были на свободе. Осталось только дождаться Ангелов и Богов. А зависело это от Тайлера, который ждал знака от Этры.
  
POV Шон
Один из вампиров нарвался на меня, оказавшись одним из первых погибших в битве. Мне жутко хотелось убить Питера и я нацелился на него.
«Куда бы ты ни целился, стрела поразит зло», — сказала Этра. И она была права. Потому что стрела попала ему в руку. Непонятное свечение раздалось за ним. И оно не предвещало ничего хорошего. Когда он начал искать глазами, кто в него выстрелил, я спрятался.
Но до меня начали доходить неутешительные мысли о том, кем мог быть Питер.
  
POV Тони
Стражи ждали. Невозможно было представить, как им хотелось открыть Белые Врата, и пуститься в бой. Однако Этра так и не подавала Тайлеру знаков.
— Может быть нам самим спуститься? — предложил я.
— Ты знаешь, что мы пока не можем. Нам нужна она, — ответил один из Стражей.
И я согласился подождать. Но будущее было уже недалеко от нас.
  
POV Анна
Я даже не могла представить, насколько сложно быть человеком. Я не могла пойти на эту битву. Несправедливо было то, что Шон там оказался, а я нет. Джефф, к слову, остался со мной. Его оставили со мной как охранника. Мало ли, вдруг кому-то придет в голову напасть на дом.
Тогда я взяла кочергу и стала тренироваться. Все-таки, пара лет в Подземном Царстве не дались мне так легко, как это казалось.
— Что ты делаешь? — спросил Джефф, увидев меня.
— Показываю мастерство, которым владею. — ответила я. — В конце концов, я могу быть полезна на битве.
— Ты человек.
— Это дискриминация смертных, — парировала я.
— Я тоже скоро стану ради тебя.
— Но пока что ты не человек. Поэтому давай, вызывай Кэтрин, и мы отправимся сражаться.
— Здесь не только мы с тобой. С нами еще Ксавье.
И тогда я обратила внимание на француза, который не знал ни слова по-французски, зато бегло говорил на китайском. И тогда я подумала, зачем так сложно жить, когда можно было все упростить. Впрочем, именно этим сейчас и занималась Энни.
— Надеюсь, что ты будешь в порядке, — прошептала я.
 
POV Джек
— Нам пора звать его, Этра! — воскликнул я, найдя подругу в драке с одним очень старым вампиром. То есть, он реально был стариком.
— Я немного занята, как видишь, — ответила она.
— В бой! — крикнул Каспер, который уже успел убить достаточно врагов, а теперь целился на Питера. У него не было Кинжала, и я знал этот исход событий. А потому, намеревался обратить все иначе.
Я побежал на перекресток Касперу, чтобы все вышло иначе. Ведь тогда никто не погибнет. Но не успел. Питер выстрелил из своего скипетра и Каспер пропал в воздухе. Его просто не стало.
Это заметила Энни. Она остановилась на миг и не могла поверить глазам. Она в очередной раз кого-то потеряла. И упала на колени. Питер оскалился, увидев это. В следующий миг он нацелился на Энни, а ее саму уже и так сталкивали другие. Она пыталась бороться, но я сообразил вовремя и напал на Питера.
Так как я был Личем, то должен был быть сильнее, но я не ощущал этого в себе. И только лишь когда его скипетр был сломан мной, я почувствовал, как его силы утихают. Но это был не конец. Это было лишь начало. Начало конца.
  
POV Ким
Сьюзен напала на Августа, но я не могла позволить ей убить его. Но злодейка выкрутилась и напала на меня.
  
POV Вселенная
Мир изнутри Питера рушился. Я перестала чувствовать себя в безопасности, ведь чем слабее он становился, тем темнее было для меня. Я хотела покинуть его тело, но не могла. Мы были одним целым.
  
POV Август
Ким боролась со Сьюзен. Этра пыталась найти ее в пещере, но не заметила, что она уже вырвалась, поскольку сражалась с другими. Джек пытался ее попросить вызвать Тайлера. И вот этот момент наставал.
 
POV Нейтан
Я вырвал Сьюзен из рук Августа и Ким, и мы спрятались за пещерой. Там я протянул ей кое-что. Это был один из Кинжалов.
— Откуда он у тебя? — спросила она удивленно.
— Ты же знаешь, что я на все пойду ради тебя, — ответил я, — а потому, прошу тебя сделать то, что для тебя будет самым сложным. Ты только услугу окажешь мне.
— О чем ты?
— Убей Питера. Они выиграют, но ненадолго. Мы с тобой рождены для больших дел, Сьюзен. Питер будет нам лишь мешать вместе со Вселенной.
Она улыбнулась и поцеловала меня. Но в ее мыслях была каша. Она и так сомневалась в том, что Питер нам нужен. И, кажется, у нее начала просыпаться… совесть? Нет, исключено. Мы злодеи. У нас не бывает чувств.
— Вперед, покажи им класс, — произнес я и она убежала. Я же оставался здесь, потом зашел в пещеру и ждал конца битвы.
  
POV Марта
Новостей еще не было, поэтому я позвонила Эдит и Греггу, вызвав еще и Эйсу. Вместе мы направились в церковь к Бену. Тот уже готовился и сам к худшему, но молился, хотя и понимал, что это не имеет значения. Ведь кем бы ни был Бог, он ему вряд ли ответит.
Мы сели рядом с ним и тоже стали молиться. Потом в церковь вошли Анна и Джефф, за ними позади кое-как плелся Ксавье.
— Молитесь? — спросила она с неким отвращением. — В нашей-то ситуации… Я бы на вашем месте поспала.
— Разве тебе не страшно? — спросила я.
— Конечно же страшно… Кто не боится потерять самых дорогих людей? — она всхлипнула, — Но эти ваши молитвы ничем не помогут.
— И что ты предлагаешь?
— Просто сидеть и ждать. Иного выхода у нас нет.
  
POV Улла
Мы сидели с Фионой на кухне и пили чай. Невзначай она спросила:
— Как думаешь, все пройдет хорошо?
— О чем ты? — переспросила я, недоумевая.
— Битва. Чем она закончится…
— Она прямо сейчас?
— Ты не знала?
— Ты мне не сказала. Боже, Фиона! Ты специально?!
— Иначе бы ты пошла туда. А тебя потерять я не готова.
— Как и я не готова снова лишиться Виолетты.
— Она Вайлет! Успокойся уже, сестра! Оглянись вокруг. Все изменилось. Ни ты, ни я не постарели, но мир изменился. И Виолетта в этой жизни Вайлет. Стивен с ней, но изменилась форма, изменилась личность.
Я не стала слушать ее и ушла.
 
POV Фиона
— Ушла сестричка? — спросила меня Смерть, которая появилась, как и всегда, из ниоткуда.
— Зачем ты здесь?
— Сказать, что скоро все кончится. Наконец, Этра раскачается и позовет Тайлера для отбития в гонг, и Боги начнут падать с неба вместе со Стражами и Ангелами. Они могут победить, потому что теперь ясно, каким будет конец.
— Что случилось?
— Каспер погиб. Случится так, как все мы и думали.
Тогда я поставила стакан на стол и сказала:
— Отправь меня туда.
— Будет сделано, — произнесла Смерть с улыбкой.
  
POV Карен
Я проснулась, но никого не увидела в доме. Когда увидела записку от Анны, то сразу отправилась в церковь.
— Детка, ты уже проснулась, — произнесла она, обняв меня.
— Почему вы все здесь? — спросила я.
— Мы надеемся и ждем лучшего исхода, — ответила она, и взяла мою руку в свою, — Все будет хорошо. Вот увидишь, скоро они вернутся.
  
POV Ник
Если бы мне когда-то давно сказали, что все страшилки и истории о призраках — правда, то я бы посмеялся им в лицо. Но вот я стою перед Стражами, что защищают миры. Передо мной Боги, и их много.
— Сабрина не торопится, — произнес я.
— Ей нужно время, — ответил на это Тони.
— Энни и остальные ждут поддержки.
— Мы не можем начать без нее. — сказал один из Стражей.
И я покорно ждал тоже, когда наконец она окажется среди нас.
  
POV Оливер
Я открыл глаза на судне корабля. Вода не качала его, но волны плескались друг о друга.
У руля стоял юноша. Его кожа была золотистой, а глаза серыми, но очень яркими и притягивали. Он улыбнулся ко мне и подошел. Только в этот момент я заметил, что одет так, будто сейчас был восемнадцатый век. Рубашка, штаны, сапоги. Но пиратской шляпы не было, как ни странно.
— Что я здесь делаю? — спросил я.
— Стивен об этом позаботился. Я давно искал кого-то, кто может занять моё место.
— Но кто ты?
— Я Посейдон. К твоим услугам, — и он поклонился, — и сегодня мой последний день. Точнее, последние минуты. В бой ты ворвешься уже хозяином Летучего Голландца.
— Когда Стивен успел договориться с тобой?
— Не важно. Он решил, что лучше ты будешь жить так, чем уйдешь, так и не узнав его. Или… Ты ведь знаешь, чем все кончится.
— Увы, знаю.
— Может быть это его подарок на прощание. В любом случае, ты с ним увидишься, в каком бы мире он ни был. А мне пора, Оливер. Я ухожу.
Я не успел сообразить, как Посейдон исчез. Белый Свет ослепил и меня, а потом я стоял на корабле один. Дальше я все-таки подошел к рулю, взялся за него и начал думать, как им управлять.
Через несколько минут я уже начинал все понимать, а потом произнес:
— Ну что же, поехали.
 
POV Кэтрин
Зеленый Свет показался мне в небе. Мой Кинжал тоже засветился, как и те, что были у Этры. Мы с ней переглянулись и поняли, что что-то происходит.
— Не пора ли? — спросила я ее.
— Думаю, что время пришло. Да, я сделаю это, но сначала дождемся, когда перестанет мигать эта зеленая лампочка в небе. Иначе может произойти непоправимое.
  
POV Эдит
Я пересела к Анне, пока Грегг и Джефф разговаривали где-то чуть подальше.
— Милая, — обратилась я к Карен, — пойди к Бену, он может дать тебе сласти.
Девочка побежала к парню, а Анна пыталась понять, что мне от нее нужно.
— Ты сбагрила ребенка к тому, кто слова связать не может, кроме как читать молитвы. — произнесла она, — Какие ему сласти, он же не знает, что это такое.
— Это был лишь предлог, — сказала я. — У меня есть разговор.
— Так, продолжай.
— Сабрина сделала зелье, чтобы Грегг смог со мной остаться на ближайшие полвека. Я ведь молода снова, а он уже старик. Как-то нечестно, не считаешь?
— И? Подсыпь ему.
— Он будет обижен.
— Мужчины по жизни неженки, Эдит. В мое время они были более сильными… Хотя, знаешь. Нет. Не были.
— Ты ровесница моей бабушки.
— Ну спасибо тебе.
— Я о том, что я знаю, какими примерно были мужчины того времени. Грегг из моего. Но так как мы все здесь вместе, может подскажешь, что мне делать?
— Поговори с ним. Объясни свои чувства по поводу его старения. Расскажи, что ты хочешь от этой жизни. Скажи ему, что без него не видишь будущего. Ему много лет, но не больше, чем мне. Или не больше, чем той мадам, — сказала Анна, увидев Уллу.
Та подошла ближе и спросила:
— Почему вы не предупредили?
— Забыли кинуть тебе на почту письмо. Тема: битва добра и зла. Сообщение: Улла, не придешь сегодня умереть? Мы тебя ждем.
— Хватит шутить.
— Хватит нервы мне портить. Кем бы ты ни была мне, ты не сделаешь ничего плохого Энни или Вайлет.
— Виолетта — моя сестра.
— А для меня Вайлет — двоюродная правнучка, так что иди отсюда, Икеа. У нас и так полно мебели в доме.
Уллу это, безусловно, оскорбило. Она не сдержалась и ушла.
— Икеа? Серьезно?
— Ее так назвала Клодия, и одно пошло за другим.
— Не расизм ли?
— Она древняя.
— Эйджизм.
— Слушай, в нашем мире это не имеет значения. Она же выглядит лучше нас обеих вместе взятых. Посмотри на это идеальное лицо. Джейн Фонда завидует и нервно курит в сторонке.
  
POV Грегг
— Как мне сделать это? — спросил Джефф, показывая мне кольцо своей матушки из Англии.
— Анна не отвергнет тебя, — сказал я ему с уверенностью.
— И когда я смогу это сделать?
— Лучше дождись момента после того, как битва кончится и все мертвые будут оплаканы до конца.
Джефф согласился с этой идеей.
 
POV Элайджа
— Этра, пора, — сказал я, а потом она отошла чуть дальше. И наконец, чудо начало совершаться.
  
POV Этра
Я достала колокольчик и начала звенеть им так, как могла. Но громкость была будто изначально установлена в нем. И поэтому его звонкость доносилась в самые дальние углы Института.
Мы, казалось, проигрывали. Но стоило мне наконец применить оружие, как все начало меняться. Но не сразу, потому что главная роль досталась Сабрине.
Пыль попадала в глаза, но я все стояла и стояла, звеня. Вдруг, я почувствовала, как на меня капает дождь.
— Сабрина, прошу, сделай то, что собираешься, — произнесла я.
  
POV Сабрина
Наконец, я дождалась закатного часа. Солнце начало садиться, поэтому я взяла пузырек в руки и открыла его. Когда я выпила его содержимое, то сразу же отключилась. Меня накрыла Тьма.
  
Сознание меня настигло в бесконечно белом пространстве. А ко мне подходили бледнокожие люди, с глазами разного цвета, но их волосы, брови и ресницы тоже были белыми. Они напомнили мне альбиносов. Впрочем, они ими и были.
— Мы ждали тебя, — сказал один из них. Он был чем-то похож на Августа. И вдруг я поняла. Все Ангелы так и выглядят.
— Зачем? — спросила я.
— Время победить Питера, — ответил Тони, который шел вместе с Ником и Стражами. Позади них я увидела дверь.
Где-то послышался звон колокольчика, и я поняла, что происходит. Этра зовет Тайлера, чтобы тот открыл Врата для всех.
Вдруг мой взгляд упал на мое одеяние. Я была вся в белом, волосы мои были белыми, но ресницы, насколько я еще могла различить, остались черными. Разве что стали чуть светлее.
— Ты теперь Ангел, Сабрина. — сказал Ник.
— Но почему?
— Ты достойна этого, — ответил Тони, — Ты была рождена, чтобы стать Ангелом. Умри ты раньше, все равно бы им стала. Твоя душа была изначально не человеческая. Ты не помнишь, но до рождения в этом теле ты была одним из Падших, но в итоге перешла на сторону добра. Правда, твое прошлое отразилось и в этой жизни, поэтому долгое время ты себя позиционировала как злодейку. Плюс ко всему, это был твой выбор.
— Так я теперь навсегда останусь здесь?
— Нет, не останешься. — сказал Ник, — Ты сможешь менять свою внешность обратно, когда захочешь, и сможешь жить в мире живых. Остаться там, с Шоном. Он теперь тоже бессмертен.
— Этра сделала это?
— Она дала ему Арбалет, созданный специально для него. Но мы не можем стоять и говорить. Нам пора. Тайлер вот-вот откроет Врата.
  
POV Тайлер
Наконец, до меня дошел звон колокольчика.
С минуту подумав, что это знак (а что же еще), я начал подниматься и взял в руки молот. Он не был для меня тяжелым, но дойти с ним к гонгу составляло некоторых усилий. Ведь я не был Тором, я всего лишь его наследник.
Первый раз я ударил по гонгу не так сильно, но удар пришелся громким. Потом был второй удар, и я услышал раскаты грома над городом. Одна из молний попала в меня, но я не упал, а наоборот зарядился силой. Молот больше не был для меня даже массивным в весе, а держался в руках легко, как пушинка. И тогда я ударил в третий раз, и все молнии ударили в меня.
Я становился сильнее и чувствовал эту нарастающую силу. Внезапно, я оказался на поле боя. До этого мои силы не позволяли мне перемещаться физически, но теперь я был там, и видел, как один из вампиров нападает на Энни. Тогда же я наступил на землю ногой и случилось землетрясение. Молнии начали крушить врагов, а одну из них я взял в руки, как если бы был Зевсом, и кинул обратно в небо.
И вот он, час расплаты для Питера. С неба начали падать Ангелы, а вместе с ними и Боги.
Энни лишь произнесла:
— Тайлер…
Я отодвинул ее рукой на расстоянии, чтобы с ней ничего не случилось. Она не могла поверить своим глазам, а я, почему-то, видел это все с ее стороны тоже. Для нее я был словно иллюзия.
 
POV Энни
Вдруг солнце засветило ярко, но Тайлер уже исчез из моего поля зрения. Стоило мне встать на ноги, как появился Шон, чтобы удостовериться, в порядке ли я.
По небу вдруг поплыл корабль. Летучий Голландец, с хозяином на борту. А с нагорья мы увидели толпу. А предводителем их была Сабрина, в руках которой был посох. В этот момент она очень сильно напоминала мне Гэндальфа, а Шон смотрел на нее во все глаза и был будто бы горд.
От нее исходило необычное сияние, которого не передать словами.
— Она Ангел, — произнес Шон.
Я глянула на него и произнесла:
— Да, ты прав.
Позади нее стояли Ник и Тони. Я улыбнулась последнему, и он сделал то же самое. Наконец, к нам подбежал Джек, который объяснил, что Питер ищет его по полю боя, но найти не может, поскольку скипетра у него нет, а без него он бессилен.
— Тогда нам нужно начать наступление, — произнесла Сабрина.
Ее голос был намного увереннее, чем когда-либо и более красивым по звучанию. Они вдруг толпой, вместе с призраками, пошли на наших врагов. Но это был не конец. Потому что он случился несколькими минутами позднее.
  
POV Клодия
Марк и Джинджер стояли и что-то читали. Заклинание, однако, не сработало.
Сабрина подошла к ним и пыталась выхватить из рук Марка книгу, и она успела ее уничтожить. Но неожиданно вместе с книгой исчез и он сам. Джинджер повернулась ко мне и увидела меня. В моих руках была коса, как у Смерти.
Это было последнее, что видела моя сестра. Я отрубила ей голову, и тело ее упало. Тогда же я услышала хлопок. Первая часть зла была уничтожена вместе с ними обоими.
Я постояла еще несколько секунд, обдумывая совершенное, а потом зашагала прочь.
  
POV Вайлет
— Отбери у нее Кинжал, — попросила я Стивена, когда мы обратили внимание на то, что солнце начинает садиться. Камень, куда надо было воткнуть Кинжал, находился немного дальше нас, но мы должны были успеть справиться со всем.
Стивен побежал к сражающимся Эмбер и Тоби, и выхватил из ее ремня Кинжал.
— Эй! — крикнула Эмбер, но она не успела отобрать у нас Кинжал.
— Он здесь, — сказал Стивен.
— Я должна это сделать, — произнесла я.
— Я верю в тебя, — он поцеловал меня.
В следующую минуту я сделала следующее, к чему шла все эти годы. Кинжал начал светиться еще ярче, чем было до этого, чувствуя приближение солнечных лучей.
Когда я вонзила Кинжал в камень, все обратили на это внимание. Но то, что случилось дальше, не было для меня утешением. Я приняла на себя всю ту боль, что только могла стать моей.
Я упала рядом с камнем, загораясь. Я уже не чувствовала ничего. Стивен подбежал ко мне, взял в свои руки, а сам начал покрываться камнем, смотря мне в глаза. Так я встретила свою смерть, о которой видела видения эти долгие годы.
Зеленый свет был последним, что я видела. Все померкло.
Я помню глаза Стивена. Помню, кем была все эти годы. Помню Энни. Помню маму с папой. Помню, зачем все это сделала.
Тьма.
  
POV Энни
— Нет! Нет! Нет! Нет! — кричала я и повторяла раз за разом.
Не так должно было все это кончиться, думала я. Это же Стивен и Вайлет. Они не должны погибнуть вот так. Неужели этот момент был последним для них?
Вдруг огонь перестал, а со Стивена посыпался песок. Он упал рядом с Вайлет, и они лежали, бездыханные. Тогда же Джек и Ник побежали к ним. Я заметила, что Питер и Сьюзен вышли, чтобы посмотреть, что случилось. Питер радовался.
Но не тут-то было. Сьюзен схватила Питера и поднесла к его горлу Кинжал. Не знаю, один ли из наших или какой еще, но факт был таков.
— Ты этого не сделаешь, — произнес он.
— Ошибаешься, — сказала она, а потом воткнула лезвие в сердце Питера, после чего перерезала ему глотку и оставила истекать кровью. Сама же она, глянув на меня, сбежала.
Тела Стивена и Вайлет поднесли к нам, всем собравшимся около меня. Враги уже бежали, но не долго им оставалось жить. Стоило им выбежать за какой-то круг, как они все исчезли.
Джек проверил пульс у обоих, а потом посмотрел на меня и покачал головой. С моих глаз мгновенно потекли слезы. Сабрина и Этра взяли меня за руки и обняли, а к ним подтянулись все остальные.
Вдруг я увидела где-то далеко исчезающего Тайлера, а за ним исчезли Эван с моей прабабушкой и Ведьма. На этом случился конец, который мы так долго ждали.
Уилл и Аид подошли тоже к их телам. И сказали мне быть сильной.
  
POV Дарсия
Я пришла в себя очень скоро, потому что конец настал. Я чувствовала ее присутствие рядом. А когда повернулась, то встретила ее глазами.
Вселенная абсолютно не понимала, где находится.
— Что я здесь делаю? — спросила она.
— Просто ты наконец здесь. — ответила я.
— И что будет дальше?
— Я просто скажу тебе несколько слов. Из всех трех детей, ни один не стал тем, кем я хотела бы их видеть. Но я прощаю тебя и отпускаю все, что ты сделала.
На ее глазах навернулись слезы. Я положила руки ей на лицо, убирая катившиеся слезы со щек.
Вдруг она сказала:
— Что происходит? Я вижу Белый Свет.
— Это твой покой, милая. Ты его нашла.
И потом она исчезла, скрывшись во вспышке.
  
POV Энни
Следующие несколько дней я помню очень плохо. В Институте состоялись похороны многих, но я настояла на том, чтобы для Стивена и Вайлет они стали чисто символическими.
— Мы останемся здесь, Энни, — произнес Юозас, когда мне сказали, что нам пора домой.
— Я буду скучать, — сказала я, а потом Джек взял меня под руку, и мы пошли вместе.
Вскоре после прибытия, я позвонила родителям. Я не знала, что им сказать, но единственное, что я точно помню, так это первые слова, которые произнесла. Дальше все было как в тумане.
— Мам, пап… у меня плохие новости.
 
Глава 14
Прощай, Витч-Кросс
 
POV Энни
Я помню, как уснула вечером, но не помню, чтобы просыпалась ночью. Бессилие охватило меня с ног до головы, я не могла даже пошевелиться, когда открыла утром глаза. Они смотрели из одной стороны в другую, разглядывая каждую мелочь, какую я могла заметить своим зрением.
В комнату вошла Анна, а потом раздвинула шторы. Я поймала ее взгляд на себе, а она посмотрела на меня сожалеюще. Потом присела на кровать. И я до сих пор не могу вспомнить, что она тогда мне сказала, но это даже не важно, потому что я точно знаю, что она просила меня быть сильной. Но я должна была оставаться в постели, чтобы силы ко мне вернулись.
Наконец, я вспомнила, что было сутки назад. Да. Они погибли. Вместе с ними в этот день погиб и Каспер. А еще, кажется, Джинджер и Марк. Калипсо, Герман, Джереми. Сьюзен убила Питера.
— Сколько времени? — выдавила я из себя, хотя сил говорить тоже не было. В комнате Анны уже не было, там была Кэтрин.
— Почти полдень, — произнесла она и поставила подставку с завтраком на кровать. Я присела, но все вокруг меня кружилось.
Кэтрин смотрела на меня, пытаясь понять, что не так. Я чуть не упала с кровати, так сильно меня кружило. Она подхватила меня, когда я была на краю кровати, и помогла сесть, взбив как следует подушки.
Далее я уже лучше помнила, поскольку поела и у меня прибавилось сил. Кем бы я ни была, во мне было много человеческого, и эмоции, которые сопровождаются с горем, никто не отменял.
— Они приехали? — спросила я.
— Примерно через час будут уже тут. Они вылетели только утром.
— Все готово?
— Они в гостиной. — я подняла голову и посмотрела на Кэтрин, потом она продолжила, — Для Каспера есть надгробие, но земля будет пустой. То есть, там даже никто не копал. Ты сходишь туда?
— Да, я должна одеться. Тайлеру звонили?
— Он тоже в пути. Будет позже твоих родителей, но он будет здесь, Энни. Эйса и Марта освободятся уже через пару часов и приедут. Майа и Фрэнк уже здесь.
Услышав о приезде Майи, я сразу же спустилась вниз, хоть и была в халате. Увидев меня, подруга сразу же встала с дивана и направилась ко мне. Я обняла ее настолько крепко, что почувствовала возвращение своих сил. Возможно, что это не я обнимала ее крепко, а она меня. Может быть, это Майа давала мне силы.
— К сожалению, Кристофер и Кара не смогли приехать. В этом чертовом Лондоне все в тумане, — произнесла она и мы с ней вместе стали плакать. То ли от шутки о Лондоне, то ли потому, что это был самый мрачный день, хотя погода в Чикаго так не думала.
Фрэнк подошел и тоже обнял меня. Я нуждалась в этих людях. Так как я нормально так и не позавтракала, Клодия спустилась с тем самым подносом, а Кэтрин пошла за Эдит и Греггом.
Элизабет и Элайджа пришли тоже очень скоро. Мы обменялись улыбками, и я предложила им сесть в гостиной, немного дальше, где был выход на кухню. Вообще, это было пустое помещение, но сегодня там стояло два дивана, окна была зашторены, а не пьедестале было два гроба, к которым я даже не хотела подходить.
Несколько позже, узнав, что родители уже почти у дома, я пошла и выбрала черное платье, которое мне очень нравилось, но которое я не надевала, ибо повода не было. Повод появился, но не такой торжественный, как бы мне того хотелось.
Дарсия сегодня не появлялась в моем разуме, поскольку и сама куда-то пропала. Кажется, во сне я видела ее в лесу, среди травы, рядом с речушкой или озером. Там она была в белом одеянии, с кем-то прощалась. Потом я поняла, что это было ее воспоминание, тот самый день. Вчера. Она прощалась со Вселенной, которая нашла покой и исчезла в небытие.
Когда наконец родители оказались дома, я их обняла и проводила в этот самый зал. Там, на другом диване, сидели Элизабет и Элайджа, которые тоже не решались пойти к гробу.
Родители сели. Повисло молчание. Я же наконец посмотрела на Вайлет, которая лежала умиротворенной. В ее руках была белая роза, волосы были снова такими, какими были до того, как она их выпрямила за день до битвы.
Стивен лежал в смокинге, а она в черном платье. Умиротворенность в глазах Стивена не оставила мне сомнений, что он дед Анны. И все же, я не могла это никак проверить. От мертвых не получишь ДНК на анализ, да и это как-то некрофилией попахивает.
Анна подошла и встала рядом, произнеся:
— Я нашла фотографию, которую ты мне не отдала.
И тут я вдруг вспомнила о доме бабушки Тони и о том, что это был дом семьи Анны.
— Прости, — протянула я, — совсем вылетело из головы.
— Я не в обиде. Сейчас трудное время. А шведская мебель, заметь, так и не явилась.
— Улла сейчас тоже переживает не лучшие времена. Она ведь снова ее потеряла.
— Да, бедняжка. Но ты пострадала больше. Каспера тоже нет. А ты ведь собиралась жить дальше, так?
К нам подошла Этра.
— Потом договорим, — произнесла Анна и вышла.
— До битвы я сказала Касперу, что хотела бы жить в Массачусетсе. — сказала я Этре.
— А теперь что собираешься делать?
— У меня есть план. Но пусть это будет сюрприз.
Вдруг Элайджа решил завести беседу с моими родителями. Я решила посмотреть, что из этого может выйти.
— Вы ведь родители Энни? — спросил он.
— Да, — ответил папа.
— А я Элизабет, мать Стивена, — произнесла Элизабет.
Взгляды каждого из них переключились на два гроба, которые стояли позади меня и Этры.
— Могу ли я спросить, сколько вам лет? — спросил папа.
— Конечно, — произнесла Элизабет, — я родилась в 1812 году. Мои родители приехали в эту страну незадолго до моего рождения.
— Кем они были?
— Французы. Один из предков был из Турции. Сложная история в моей семье. Но у кого не сложная?
Вдруг к нам вышла Клодия, тихо проговорив мне:
— Как жаль, что Бернардо здесь нет, он бы послушал эту историю.
Я глянула на нее и поняла, к чему та ведет. Бернардо. Вот в чем дело. Но теперь это даже не имело значения. Разве что для меня.
— Пора ехать, — объявил Джек, а я попросила его еще подождать минут пять.
Каждый из нас подошел и попрощался с усопшими. Я же, подойдя к Вайлет, сняла с себя медальон с инициалами У. Х., а затем надела его на сестру. Она была в нем красива. Даже красивее меня. Возможно, таким образом я объявила, что она тоже сестра Уллы. Не знаю. До сих пор я так и не поняла, зачем это сделала.
 Этра сказала:
— Знаешь, есть вероятность, что проклятье снимется спустя время и они вернутся к жизни.
— Но у них не бьется даже сердце. Все кончено, Этра.
 
POV Вайлет
Я открыла глаза где-то на дороге. Вокруг было темно. Ко мне направлялась Виола, которая никак не могла отпустить меня. Но я вдруг поняла, что случилось и почему она здесь.
— Ты сделала это, — произнесла она, — а теперь пора отправляться в путь.
— Я не готова сходить с этого места, пока ты мне не объяснишь, что ты тут делаешь. Я думала, тебя тоже не стало, когда я погибла.
— Я как раз ухожу. Меня ждут.
— Кто?
— Стражи хотят наконец привести тебя в порядок. А это значит, что нам надо взяться за руки.
Девочка подошла ко мне и взяла мои руки в свои. Потом она стала пропадать в воздухе, будто была радиоволнами, а затем совсем исчезла. Когда это случилось, я протерла глаза, но мне не показалось. Ее действительно уже не было. Я осталась одна.
Больше не было Виолетты или Вайлет, не было маленькой Виолы.
Где-то вдалеке я заметила фигуру, она приближалась ко мне. Шаги не прекращались, но я не двигалась с места. Что-то мне подсказывало, что этого человека я знаю очень хорошо.
Стивен улыбался мне, и я, увидев, улыбнулась тоже. Он погиб вместе со мной. Хотя я не понимала, что теперь творится. Что если мы на самом деле живы?
— Это все в моей голове? — спросила я его.
— Возможно, — ответил он, — или еще есть вероятность, что мы живы.
— Не шути так, — произнесла я.
— А кто шутит? — он дразнил меня. Я чувствовала, что что-то не так. Но это не был подвох или что-то вроде этого. Стивен был настоящим и не вызывал никаких подозрений.
Он взял меня за руки, встав на том же месте, где была Виола. А потом мы оказались в каком-то зале. Было темно, но я могла различить на себе красивое платье, розового цвета, и волосы мои здесь были прямыми. Снова.
Я так и не поняла, почему Смерть одела меня в это барахло, поскольку розовый я люто ненавидела. Белый — да, классика, но розовый… Я ведь не на школьный выпускной иду.
Но стоило свету обратиться на меня, как цвет начал меняться. Он словно менялся по настроению или указывая, что возраст меня изменил. Из чего-то нежного, я стала превращаться во что-то более ограненное, несколько грубое, но в то же время сильное и мягкое. Несочетаемое во мне смешалось, и я предстала словно перед публикой в зеленом одеянии. Оно иногда переливалось белым, черным, синим.
А потом в смокинге вышел Стивен. И рояль заиграл сам по себе.
  
POV Стивен
Я подошел к Вайлет и взял ее руки в свои. Мы начали потихоньку двигаться в такт музыке. Моя рука на ее талии, ее на моем плече, и две руки едины. Как обычно.
— Мне так жаль, что мы не танцевали все эти годы, — произнес я.
— Мы это делали, просто иначе, — ответила она.
Заиграла песня Джона МакЛафина «So Close», и тогда мы поймали ритм еще лучше. Наверное, нам с ней хотелось бы оказаться в сказке, где мы были бы принцем и принцессой, победив вместе старую колдунью. Любовь побеждает все, подумал я. Вайлет улыбнулась.
Я начал вдруг видеть ее маленькой Виолой, или просто маленькой Вайлет, которой я спас ее. Я тоже был маленьким мальчиком в этот момент. Потом она стала той Вайлет, которую я встретил позже. Думаю, она видела то же самое обо мне. И мы продолжали все-таки танцевать. Потом передо мной появилась Виолетта, чей взгляд ни на секунду не изменился. Потом мы оказались в том состоянии, в котором были последний год. Спустя секунду я уже увидел ее женщиной в более старшем возрасте, и выглядела она почти как Меган. Но кульминацией для этих перевоплощений была старушка Вайлет. Такая, какой ей никогда не стать, подумал я.
Музыка не кончалась, и вот мы снова в платье и смокинге, продолжаем танцевать и я не верю своим глазам. Мы почти скрылись во тьме, которую свет не мог поглотить.
Вайлет, тем не менее, своей красоты потерять не могла. И я не знаю, сколько мы так танцевали еще. Потому что время перестало иметь для нас значение.
 
POV Энни
Оказалось, справедливым подождать тех, кто еще не простился со Стивеном и Вайлет. Мы остались в гостиной, которая была главной, подальше от усопших.
Дверь в дом была открыта, так что стучаться никому бы не пришлось. Вдруг вошел Эйса, за ним Марта. Но больше всего было неожиданностью наконец увидеть Метателя Молний.
Тайлер спросил:
— Я не опоздал?
Я, услышав его голос, повернулась и встретилась с ним взглядом. Мы смотрели друг на друга, но не сказали ни слова. Я молчала. Он тоже.
Чендлер тоже глянул на него, но потом скрылся за стенкой, пытаясь не попасть Тайлеру на глаза. Я знала, о чем они оба думают. К счастью, я знала, чем для них все закончится. Почему-то я видела во сне, что будет дальше, поэтому мой план на ближайшие два дня был создан сам по себе. Никто другой не мог предугадать мои действия.
Мне нравилась возможность власти надо всеми моими друзьями. Ведь я их шокирую, если скажу, что собираюсь делать. Но так оно и получится.
Наконец, мы двинулись на кладбище. Рэй так и не пришла, остальная больница не была еще в курсе, поскольку все случилось слишком быстро.
Там Бен прочел молитву. Я не сводила глаз с другого надгробия, о котором мне уже сообщили.
Я подошла туда только после процесса похорон.
Каспер Олаф Нильсен
1981 — 2018
Тайлер, к счастью, не видел этого. Иначе бы он стал расспрашивать. Но когда-нибудь он узнает о Каспере и обо всем, что было. И если углубляться в эту тему, то речь идет и о его бессмертии.
— Мне жаль, милая, — произнесла Этра, подойдя ко мне, — все слишком быстро случилось. Ты ведь любила его?
— Я не успела понять. — ответила я.
 
***
Родители и я договорились о том, что я приеду к ним примерно к утру послезавтра. И меня беспокоило, как я скажу всем эту новость лишь до тех пор, пока не поняла, что говорить вовсе не обязательно. Достаточно оставить записку, они ее прочтут и успокоятся.
Я достала из шкафа первый чемодан, второй, третий. Вещей у меня, казалось бы, было не так много, но в то же время эти три чемодана могли сказать обо мне все.
Я начала складывать первый чемодан, как в комнату вошла Кэтрин и заметила то, чем я занимаюсь. Тогда же я обратила внимание на ее взгляд. Она, кажется, поняла сразу, зачем я вытащила чемоданы и кучу вещей.
— Энни… — лишь произнесла она.
— Я знаю, что это может показаться эгоистично, но я не могу остаться здесь, Кэтрин.
— Кто еще знает?
— Родители. Ты. Я уезжаю завтра днем.
Но она не стала меня отговаривать. Я была благодарна Кэтрин, что она не стала ничего говорить, и не пыталась перетянуть мою жизнь сюда насовсем. Я жила в этом городе многие годы, но получила лишь разочарование.
Я просматривала вещи и нашла среди них одну из вещей Вайлет. Ее кольцо. То самое, что ей подарил Стивен, как бы желая жениться на ней.
— Возьми его, — сказала я Кэтрин.
— Нет, Энни, оно должно остаться с тобой. Это ведь ее вещь.
— Но ей она не понадобится. Как и никому из нас, вообще-то. Но ты была ее лучшей подругой, хоть вы и не общались так много в последнее время.
Кэтрин взяла кольцо и глянула на него, а потом обняла меня, и я слышала ее всхлипывания. Она плакала, а за ней начала и я. Потом это заметила Анна, и Кэтрин, услышав ее шаги, оторвалась от меня, мы улыбнулись друг другу, и она ушла.
Анна провожала Кэтрин взглядом непонимания, а потом зашла ко мне, увидела чемоданы и спросила:
— Как это понимать?
— Я собираюсь, Анна, и ты меня не остановишь.
— Ну уж нет, — произнесла она и закрыла чемодан, пока я пыталась туда положить вещи. — Ты не нырнешь в безвестие и не оставишь меня здесь с этими чокнутыми.
— Я в этом нуждаюсь. — я глянула на нее, а затем решила присесть хотя бы на секунду, — Вайлет ушла, а мне здесь и правда нечего делать. Двадцать лет прошли здесь не лучшим образом. Надеюсь, что твоя жизнь будет лучше.
— Ох, Энни… Жизнь никогда не готовит нас к таким случаям. Мы можем научиться жить дальше, приняв то, что случилось. Мои родители так и не простили меня за мой уход. Эмбер простила. Точнее, я думаю, что так и есть. Но я уверена, что это так.
— Эмбер никогда бы не стала злиться на тебя. Она была ребенком и это была твоя жизнь. К тому же, теперь она явно нашла покой, а ты счастлива здесь. Твои родители не злятся на тебя больше, я уверена.
Анна отвела взгляд, все-таки тема перекачивала не туда. И я подумала, что это даже к лучшему. Таким образом, она не станет докучать мне просьбами остаться.
В конце концов, она поднялась и ушла. Но я слышала их разговоры обо мне внизу. Это было как нож в спину, но я заслуживала их желание, чтобы я осталась.
 
POV Анна
— Она не может уйти! — заявила я.
— Может, это ее желание, — сказала Кэтрин.
— Да какая мне разница! Она останется!
— Успокойся, Анна, нам всем нужно остыть, — произнес Джефф.
— Не успокаивай меня! — процедила я сквозь зубы.
Но все же я села, как бы сдаваясь. Ник и Клодия пошли к Энни вместе, но я не знала, что они ей там скажут. Это было прощание. И оно было ужасным для меня. Часть, в которую я так не хотела верить.
В конце концов я легла на диван и закрыла глаза, отправившись в мир грез. Попросив разбудить меня, когда в доме все окажутся адекватными, я заснула.
  
POV Энни
Ник постучался, и я улыбнулась ему. Я так давно не виделась с ним, что не могла налюбоваться на этого юношу. А ведь ему уже было далеко за двадцать.
— Я должен кое-что тебе подарить, — произнес он. Потом достал некий сверток и протянул мне. Я взяла его, раскрыла и увидела Карту Смерти.
— Но это не принадлежит мне, Ник, — произнесла я.
— Теперь принадлежит. Тони так захотел.
Я задержала дыхание, как только услышала это. Я смотрела то на Карту, то на Ника. Потом сложила ее в сверток и положила в чемодан.
— Он вернется? — спросила я.
— Собирается это сделать. Но не сейчас. Ему нужно еще немного времени.
— Интересно, сколько еще, — прошептала я.
— Ему сложно, Энни, — произнес Ник через минуту.
Я оторвалась от чемодана и следующие слова, что я сказала, были:
— Сложно? А мне не сложно, да? Я потеряла его, потом Антона, далее был Джек. Теперь нет и Каспера. А еще я потеряла сестру и ее любимого. Мой сын уехал, а теперь вернулся, но я не думаю, что это надолго! О да, еще я уезжаю и не знаю, сколько меня здесь не будет. Потому что этот город превратил меня в чучело посреди поля и высосал все силы из меня. Когда Треугольника не станет, я только буду рада этому. Была бы моя воля, уничтожила бы сама…
Ник смотрел на меня как школьник, которого только что отчитали. У него были округленные глаза. Такого он явно не ожидал даже от меня. Или, особенно от меня.
В этот момент вошла Клодия и вежливо попросила Ника выйти, а затем обняла меня, произнеся:
— Девочка моя, тебе пришлось нелегко, я понимаю. Но никто не виноват, что Тони так решил.
— Не в его компетенции решать такое, Клодия, — я плакала. В этот вечер я пролью еще больше слез. Оставалось только подождать разговора с Джеком, который выдавит из меня последние слезы.
  
POV Клодия
Я открыла Ящик, но вдруг меня ослепила вспышка света. Я не сразу поняла, что случилось, но меня начало качать из стороны в сторону, будто я теряю равновесие.
— Ник! — прокричала я.
Вдруг я споткнулась и упала, а перед глазами была пелена. Я ничего не видела.
— Кажется, я только что потеряла зрение, — заявила я.
 
***
 — Это дело рук Питера, я уверена, — произнесла Этра. С нами был Плутарх, которого привела Кэтрин. Он тоже решил осмотреть мои глаза.
— Именно так, тут дело в черной магии, — произнес он.
— Спасибо, — произнесла я, — но что мне делать?
— Увы, я не знаю, что тебе может помочь, — сказал Плутарх и сел рядом. — Но мы можем что-нибудь придумать. Я поищу заклинания, которые могут помочь.
— Или, мы можем обратиться к Стражам, — решила Сабрина.
— Да, это выход, — сказала я, — я им почти что родственница, они меня не оттолкнут.
— Ты убила сестру, разве нет? — спросила Сабрина. — Практически братоубийство. Не то, что они нам завещали.
— Чья корова бы мычала, — передразнила я.
— Завтра утром мы придумаем, что делать, — сказала Этра, — а сейчас ложись спать, и все забудется хотя бы на несколько часов.
— Думаю, ты права. — я легла и произнесла, — Дожила, ослепла. Насколько же я стара.
 
 
POV Энни
— Проливаешь слезы и тем не менее до сих пор не бросила собираться? — спросил Джек, стоящий в проходе в комнату. Он так изменился, подумала я. Пальто, похожее на мундир солдата французской войны. Только черная. Взъерошенные волосы, которые стали немного лучше по качеству и темнее. Возможно, это просто возраст. Как бы мы ни перестали стареть, возраст все равно сказывался на нас. Глаза выдавали его.
— Я должна уехать, Джек, — произнесла я и присела на кровать.
— Знаю, и уедешь, — он положил руку мне на плечо. Я глянула на него, — Я не тот, кто станет тебя держать. Мой план провалился и в итоге Вайлет погибла.
— Какой план?
— Это уже не важно. Я хотел вас всех спасти, а в итоге все случилось так, как и должно было.
— Ох, Джек, — я обняла его, а потом положила голову на плечо. — Ты единственный, кто остался со мной с того времени. Помнишь самое начало? Только я и ты. Только Макс и Стивен. Только Джереми. А где-то за занавесом Герман. Но вот остались только мы с тобой. И Макс. А скоро не останется никого.
— Потому что я Лич, ты уезжаешь, а Макс и Хлоя уйдут с Альянсом.
— Откуда такая информация?
— Я знаю будущее.
— И какое же оно?
— Ты уедешь, и это только начало. Тони вернется, — я взглянула на Джека, — Да, он вернется, Энни. Потом у вас родится девочка, вы ее назовете Эбби. Вы проживете вместе очень долго, а потом окажется, что ты его переживешь. Ты проживешь двести семь лет, Энни. И умрешь 31 октября 2188 года. — я снова взглянула, а Джек улыбнулся, — Она придет за тобой сама.
— Этра сказала, что может быть проклятье сойдет само спустя время и они оживут.
— Все возможно. Но я в этом не уверен. Я видел будущее. А после того, что случилось, оно неизменно.
Мы помолчали с минуту, потом Джек произнес:
— Ты не плохая мать, Энни. Ты сделала все так, как смогла. Нет уроков профессионального воспитания, это глупость. Они и так выросли прекрасными.
— Но как мне жить дальше, не видя их каждый день?
— Ты могла бы остаться здесь, но… ты уезжаешь. И это правильно. Они уже отпустили тебя, хотя ты их даже не спросила. Так отпусти же их и ты.
— Тайлер мне ближе всех. Хотя я его не родила. И это нечестно по отношению к Эмбер.
— Наша дочь состоит из плоти и крови нас самих. Но она тоже человек. И тоже другая, как и все вокруг. С ней все будет в порядке. Я знаю, почему ты так беспокоишься за Тайлера. Ты это делала и раньше. Когда мы с тобой жертвовали собой, ты нашла ему Чендлера, потому что видела и понимала его страдания о Шоне, к тому же, он уже однажды потерял родителей. Ты не хотела допустить этого снова.
— Возможно, ты прав. — я встала, убрала чемоданы с кровати.
Джек достал что-то из кармана и протянул мне. Я увидела кольцо. Он протянул его мне и положил в руку.
— Это ее кольцо, которое ей подарил когда-то я. Одно ты уже отдала Кэтрин, но что-то должно остаться и с тобой.
— Но ведь это твое воспоминание. И ко мне оно никак не относится.
— Знаю. От того и отдаю тебе. Ты единственная, кто может понять, как было тогда, когда я и она были вместе. Ты присматривала за нами. Ты была нашим ангелом-хранителем. Помнишь, Стивен увидел тебя однажды, пока был в Чистилище? Ты была Ангелом. Может быть, ты как Сабрина?
— Скажешь еще, — произнесла я и улыбнулась. Мне нравилось думать, что я значу много для Джека, и столько же значила для Вайлет.
Чемоданы оказались на полу, а я подошла к Джеку и помогла ему снять его пальто.
— Останешься со мной на ночь? — спросила я.
Он посмотрел на меня и улыбнулся своими грустными глазами. Пальто полетело на стул и пролежало там до утра.
Мы легли вместе в кровать, я уткнулась лицом ему в грудь, а он обнял меня. Мне хотелось плакать, и я начала всхлипывать, то же самое было и с Джеком. Я держала кольцо и думала о Вайлет. Только о ней.
Потом я заснула. Но во сне я ничего не увидела. Это было впервые за многие годы.
Впервые я просто провалилась в темноту, но снова оказалась в объятиях Джека, которые значили для меня так много.
 
***
Посреди ночи я проснулась. Джек тихо посапывал на кровати, от него веяло теплом. Личи, подумала я, не такие уж холодные. Смерть тоже была теплой, насколько я помню. Надо же, иронично.
В одной из комнат (несмотря на свое прекрасно зрение, я все-таки не поняла, была это Библиотека или нет) сидела Этра. Два кресла стояли у камина, и она просто смотрела в огонь. Ей нравилось так сидеть и о чем-то думать.
— О чем думаешь? — спросила я, сев на кресло напротив подруги.
— О многом. Кажется, только вчера я ворвалась в ваши жизни. Я дала тебе и Джеку Кинжалы, не собираясь задерживаться здесь. А потом все закрутилось, и я осталась. Надо же…
— Я тоже не планировала жить так, как прожила. Анна сказала, что не все подвластно нам. Я с ней согласна.
— Скажи мне, она здесь?
Я поняла, о ком шла речь. Как ни странно, но Дарсия оказалась по правую руку от меня. Я глянула на нее, и она кивнула мне.
— Да, — произнесла я.
— Оставишь нас на секунду?
— Конечно.
Я встала с кресла и положила Этре руку на плечо. Она положила свою руку на мою, мы улыбнулись друг другу, и я ушла.
Когда я вернулась в комнату, Джек открыл глаза и спросил:
— Где ты была?
— Отходила на секунду.
Я потушила последнюю свечу, что Джек, видимо, зажег уже когда я спала. Потом я легла снова рядом с ним и мы обнялись. Тысячи и миллионы мыслей переплетались в моей голове. Но самые явственные вырвались из моих уст.
— Я скучала по тебе, — произнесла я.
— И я, — подхватил Джек.
— Я люблю тебя, — снова произнесла я.
А Джек ответил:
— Я тоже.
Он поцеловал меня в лоб, я подняла на него глаза, а потом поцеловала в губы. Это был наш последний с ним поцелуй. Я помню его так, будто он был вчера. До сих пор меня не отпускает это ощущение тепла и уюта рядом с ним. Так не было даже с Тони, хотя с ним мне и предстояло прожить всю жизнь. Но с ним я была холодна. И холодность эта распространялась на всех, не только на него. Но думая о Джеке я возвращалась в то тепло, что чувствовало мое сердце. Думая о Каспере, я будто возвращалась в детство. Об Антоне я даже не вспоминала.
После следующего утра я больше никогда не увижу Джека, пока не умру. Но и тогда мне придется ждать его еще восемь веков, пока он не отработает свою службу Смерти.
До конца жизни я еще несколько раз встречусь с некоторыми из моих друзей, но некоторых я и вовсе не увижу. И потом мне было странно об этом думать.
И я снова провалилась в глубокое состояние, но снов не увидела.
  
POV Этра
Я не видела ее еще несколько секунд, а потом я почувствовала, что кто-то присел на кресло напротив меня. И она появилась. Светлые волосы, светлые глаза, красивая улыбка с небольшими ямочками на щеках, светлая кожа, несколько длинные ногти, будто она ходила на маникюр (ну, а вдруг, подумала я, хотя и мертвая, следить-то надо за собой). На ней было белое в тон платье, покрывающее ее руки и ноги. Почти такое же одеяние у Ангелов, и, в том числе, у Сабрины.
— Ты ведь знала, чем все закончится? — спросила я.
— Конечно, знала, — ответила она, — Эта история не могла закончиться хорошо. Поэтому я и стала частью разума Энни, не только, чтобы выжить самой, но, и чтобы спасти ее. Если бы меня не было, у Каспера бы получилось совершить свой план. Но, вероятно, было бы больше жертв. Или, все стали бы людьми. Или, все бы погибли.
— Значит, ты просто сделала одолжение ей. Я-то думала, ты изменилась.
— Я всегда была такой. Я спасала каждого, кого считала особенным. Кто был предназначен для больших дел. Но Энни просто пострадавшая в этой истории, и ты это знаешь. Ты ведь тоже пострадала.
— Это начал Герман, а закончилось вот чем.
— К сожалению, это не конец, Этра. В ближайшем будущем, вам, кто останется здесь, придется противостоять Нейтану и Сьюзен. Они то, о чем я боялась думать веками. То, что пришло вместе со мной.
Тут я округлила глаза. Я не думала, что это возможно, но решила не паниковать. Вряд ли они наступят так скоро. Им и самим еще следует разобраться во всем. А главное, Энни должна уехать.
— Энни не должна об этом знать, — произнесла я, озвучивая очередную свою мысль.
— Она не узнает. Я сделаю все, чтобы этого не случилось.
— Ты уходишь с ней?
— Да. Она проживет долгую и счастливую жизнь с Тони, у них будут дети. За счет меня и зелий, что ей будет варить Сабрина, она проживет чуть больше двухсот лет. Этот вердикт она и сама уже знает. Джек ей поведал о ее будущем. Возможно, она его забудет уже утром. Но она знает, а это главное. И я постараюсь, чтобы она не вляпалась в эту историю, а спокойно довела родителей до гроба в ближайшие десять-пятнадцать лет. После она будет недолго жить одна. Тони вернется. Должен вернуться.
  
POV Энни
Встав, я сразу же пошла в душ. Горячая вода пробуждала меня быстрее, чем холодная. Последняя только заставляла мое сердце биться быстрее, от чего мне точно не могло стать лучше.
Потом я надела халат, и стала спускаться на кухню, чтобы сделать себе кофе. Джек все еще спал, полностью погрузившись под теплое одеяло.
Поставив кофеварку, я глянула в окно. Там я увидела птицу, кажется, синицу. Она посидела недолго, а потом улетела. В этот же момент кофе было готово, и я отключила прибор.
Спустя пару секунд, под руководством Этры, ко мне вышла Элеонора. Она смотрела на меня примерно с минуту, и я почти не выдержала. Но Элеонора подошла еще чуть ближе, и я перестала двигаться. Даже дышать.
— Я не могу вернуть тебе Вайлет или кого бы то ни было еще, — начала она, — но то, что я хочу тебе вручить, очень важно. Эти семена цветков помогут тебе узнать, живы они или нет. Ты ведь надеешься вернуть их. Обоих. Вот и посади цветок. Если они живы, то лепестки раскроются, мгновенно. Если нет, то нет.
Она протянула небольшой мешочек и положила мне в руку, потом произнесла:
— Мне жаль, Энни, — потом поколебалась с секунду, и сказала, — Прощай.
Я глянула на мешочек и на глаза у меня навернулись слезы. Казалось бы, я их выплакала. Но их и не оказалось. Я лишь чувствовала их отголосок.
— Она недолго проживет, — произнесла Этра. — Примерно еще пятьдесят лет и ее не станет. Ты видела ее состояние.
— О ней никто не вспомнит. Даже Клодия.
— Да, ведь она даже не видит ничего.
— Что?
— Ящик был проклят на какой-то момент. Клодия ослепла. Дело рук Питера. Мы будем искать возможность вылечить ее.
Я кивнула головой в знак согласия. Только вчера она утешала меня, а теперь пришло время делать это для нее.
Наконец, из комнаты спустился Джек и мы взглянули друг на друга. Он просто подошел и обнял меня на прощание. Мы знали, что это настоящее прощание, не как обычно.
— Прощай, — прошептал он мне на ухо, — не оглядывайся.
— Не буду, — произнесла я, а потом он оторвался от меня и ушел. Я не обернулась.
И все-таки на глаза вновь навернулись слезы. На этот раз площадкой для них стала Этра, которая обняла меня. Она, в отличие от остальных, уходить отсюда не собиралась. И уезжать тоже. В отличие от нее я еще не знала, что я не единственная, кто покидает город.
Спустя минуту я встала перед ней, утерев слезы с глаз. Потом я подумала, что не могу этого сделать, пока меня не отпустят. И вот наступил этот момент.
Я произнесла:
— Я не могу уехать.
— Почему нет?
— Если ты меня не отпустишь. Я не стану спрашивать у других. Ты моя лучшая подруга. Как и Сабрина. Но, я спрашиваю тебя.
— Я отпускаю тебя, Энни. Я бы тебя отпустила в любом случае.
— Почему?
— Ты заслуживаешь лучшего.
— Если ты скажешь, я останусь.
— Но ты уедешь. Тебе ясно?
Я кивнула.
 
***
— Мы будем ждать тебя, милая, — сказала мне мама, а потом мы с ней обнялись, и я так же попрощалась с папой.
Чета ДеЛунг вышла из дома, но в этот раз не оказалась в опасности или что-то вроде того. Они были теперь в новом мире, где зла не было. Потом они сели в свою машину и уехали. Я помахала им рукой, а затем они скрылись за аллеей.
— Чендлер, — позвала я, — не поможешь мне с погрузкой?
— Конечно, — улыбаясь, проговорил он.
Тут я увидела, как по аллее бежит счастливая Сабрина. Она подбежала ко мне и произнесла:
— Он здесь, и хочет видеть тебя.
 
***
Я переоделась в белое платье, которое не выгуляла так же, как и черное. До вчерашнего дня одно из них было забыто в шкафу, а другое до сегодняшнего. Но вот пришло время для них обоих. И каждое из них было надето по поводу прощания.
На встречу я шла не одна. Со мной была Сабрина. А еще Элизабет и Элайджа, которые вели с собой Карен. Клодия, которую придерживали Тайлер и Чендлер. Эмбер, которая шла по другую руку от меня.
Мы остановились прямо перед золотистым кораблем, который не шевелился на волнах. К нам повернулся капитан корабля. И на секунду я подумала, что это Стивен, но взгляд у него был иной. Более глубокий.
Оливер улыбнулся нам всем, а мы стояли и смотрели на него.
— Сегодня не тот день, когда хочется начать с шутки, — произнес он, — но он, безусловно, очень важен для каждого из нас. Я приготовил для каждого из вас подарок. И он всегда будет непростой. Начнем, пожалуй, с того, кому досталось больше всего. Клодия.
Тайлер и Чендлер, хотя им это и было довольно сложно, сработались вместе очень хорошо. Они проводили Клодию и она предстала перед Оливером.
— Я ничего не вижу, — произнесла она, — как я могу тебе доверять?
— Просто представь, что перед тобой Стивен. — объяснил он ей.
Я почувствовала, как она ухмыльнулась. Она не верила в эти чудеса, хотя и была одним из чудес света всех времен и народов. Оливер взял ее руку в свои обе, потом провел ладонью перед глазами. По словам Тайлера, когда он мне рассказывал об этом моменте, с ее глаз словно сошел туман. Ее глаза стали более живыми в ту секунду. Они наполнились сочными цветами, а ее зеленый оттенок заиграл иначе, по-новому. Зрачки стали более черными, радужка глаз приобрела также свой черный оттенок. Я и сама это заметила, когда потом увидела их.
— Ты творишь чудеса, близнец Миллс! — обрадовалась она. Но Оливера обнимать не стала. Он и не надеялся, подумала я. В конце концов, Клодия должна была к нему привыкнуть, но это маловероятно, ведь, как я поняла, он не будет жить здесь.
— Эмбер, — позвал он мою дочь. Эмбер поднялась на борт и встала перед ним, — тебе я вручаю то, что по праву твое. Ты уже владеешь Фениксом, так?
— Да, — ответила она.
— Тогда, Укротительнице Огня я вручаю это, — он протянул ей какую-то маленькую коробочку, а зачем произнес, — Не стоит открывать ее здесь. Там все, что принадлежит тебе.
Она поблагодарила Оливера и сошла с корабля. А в следующую секунду Оливер вновь подал голос:
— Энни.
Он позвал меня. Самым глубоким тоном, но будто выделяя меня из всех. И вызвал не последней, как мне казалось. Я надеялась попрощаться с ним в конце, чтобы было не так тяжело. Но он выбрал этот момент, и я повиновалась. Ноги будто сами несли меня на борт. А потом я оказалась на нем и встала перед братом Стивена, точь-в-точь похожим на него.
— Для тебя у меня ничего нет, — сказал он. Я не расстроилась, я понимала, что сейчас будет нечто большее, чем-то, что он подарил Клодии или Эмбер. — Но я могу дать тебе это, — он полез в карман рубашки и вытащил оттуда маленькую брошь. — Я знаю, как для тебя важно знать, все ли ты сделала правильно в этой жизни. Особенно, как мать. И я хочу тебе сказать от всей души, от всего сердца, которого у меня не так и много, что ты справилась. И ты пострадала слишком сильно. Когда-то она принадлежала Элизабет. Но в ту ночь, когда меня украли, она была со мной. Она и не заметила ее пропажи, — я повернулась и увидела, как Элизабет положила руку на грудь, ей было приятно слышать, что эта вещь еще что-то значит, а Оливер продолжал, — так пусть же она теперь будет твоей. И пусть ты не спасла мир так, как это сделала Вайлет, ты спасла свою дочь. А значит, ты спасла будущее. Вы с Вайлет обе это сделали. Я не знаю никого в этом мире, ни в одном из времен, кто проявил бы такое мужество и такую храбрость, какую проявили вы обе. Я был рад знать Вайлет, даже если и несколько дней. И точно также, я рад знать тебя, Энни.
Я тяжело вздохнула, и мы обнялись. Он был теплым. Этому я уделяла слишком много внимания. Возможно, последствия разговора с Джеком и мысли о нем.
Потом объятия закончились, и мы улыбнулись друг другу. Мне было тяжело прощаться. Ему тоже. Но я не была последней в его списке.
— Сабрина. — подруга поднялась на корабль, и он вытащил кое-что из другого кармана. Насколько я могла заметить, это был маленький пузырек, но он был, как казалось, пустой. Но это оказалось не так, — Я не могу не вручить тебе это. И я думаю, что ты знаешь, что с этим делать.
Сабрина кивнула и с улыбкой сошла с корабля. Потом, уже без всяких вызовов, на корабль поднялись Элайджа, Элизабет и Карен. К матери Оливер подошел и обнял, сказав:
— Не важно, что ты сделала тогда. Куда важнее, что ты сделаешь теперь. В этот раз все по-другому. И я уверен, у тебя получится. — потом он подошел к Элайдже, и пожал ему руку, — Спасибо за все, Элайджа. Ты всегда был для нее важнее меня или Стивена. Но так должно было быть. Ведь если бы она выбрала тебя, всего этого бы не было. Но я не злюсь. Я, наоборот, рад, что она теперь счастлива. С тем, с кем должна была быть все это время.
Потом Оливер повременил и опустился на корточки, взяв руки Карен в свои. А потом произнес:
— Ты ведь знаешь, как я тебя люблю?
— Да, — ответила она.
— Скоро ты получишь кое-что, что очень важно для меня. Но решать, как поступить с этим, только тебе. Ты поймешь, о чем идет речь, когда увидишь это.
Девочка кивнула, а потом спросила:
— Мы еще увидимся?
— Однажды, да. Слушай, давай сделаем так. Однажды, когда ты сильно состаришься и проживешь долгую и полную приключений жизнь, ты придешь прямо в этот порт. Потом, ты сядешь на скамейку и будешь выглядывать меня и ждать. И в один из дней, ты меня увидишь. Я заберу тебя с собой навсегда. И мы больше никогда не расстанемся. Обещаешь, что дождешься?
— Обещаю, — произнесла девочка, и Оливер обнял ее. Ему было это сложно делать, и я понимала его.
Потом чета Ковальски-Миллс спустилась вместе с девочкой и Оливер обратился к моим сыновьям:
— Нельзя так долго быть в раздоре с миром и с самим собой. Слышали стих Фроста? Если не перестанете и не станете одним целым, Огонь и Лед уничтожат мир. А в вашей семье только им пускаться и умеют. Так не дайте же разрушить мир. Ваша любовь — вот, что нужно нам всем.
Они внимательно выслушали его, переглянулись, но говорить друг с другом не стали.
Потом Оливер начал отчаливать и уплывать в неведомые края. Он помахал, когда был уже вдалеке, а мне показалось, что дело клонится к вечеру.
Он уплыл и оставил за собой только нить воспоминаний.
 
***
 
Чемоданы стояли в прихожей, когда мы пришли домой. Я поняла, что Джефф выставил оставшиеся два, что я собрала с утра. Они ждали, пока Чендлер поможет мне их засунуть в багажник. Он взял еще другие, которые не были положены, я ему помогла, взяв другие два. Они были для меня совершенно легкими, словно пушинка. Ни грамма тяжести.
Войдя в дом снова, я встретилась глазами с Эмбер. Дочь подошла ко мне и обняла. Рядом с ней тоже стоял чемодан, правда он был один единственный. Один был и у Тоби.
— Вы тоже куда-то собираетесь? — спросила я.
— Да, Кристофер и Кара ждут нас в Лондоне, — сообщила она.
— Надеюсь, вы там будете в порядке.
— Не беспокойся. Все будет хорошо.
В этот же момент, подобно Клодии, драму начала Анна, выбежавшая из кухни и направляющаяся к нам обеим. К слову, она кофе варить не умела. Вполне возможно, что она оттуда бежала, потому что зарубила Джеффа ножом. Но кроме шуток. Анна и правда ничего не умела, кроме как наслаждаться этой прекрасной жизнью. И я от нее многого не требовала. Каждый умеет что-то свое. Я умею варить, она — нет. Я могу кататься на велосипеде. Но Анна никогда этому уже не научится. Дело в человеке, а не в способностях, которые приписывают ему с первого взгляда. И то, что Анна умела лучше всего — прощаться. Я вдруг подумала, что этот навык у нее выработался с самого начала ее жизни. Она ушла раньше, чем ее остальная семья, но вернулась именно тогда, когда нужно было. Что-то она все-таки могла делать вовремя.
— Мне так не хочется отпускать вас обеих, — произнесла она, и с лицом дамы из мыльной оперы и искусственными слезами обняла нас. — Но для начала вот что. — она сняла с себя медальон, глянув на меня, а потом надев его на Эмбер, — Он принадлежал моей бабушке с отцовской линии. Раз уж один, — что принадлежал Улле, — закопан в могиле, то хоть этот пусть передается из поколения в поколение. Знаю, у тебя не будет своих детей, но мне бы хотелось, чтобы он остался у кого-то после меня.
— Анна, это очень теплый жест, спасибо, — проговорила Эмбер и обняла ее.
— Нам пора, — произнес Тоби, — иначе опоздаем на рейс.
— Да, точно, — согласилась Эмбер, — Мам, я буду скучать.
— Я тоже, милая, — ответила я.
— Не люблю прощаться, — произнесла Анна, но они снова обнялись и потом Эмбер и Тоби сели в машину и уехали. — Оставляете меня одну, это нечестно, — сказала Анна спустя минуту.
— Я уезжаю не в Лондон, а всего лишь в Канаду. Она недалеко. Повторяю для людей из прошлого века — она недалеко.
— Что ж, надеюсь, что и с тобой все будет хорошо. Ты заслужила это.
Потом она не сказала ни слова и просто ушла. Со мной было труднее всего прощаться. Не было слов, чтобы описать эту утрату. Именно это я читала в ее мыслях.
Наконец, передо мной появился Ник. Я не могла не извиниться и сказала:
— Прости за вчерашнее.
— Ничего, тебе это нужно было. Я понимаю. И я тебя прощаю.
Он обнял меня и на этом мы с ним попрощались. Нам не надо было много слов.
И потом подошел Плутарх.
— Я не знаю тебя очень хорошо, но в прошлый раз ты была сильным соперником, — произнес он.
— Спасибо, — произнесла я, — рада была повидаться.
— Теперь все закончилось. Я возвращаюсь в Институт.
— А как же Этра?
— Она будет в порядке.
Потом он просто ушел. Я подумала, что это логично — уйти. Особенно, для него, ведь он теперь Страж и у него полно дел.
Тогда же я увидела и Тайлера. Он стоял и смотрел на меня своими серыми глазами. Я улыбнулась ему, хотя это и было несколько неловко.
— Мне нечего тебе сказать, — произнесла я.
— Чувствую то же самое, — подтвердил он.
Потом мы оба успокоились и одарили друг друга объятиями. Я вдруг поняла, что нам не нужно никаких слов, чтобы выразить ту привязанность, что у нас есть. Да, мы не общались давно. Да, я была на него обижена из-за Чендлера. Но я также знала, что для них это только начало и мне нужно отпустить их обоих. Многие говорили мне об этом и вот я услышала то, что до меня пытались донести.
— Не хочу прощаться, — произнес он.
— И не надо, — сказала я.
Тайлер ушел, как только появился Чендлер. Тот помог мне погрузить последний чемодан, и я села за руль. Я высунулась в окно и сказала:
— Я хочу, чтобы ты поступил правильно.
Он лишь кивнул. Он понял, что я имела в виду и мы улыбнулись друг другу. Это была последняя секунда, когда я видела этот дом, а на аллее, съезжая, я еще могла видеть в зеркало заднего вида, Чендлера, что стоял и смотрел мне вслед.
  
POV Сабрина
Элайджа и Элизабет собрались сразу же, как Энни выехала с аллеи. Они погрузили свои вещи быстрее нее, но у меня было дело к маленькой Карен, чьи карие глаза наблюдали все это время за мной. Я так и не поняла, кем она была по происхождению, но в будущем я увидела ее невероятной красоткой, чье будущее всегда будет связано с этим миром.
Возможно, смертные потеряли будущую супермодель или актрису. Зато мы приобрели того, кто отправится на Край Света.
Я присела рядом с Карен, пока она ждала, когда ее новые приемные родители соберутся. Она глянула на меня с интересом, и я произнесла:
— Угадай, что у меня есть.
— Что же? — ее любопытству не было предела. — У тебя такие белые волосы.
— Я могу их изменить, если захочу.
— Это красиво.
— Да, ты права. Но, обещай, что не скажешь Элайдже и Элизабет об этом. — я достала пузырек с водой, которую мне дал Оливер. — Когда придет время, ты поймешь, что с этим делать. Эта вода, она…
— Волшебная?
Я улыбнулась:
— Да, ты угадала. Она может помочь нам вернуть тех, кого мы потеряли. Или же, даст тебе то, о чем ты не мечтаешь.
— Хорошо, я не скажу, честное слово, — она взяла пузырек в руки и спрятала в кармане.
Однако, неплохие у нее гены. Оливер доставал из кармана, а она туда прячет. Потом к нам подошли Элайджа и Элизабет и попросили Карен пройти в машину.
— Спасибо за все, Сабрина, — сказал Элайджа, а Элизабет улыбнулась мне.
— Не за что, — ответила я.
Я помахала Карен, то же самое сделала она. Потом они сели в машину и уехали.
 
POV Вайлет
1855 год.
Я открыла глаза в поезде. Все вокруг были в каких-то странных нарядах и тогда я сообразила, где оказалась. Потом ко мне подсел Стивен и сказал:
— Не подавай виду, что все знаешь.
— Это у нас в голове? Или у одного из нас? Это сон?
— Я не знаю. Не подавай виду. Они думают, мы знакомимся.
Я обернулась и увидела Элизабет, она улыбнулась мне и кивнула головой. Потом я снова взглянула на Стивена и тот подал мне руку, мы прошли к окну.
— Все так же, как и тогда, — произнесла я.
— Я бы остался в этом времени навсегда. Если бы мы могли.
— Не можем?
— Я не знаю.
— Значит, не можем. А если вдруг сможем, то я буду счастлива провести жизнь с тобой. И неважно, в каком времени, в каком месте.
Стивен положил свою руку на мою, но мы не смотрели друг на друга. Мы смотрели в окно, но Герман так и не появился. Если это был сон, то он был хорошим, ведь тот эпизод не случился. А потом мы обернулись с ним, чтобы взглянуть на Элизабет, но ее там не оказалось. И почему-то в голову пришла мысль, что она умерла или теперь с Элайджей.
Стивен сжал мою руку в своей, и мы вздохнули с облегчением.
— Здесь все так спокойно, — произнесла я.
— Останемся здесь навсегда?
— Останемся, — ответила я.
 
***
 
Я открыла глаза снова. Но на этот раз свет не ослепил меня, небо было немного пасмурным, а потом стало более светлым. Мы стояли на Берегу. Здесь я была впервые, но не Стивен. Он знал это место как никто другой.
К нам направлялась Смерть, как всегда, в своем темном одеянии, с косой в руке, с подведенными глазами, напоминающими смоки-айс, глаза ее были зелеными, более яркими, чем у Клодии и я подумала, что чем-то они похожи. Ее губы были цвета граната.
— Вы прошли долгий путь сюда, — произнесла она, будто была удивлена.
— Но ведь это все твоих рук дело, — сказал ей Стивен, будто критикуя.
— Вообще-то, не совсем. Такова была воля Судьбы. Я правда не хотела бы такого исхода событий, но вы оба знали, на что идете и чем это для вас закончится.
— И что же теперь? — спросила я.
— Теперь? Жизнь. — произнесла она.
И снова вспышка света.
 
POV Сабрина
Я сидела на крыльце дома. Шон вышел ко мне. Назревал вечер, и я понимала, что это идеальное время. К тому же я заставила Энни кататься кругами, пока не попрощаюсь с ней. Вряд ли она заметит это, потому что для нее день кончится только завтра.
Временные линии пересеклись для нее, что для меня было прекрасным началом для управления временем. Для нее же это был способ сказать «прощай» снова. Но это касалось тех, с кем она не попрощалась. А потому я знала, где и как я попрощаюсь с ней.
Шон присел рядом, и мы молчали несколько минут.
— Что теперь? — спросил он.
— А что ты ожидаешь услышать? — ответила вопросом на вопрос я.
— Что теперь мы будем жить долго и счастливо. Я больше не смертен, Сабрина.
— Убью Этру.
— Не стоит. Она сделала мне одолжение. И тебе тоже. Ты ведь бессмертна. А значит, и я хочу тоже так. Пожалуйста, будь со мной вечность, Сабрина.
Я посмотрела на юношу и улыбнулась.
— Конечно, буду. Куда я денусь?
Он взял мою руку в свою и так мы просидели потом всю ночь.
 
POV Хлоя
— Скоро вернетесь? — спросила мама.
— Как только придет время, Альянс будет снова здесь. Но пока нас нет, вас защитит Ким, — ответила я.
Потом я попрощалась с мамой и дочерью, Августом и оставила их всех на Кэтрин и Ника.
Выйдя, мы с Максом увидели перед домом сотни ведьм. Потом ко мне вышла Лора и спросила:
— Готовы?
Мы с Максом переглянулись, и я ответила:
— Да.
 
POV Энни
Как только я подъехала к дому Марты, то сразу же остановилась. Дом был украшен вокруг множеством цветов. Я посидела в машине с минуту, прежде чем выйти из нее и постучаться в дверь.
Она открылась моментально. Марта улыбнулась мне, а потом сказала:
— Можешь войти.
Я вошла и увидела на пороге соль. Потом глянула на девушку, а она ответила:
— Оливер сказал, как защищаться от плохих ребят. Я ведь смертная.
Потом она отвлеклась и решила полить цветы на подоконнике. Удивительно, но они были почти везде. Это было странно видеть. Я никогда бы не додумалась обставить дом цветами.
— Итак, у тебя много цветов здесь? — спросила я.
— Это моей прабабушки. Она их любила. Ее не стало не так давно, а их жалко выкидывать. Вот и развожу дальше. Некоторые из них могут помочь мне, так что это очень полезная вещь.
— Понимаю, — произнесла я. — Я не хочу тратить твое время. Я просто хотела попрощаться, и сказать, что благодарна тебе за эти несколько дней.
— Я должна поблагодарить тебя. Ты была для Вайлет важным человеком многие годы. Когда я узнала, что и кто вы, то для меня это стало откровением, но я не испугалась. В любом случае, однажды мы с ней обе встретимся снова.
— Оливер заберет тебя, когда придет время?
— Возможно. Или, может быть, я стану бессмертной. Но не вампиром. Я не хочу так.
— Ты правильно решила не становиться кем-то подобным. — я помолчала, а потом произнесла, — Что ж, мне пора.
— Удачи, Энни, — сказала Марта, когда я вышла из дома.
Я улыбнулась ей и направилась к машине. Потом снова завела ее и уехала.
 
POV Эдит
— Я не могу тебя заставить это сделать, — сказала я, доставая пузырек с зельем, — но я нуждаюсь в тебе, Грегг.
— Ты серьезно? — спросил он.
— Иного выхода нет, — ответила я.
Грегг подумал с минуту, а потом произнес:
— Не хочешь за меня замуж?
— Прости?
— Если я приму это, чтобы быть с тобой, то хочу, чтобы все было правильно. У нас может начаться новая жизнь. Но это мое условие.
— Честно признаться, я и сама этого хотела.
Я протянула ему пузырек, и он выпил сразу же. Вдруг, мгновенно, его кожа начала возвращаться в состояние, в каком была и я. И вот мы наконец встретились в одном времени, в одном месте, снова молодые, и снова готовые жить.
 
POV Этра
Улла вошла в дом рывком. Я, заметив ее, не была настроена на разговор, но выслушать ее пришлось.
— Где Энни? Я хотела с ней поговорить? — спросила она.
— Энни уехала и ее не будет катастрофически долго, осьминожья морда. Можешь проваливать, — ответила я.
— Но она мне нужна!
— А я говорю, что она уехала, и не вернется, потому что это ты ее заставила уехать. Нравится такой исход? Она уехала, а ты выиграла. Ты давно этого хотела. Но теперь, когда все закончилось, Вайлет нет. И так как ты выиграла, то на самом деле нет ни выигравших, ни проигравших. А все потому, что вы обе лишились ее. Убирайся! И чтобы духу твоего здесь не было!
Вампирша недовольно хмыкнула и направилась на выход. Фиона попросила своим взглядом прощения, а я произнесла:
— Пусть уходит.
— Не беспокойся, к завтрашнему дню она будет далеко отсюда.
Фиона ушла. Я осталась одна. Слезы покатились с моих глаз. Это был первый день без Энни. И он наступил так быстро, что я даже не успела заметить его начало.
Но это был первый из многих похожих дней, хотя худшее и было впереди. И все же, некая глава жизни успела закончиться. К полудню из дома уехали остальные, кого здесь никто не держал. Елена и Гильерме вернулись к себе, с ними же ушли Яна и Мэттью. Эллен и Микки уехали в Сиэттл. Александрина забрала Ксавье с собой в Лондон, улетев на одном рейсе с Эмбер и Тоби. Клодия все еще оставалась в доме. Рита оставила Альянс и осталась помогать Меган. Зак окончательно решил переехать в дом Вайлет.
Майа и Фрэнк тоже успели уехать, оставив нас.
В конце концов, нас осталось лишь немного. В своем доме была Меган, с ней Рита. Здесь же, где-то в доме, были я, Сабрина и Шон, Тайлер и Чендлер (однако, неизвестно, насколько долго), а также Ким и Август, Марта, которая жила у себя, Зак, Джефф и Анна, к которым дом официально перешел от Энни, хотя по наследству он достался Карен, и Бен, продолжавший служить в церкви. Эдит и Грегг продолжали навещать нас каждый день. А Кэтрин и Ник появлялись время от времени.
 
POV Чендлер
— Что ж, это все, — произнес я, поставив свои последние чемоданы в прихожей, перед дверью.
Тайлер стоял спиной ко мне. Мы не произнесли ни слова друг другу с момента, как он приехал и до сих пор. Даже отъезд Энни не сделал лучше.
«Не уходи, прошу», — думал Тайлер. Я мог читать это в его мыслях. Он жутко хотел, чтобы я остался здесь, с ним и никуда не ушел. Я решил схитрить. Все равно он человек, подумал я, а затем произнес:
— Что ж, пора.
Но я не ушел. Я лишь закрыл дверь, а потом беззвучно приоткрыл ее. Его слух не такой четкий, как мой, поэтому он не заметил этого. В этот момент он выдохнул. Как будто подумал, что я ушел, и это его не сделало счастливым. Я улыбнулся этому, ведь понял, что он и правда хочет, чтобы я остался.
Потом он будто прозрел и повернулся ко мне. Я улыбнулся ему. Тайлер, словно ребенок, побежал ко мне и вцепился своими объятиями в меня. Затем были бесконечные поцелуи, он не мог сказать слова извинений, поэтому мог только дарить мне свои эмоции. А потом я решился снова на этот шаг, найдя у него в кармане кольцо. Я его нащупал, как бы ни было странно, не случайно.
Опустившись на одно колено, держа кольцо в руках, я спросил:
— Тайлер-и-очень-много-фамилий-Нильсен, ты выйдешь за меня?
— Да-да-да-да-да, — произнес множество раз Тайлер. А затем я надел ему кольцо на палец и поцеловал. На этом и был наш с ним конец. Но на самом деле для нас это было только начало, которое предлагало нам множество приключений в будущем.
 
POV Энни
Я подъехала к мосту. Тому самому мосту, где для меня все началось. Сабрина стояла и смотрела на вид с него. Здесь я погибла первый раз. Здесь я уже знала, что пожертвую собой вместе с Джеком. Здесь начиналась моя история, здесь же она заканчивалась.
Сабрина взглянула на меня с улыбкой.
— Здесь и случится конец. — произнесла я.
— Для тебя — да. — сказала она.
— Я ведь не могу вечно жить здесь. К тому же, впереди только лучшее, так?
— Да, — лишь произнесла Сабрина.
— Я не могу этого сделать…
— Я тебя отпускаю, Энни. Этра сделала это для тебя. Я сделаю это тоже. Ей было отпустить тебя намного труднее, чем мне. Ведь она не может следить за тобой, как я.
Я улыбнулась, вспомнив, кем теперь была Сабрина.
— Значит ли это, что ты мой Ангел-Хранитель?
— Не знаю. А могло бы?
Я снова улыбнулась. Мы больше не произнесли ни слова, а лишь обнялись напоследок.
Потом я прошла к машине и села в нее, а когда хотела все же что-нибудь сказать подруге, то не увидела ее на месте. Это тоже вызвало во мне улыбку. Все-таки Сабрина не потеряла той своей непредсказуемости, с какой к нам пришла.
Выехав с обочины, я поехала дальше. Местность была уже полна деревьев, которые росли очень красиво рядом друг с другом. Все было упорядочено. Я высунула руку в окно и почувствовала попутный мне ветер. Это был хороший знак.
Когда деревья закончились, я почувствовала некую легкость. Будто произошла небольшая вспышка и я выехала из аномальной зоны. Но фонарный столб, как мне показалось, подмигнул мне огоньком внутри.
Дальше дорога была иногда извилистой, иногда ровной. Я покидала Витч-Кросс.
Прощай, Витч-Кросс, подумала я.
 
POV Этра
На следующее утро мы все вышли в гостиную. Дверь еще была открыта. Конечно же, был конец мая. 27 число. Или 28. Я потеряла счет времени.
Тайлер и Чендлер держались за руки. Отлично, подумала, хоть у кого-то хороший конец. Но все они были в непонимании, почему эта открытая дверь так много для нас всех значит.
Я недолго сидела на своем кресле, потому что все-таки решилась это сделать. Я подошла к двери и взялась за ручку. Помедлив с секунду, я все-таки закрыла дверь.
И вот на этом наступил настоящий конец. Я просто ушла из гостиной, оставив их всех в ней, уйдя в другое место. Мне важно было знать, что это такое — конец.
Но вспомнив все, включая последние секунды, когда я закрывала ее, сразу же поняла, что это такое. Конец — это начало чего-то нового.
  
POV Энни
Прежде чем уехать, я зашла на кладбище. Направившись на могилу Стивена и Вайлет, я захватила с собой те самые семена. это было глупостью, но проверить мне хотелось.
Я высыпала их в руку и рассыпала по периметру участка. А потом произошло нечто, что подарило мне надежду. Цветы сразу же выросли, им даже не понадобилось воды. Они покрыли полностью плиту с их именами.
Вайлет ДеЛунг
1988 — 2018
 
Стивен Миллс
1838 — 2018
Я улыбнулась и подумала, что интересно, когда же они проснутся и каким образом вернутся. Ведь тогда я вернусь. Эмбер уже успела пообещать мне, что напишет, когда Тони вернется. Ведь к тому времени она и сама приедет обратно.
Я отпустила ситуацию, которая случилась. Вайлет и Стивен живы, и они вернутся. Я их еще увижу. Именно это и заставило сесть меня в машину уже более радостной.
Потом я завела мотор и поехала.
  
POV Вайлет
Я открыла глаза. И увидела зелень вокруг. А еще гранитные плиты. Или мраморные. И на них были разные даты и имена. Я оборачивалась несколько раз, чтобы понять, зачем я здесь. А потом увидела перед собой Смерть.
— Мама! — произнесла я, увидев ее. Естественно, я испугалась.
— Не надо так на нее, она не виновата, — отмазалась Смерть. А с чувством юмора у нее, однако, не плохо. Если бы это был ситком и она была в нем актрисой, у нее определенно был бы Эмми.
— Зачем я здесь? — спросила я.
— Чтобы начать сначала. У тебя появился второй шанс, Вайлет. Так используй же его! И, кстати, ко-кто тебя там ждет, — она указала взглядом, чтобы я посмотрела назад. Я увидела Стивена, который стоял у могилы и смотрел на нее.
Когда я повернулась к Смерти, чтобы спросить, то не увидела ее. И я уже забыла, что хотела узнать.
Присутствие Стивена меня немного потрясло. Хотя, меня потрясло само то, что я была здесь. Я думала, что увижу лазурные берега и окажусь в Обители.
— Странно выглядит, — произнес Стивен, когда я подошла ближе. Могила была украшена цветами, и были они действительно очень странными.
— Да, что-то не то, — вторила ему я.
Стивен выглядел несколько подавленным. Точнее, как будто он в коматозе, не отошедший от наркоза. Впрочем, так и можно было бы назвать наше состояние после такой тряски между временами и пространствами.
— Думаю, нам пора, — сказала я и переключила его внимание на себя. Тогда же он будто пришел в себя, и мы пошли к машине, которая стояла у обочины.
— Куда едем? — спросил он.
Я же вдруг отвлеклась. Я услышала, как неподалеку приближается машина. Дорога от кладбища выводила из Чикаго совсем, впереди не было ни Рич-Норста, ни Сауз-Спрингса.
— Мы живые или это у нас в голове? — спросила я.
— А как ты хочешь, чтобы было? — ответил Стивен вопросом на вопрос.
И снова эти загадки. Но я от них, как ни странно, не устала. Они всегда были частью моей жизни. И жизни после жизни тоже? Возможно. Я не злюсь, что все так. Это даже интересно. Вся наша жизнь — загадка. И в свою я влюбилась, ведь у меня их даже не одна, а целых три.
Наконец, мимо нас проехала машина. Я проследила за ней взглядом и мне показалось, что она мне знакома. И девушка, сидевшая за ней, будто узнала меня и Стивена, но не остановилась.
 
POV Энни
Я увидела их, но не остановилась. Подумала, что это лишь иллюзия, галлюцинация на почве прошедших дней. Но они были такими реальными. И ее глаза смотрели как-то странно. Но это была не она. Это просто невозможно.
Я поднажала и уехала дальше. А солнце садилось. Закат сопровождал мой уезд из города.
 
POV Вайлет
— Ну так куда едем? — спросил Стивен.
Я промолчала и просто села в машину. Он не переставал спрашивать меня, но уже взглядом. Стивен смотрел то на меня, то вперед, на дорогу.
И тут я ему ответила:
— Вперед, — а потом закрыла глаза.
И я провалилась во тьму. В сон. В Забвение. В Обитель.
Не знаю, что из этого было реальным, а что нет. Но этот сон был самым прекрасным, что я видела. А впереди меня ждало то, чего я еще никогда не видела и это путешествие было таким же уникальным, как и любое другое. Оно было нечто неповторимым.
И все-таки. Я наконец нашла свой покой. Наяву или нет — неважно. Потому что Стивен завел мотор, и мы выехали. Я этого не видела, но чувствовала. Ведь я провалилась в сон. Во Тьму. В Забвение. В Обитель.
 
Глава 15
 Будущее
 
POV Энни
2038 год.
Я услышала, что почта пришла, и когда я открыла дверь, то она лежала на пороге, на крыльце, которое было, увы, мокрым из-за дождя.
В одном из конвертов была небольшая записка. В общем-то, это была даже не записка, а просто утверждение. И все же, я дала письму просохнуть недолго, а потом раскрыла конверт и там было всего лишь два слова.
Он вернулся.
 
***
Я оказалась в городе уже на следующее утро. Жители его стали, кажется, счастливее за все эти годы. Но ничего вокруг практически не изменилось. Как и дом.
Я вышла из такси, оно уехало, а я подошла к двери и постучалась. Но она, почему-то, не была заперта на замок. И я зашла в дом. Чемодан мой был больше просто большой сумкой, и я ее поставила на пол. Внутри ничего не изменилось. Разве что только стало светлее. Ну и лестница была обновлена, и это, как я подумала, была лишь первая часть ремонта, который жители этого дома задумали.
— Я иду! — прокричал знакомый голос.
Она вышла ко мне и остановилась сразу же, увидев. На ней был брючный костюм. Мне это показалось немного странным, все-таки был день, а какая-нибудь церемония будет только вечером и даже не в Чикаго.
— Энни… — произнесла Анна. — Ты ни на секунду не изменилась…
Я улыбнулась ей и протянула руки вперед в знак того, что я жду объятий. Анна сразу же ринулась обниматься. Я почувствовала, что для нее это было подарком. Конечно, ведь не каждый день увидишь меня, возвращающуюся в Витч-Кросс.
Анне уже было далеко за сорок. Ее глаза только не выдавали возраст, хотя должно было быть наоборот. Видимо, в душе она так и осталась девчонкой из 1910 года.
— Как ты здесь? — спросила она.
— Я получила записку, — ответила я, — Эмбер написала, так?
— Да, как только это случилось, то мы сразу же хотели ехать за тобой всей толпой, но решили, что разумнее дать тебе знать, не показываясь из подполья.
Сверху к нам спустилось двое юношей. Их я не знала, а потом один из них спросил:
— Мам, кто это?
Мама? Анна стала матерью? Вот это повороты. Не к такому семейному шоу я собиралась последние двадцать лет. И вдруг я поняла, чей это на ней костюм. Она мне сильно напоминала Меган.
— Дилан, Стивен, знакомьтесь, — это ваша двоюродная внучка, но зовите ее тетя Энни или просто Энни.
— Очень рады познакомиться, — произнес старший, кажется, Дилан.
— Взаимно, — улыбнулась я.
— Что ж, идите по своим делам, — отправила их Анна, а я спросила:
— Стивен?
— Да, когда мы с Джеффом поженились, произошло множество вещей. То есть, они случились до свадьбы. Стоило тебе уехать, как произошли события, которые ты, к счастью, пропустила. А потом случилась свадьба, родился Дилан, а потом и Стивен. Он просто родился 25 мая. Вот я и решила, что не могу не отдать честь нашему общему друг и… моему дедушке?
— Мы так и не докажем это теперь.
— Да, ты права, но все же… Мне грустно об этом думать.
— Как я поняла, сыновья все знают.
— Да, я не стала им скрывать этот мир. К счастью, они не обладатели жабр и прочего, а самые обычные подростки.
— Что ж, я за тебя рада.
Вдруг сверху спустилась Клодия, и она сразу же начала кричать на весь дом, что я, Энни ДеЛунг, сошла с небес на землю снова. Второе пришествие, так сказать. В этот же момент спустилась и Этра. Они обе задушили меня в своих объятиях, а я и не была против.
Единственным адекватным человеком здесь оказалась Сабрина. Она не нападала на меня, как голодное животное. Она обняла меня в знак того, что наконец мы встретились. Я же знала, что она следит за мной. С Шоном встреча была такой же.
За спиной друзей я уловила взгляд Эмбер. Дочь была в некоем шоке, что я так быстро оказалась здесь. Но оттого и была рада. Она улыбнулась мне, и побежала. Я поймала ее, как если бы она была маленькой девочкой. Увы, так с ней никогда не было и быть не могло. Потом я поздоровалась с Тоби и к нам вышли Тайлер и Чендлер.
Я была рада их видеть. Они до сих пор были вместе. И как оказалось, у них тоже состоялась свадьба. В один день с Анной и Джеффом.
Когда никого не было, Тайлер присел ко мне и произнес:
— Я узнал об этом в один из моментов, когда думал, что все кончено.
— Я не представляю, что тебе пришлось пережить. Расскажи, как все было последние годы.
— Что ж, это сложная история. Ты и правда уехала очень вовремя. Прежде чем расскажу, хочу сказать, что я не злюсь, что ты скрыла правду.
— Спасибо, Тайлер.
Он улыбнулся мне и начал рассказ, затянув его на весь вечер.
 
***
Утром следующего дня мы отправились на место встречи. Пунктом этим было выбрано кладбище. Проходя мимо могилы Стивена и Вайлет, я заметила, что цветы еще цвели. Что было странно, ведь они до сих пор так и не вернулись к нам. Никаких знаков возвращения не было. Или может быть я их просто не замечала.
Мы добрались скоро на старую часть кладбища, в лесу, недалеко от Альянса. Там нас встретила Хлоя, а с ней были Макс и Ким. Меган была уже старушкой, и мы не могли перестать разговаривать. Прошло столько лет, что накопилось множество историй. У одной меня их не было.
И наконец, мы добрались на место Х. Там стояли Эмбер и Тони. Я узнала его со спины. Наконец, я остановилась, а он повернулся ко мне лицом. И не мог поверить, что вот она я, вернулась в город. Я не могла же поверить, что он наконец в мире живых.
Я не могла сдержать улыбки. Наконец, мы двинулись друг к другу. Весь Альянс пришел на это взглянуть, но я не обращала на это внимания. Наконец, он был передо мной, в моих объятиях, живой и настоящий.
 
***
2061 год.
Мы не стали людьми. До этого момента.
Тони решил, что ему нужно привыкнуть быть бессмертным, а я просто согласилась. Я уже и сама привыкла быть такой. И возвращаться в прежнее состояние было для меня несколько дико.
В свой восьмидесятый день рождения я прошла переход обратно в человеческое состояние. Тони сделал то же самое. На следующий день была наша свадьба.
Я сильно волновалась. Платье было для меня чем-то не столь современным. Хотя ничего в подобных вещах не изменилось за полвека. Люди не отходили от некоторых классических вещей, хотя наконец-то мир погрузился полностью в спокойствие. Почти. К концу века, подумала я, люди наконец достигнут полного мира во всем мире.
Так оно и случилось.
Я стояла перед зеркалом и смотрела на себя. И вновь это не совсем четкое зрение. Но от размышлений меня отвлек Элайджа. Он подошел ко мне и спросил, готова ли я.
— Конечно же, готова, — ответила я.
Я отошла. Потом я произнесла:
— Я сильно волнуюсь.
— Не волнуйся, я же рядом.
Я положила свою руку на его, и он меня повел. Заиграла музыка. Гости встали. Среди них я заметила Оливера и Марту, которые были в первых рядах. Там же были и Эмбер с Тоби, Тайлер и Чендлер, Меган, Хлоя и Макс.
Также здесь была и Сьюзен, которую, кстати говоря, простили и приняли к себе. Она, к слову, тоже теперь хотела стать человеком.
Среди толпы была и счастливая Клодия, но несколько постаревшая. Этого я не заметила сразу, когда она ринулась обнимать меня. И все-таки, в волосах проглядывалась седина. Неужели она стала человеком, а я просто не заметила разницы?
Там были все. Даже Смерть, кажется. Правда ее заметила краем глаза, и то не пойму, был ли это обман зрения и мне показалось, или же она и правда была там.
Сабрина стояла на месте священника. А меня ждал у алтаря Тони. Он улыбался, ожидая.
Когда Элайджа подвел меня к нему, то сел на свое место. Рядом с ним была Элизабет и, как оказалось, Карен. Она так и осталась молодой. Взрослой девушкой, по большому счету, но ее сын тоже вырос и сидел рядом с ней.
Я встала на свое место. И это было чудесно, оказаться рядом с ним и смотреть ему в глаза. Так и прошла наша жизнь.
 
***
2076 год.
Эбби побежала к Тони, радостно приветствуя отца. Ей было всего лишь пять, но она понимала достаточно много.
Как моя дочь радостно встречала отца, так и я радостно наблюдала за этим моментом. Он навсегда остался в моей голове. И был очень важен до самого конца.
Я вспоминала разные отношения родителей и детей. И вспомнила своих родителей. Их не было уже полвека. Но в этом повезло Хлое. Когда пришло время Меган уходить, Ким заставила Этру сообразить зелье, и они дали его ей. С тех пор Меган живет эту жизнь для себя. К слову, ее сестра умерла задолго до того, как я стала человеком, а ее дочь прожила еще пару лет после того, как я уехала из города.
Сьюзен и Зак стали жить вместе. Но никому это не приносило счастья. Сьюзен его пережила.
И вот я стою здесь, хотя половина моих друзей уже не в этом мире. Это касалось и Майи с Фрэнком, чья жизнь разделилась на «до» и «после». Я не успела застать особо этого момента, разве что один раз, когда мы приехали с Тони через три года после его возвращения, к ним в гости.
У них, как и у большинства, почему-то родился мальчик. Он был очень смышлёным и назвали они его Робином. Сейчас он жил со своим мужем в Лос-Анджелесе, занимаясь своим агентством по рекламе. У него тоже было двое детей, хотя в какой-то момент он не хотел на это решаться. В любом случае, он унес с собой секрет своих родителей, потому что знал, кто они и сколько прожили.
Эбби знала тоже. Мы не скрывали от нее никогда, кем она была. Дочерью бессмертных, а теперь обычных. Ей, из-за Тони, передались способности ведьмы, а еще она была потомком Элайджи.
Домой мы приехали вовремя. Было пора лечь спать во время дневного сна. Я отдала дочь на убаюкивание Тони, а сама достала почту.
Один из конвертов, как мне показалось, что-то содержал внутри себя. И я оказалась права. Но отправителя не было указано, только мой адрес. К слову, я переехала в Массачусетс. Мое желание было исполнено, чтобы держаться подальше от Витч-Кросса.
Потом я раскрыла его, а оттуда мне в руку выпал медальон с инициалами У. Х. Я не могла отвести от него глаз. Я вдруг вспомнила, как много эмоций он мне дал. От ненависти и злости, вплоть до теплых воспоминаний о Вайлет.
Я нахмурилась, когда подумала о сестре. И об Улле. Та, кстати говоря, стала человеком тоже, незадолго до моей свадьбы с Тони. Спасибо Фионе. Но смысл не в этом.
Я смотрела на медальон еще несколько секунд, а потом до меня дошло. Я похоронила Вайлет с ним. И вот он снова в моих руках.
Я подняла взгляд, оторвавшись от него и вздохнула.
 
***
 
2107 год.
Я так и не нашла никаких известий о Вайлет и Стивене. Ничего. Абсолютно. Я пыталась узнать, мог ли кто так подшутить. Но могила оказалась не тронутой, а цветы на ней завяли.
Я об этом продолжала думать даже спустя тридцать лет, когда была на коронации Эмбер и Ким. Третьим звеном стала Сабрина, потому что Тайлер и Чендлер отказались быть королями наравне с ними и их мужьями. У них и своих дел было полно. Потому что у них был свой мир.
Наконец, они стали королями и королевами. И пошли по своей дорожке вперед, чтобы встретить весь бессмертный народ.
Элеонора умерла недолго спустя нашу с Тони свадьбу, но дела не позволяли Эмбер и остальным сесть на трон столько лет. Но вот она была здесь. И я была безумно горда своей дочерью.
 
***
2188 год.
Я была в глубокой старости. Как и сказал Джек, я прожила двести с небольшим лет.
Они постучали в дом. Я открыла. И как сказал Джек, она за мной пришла.
Вайлет стояла и улыбалась. Если бы я была моложе, то сразу же обняла бы ее, но вместо этого я могла лишь тихо радоваться. Сестра вошла в дом без всякого приглашения. Как оказалось, ей оно не нужно.
— Мы пришли, Энни, — произнесла она.
Я кивнула, и мы прошли в гостиную. Я была уже совсем плоха, не могла ходить без трости и меня гнуло к земле. Жизнь все-таки забрала у меня много сил.
— Так что с вами случилось? — спросила я.
— Это сложно объяснить, но мы прожили замечательную жизнь. И мы просто ждали подходящего момента, чтобы забрать тебя. Уже пора, Энни.
Я лишь снова кивнула.
— И когда это случится? — спросила я.
— Утром мы будем ждать тебя у порога. Ты выйдешь, и мы отправимся в Обитель.
Так и случилось. Та ночь на 31 октября была для меня последней. Ровно в три часа ночи я уже была в переходном состоянии. И в этот раз я понимала это.
Когда я вышла в прихожую, то увидела свое отражение в зеркале. Я снова была той Энни, какую помнила все эти долгие годы. Когда я вышла, Стивен и Вайлет уже ждали меня. И я отправилась с ними в порт. Там нас ждал Оливер.
Потом мы забрались на корабль и отплыли. И дальше я увидела чудеса. Вспышка света и все позади исчезло. Не было Америки, не было планеты Земля, была лишь вода вокруг.
Наконец, спустя некоторое время я заметила впереди остров. Обитель была впереди и ждала, когда я ступлю наконец на ее землю.
 
***
 
Вайлет и Стивен пропали, когда я ступила на землю. Я заметила это не сразу, а когда это случилось, то повернулась к Оливеру. Я глянула на него взглядом непонимания, на что он сказал:
— Тебе предстоит найти их. Здесь это так работает.
— А если не найду? Сколько это может занять времени?
— Неважно, сколько. Здесь не существует понятия «время». Ты просто есть, остальное — неважно.
Я посмотрела на тропу, которая вела куда-то вверх, и снова посмотрела на Оливера. Он сказал:
— Иди по ней. Она приведет тебя туда, где они все будут.
 
***
Эта история началась с Джека. Закончилась она на Вайлет. Но самом деле она всегда была о ней. Просто в какой-то момент моя сестра спряталась в тени, даже не подозревая о том, что она главная героиня этой истории.
Стивен был главным мужским персонажем. Его присутствие в этой истории сыграло роль. Ему было суждено появиться. Если бы он не познакомился с Джеком из-за Джереми, Вайлет бы не стала главной героиней. Оказалось, зло не такое уж и зло, как может показаться.
Я бы с удовольствием рассказала о том, как сложилась жизнь остальных моих друзей, но я не в праве говорить за них. Только за себя.
Я благодарю Стивена за то, что он не сдался. Благодарю Вайлет за то, что поддалась. Потом случилось наоборот. Это история о них, не обо мне. Если бы не они, Джек бы не затянул меня в эту историю. И тогда бы у меня не появилась Эмбер, а вместе с теми выходками Джереми, я бы не получила Тайлера, а за ним и Чендлера. Без всего этого, у меня бы не было Тони, а потом еще детей. Без Стивена я бы не узнала Хлою, а у той не было бы Макса и Ким. Микки бы не получил в своей жизни возможность полюбить Эллен. И Сабрина бы не стала Ангелом. Уилл бы не освободился, как будет в последствии.
Но самое главное — никто бы из нас не обрел покоя так, как это случилось.
Я не знаю, сколько шла. Понятия времени здесь и правда не было. Но тропа вела меня вперед, а вокруг был лишь лес. Старый, глубокий лес, где не было ни души. Переход в настоящую Обитель, подумала я. Но в следующую же секунду передумала. Обитель была и так вокруг меня, а я в ней.
Стая летучий мышей пронеслась над моей головой. Я давно не замечала их в своей жизни. Еще когда была вампиром. Возможность превращаться в это животное мы отвергли. Это было слишком по-древнему, а привлекать внимание к себе никто не хотел.
Как только стая исчезла в небе, я обратила внимание на того, кто стоял несколько впереди меня. Он улыбался мне, как будто ждал все это время. Ноги сами понесли меня к Тони, и он заключил меня в своих объятиях.
Когда Белый Свет ослепил мои глаза, мы уже оказались на тропе из леса. Она вела куда-то вниз и вдруг я услышала, как играет музыка, будто недалеко был рынок, как в древности или в сказочном мире, и мои глаза заметили вдали небоскребы. Начиналась копия реального мира, и я подумала, что вот он — мой покой. Мой личный рай.
Однако, впереди мне еще оставалось встретить всех тех, кто умер до меня. Мои друзья, родители, Вайлет… а еще Анна, ее дети и Джефф. Наконец, мы зашли на ярмарку. Я так и знала, что это рынок. И там веселились люди. Пели песни, жонглировали, пускали огонь ртом. И этих людей там было много. Большинство я даже не видела в жизни, и тут я поняла, что все-таки это действительно настоящий Рай. Обитель наконец смогла оправдать себя.
Вдруг я заметила Майю, а вместе с ней и Фрэнка. Они прохаживались по ярмарке, и я позвала подругу. Она обернулась и очень возбужденно побежала ко мне. Таким образом я нашла первого человека после Тони.
Потом снова Белый Свет. Майа рассказала мне по пути в город всю ее жизнь после того, как мы перестали видеться. Когда мы доехали до одного из домов, за ней вышел ее сын. Он был не таким взрослым, как я его помнила, но вместе с ним были его муж и дети. Я была рада, что Майа тоже нашла свой покой.
Было странно, что даже здесь есть машины. Однако, как пояснила Майа, где-то далеко за горами есть большой замок. И тут я словно словила дежа-вю. Я вспомнила, что мне рассказывала Эмбер. Почему-то я почувствовала, что это мой замок. Точнее, где я буду жить позже.
На улице были и другие семьи. Некоторые были по одиночке. И тут до меня дошло, что для каждого покой свой. Кто-то и прожил в одиночестве и нашел, еще будучи живым в этом счастье. Безусловно, когда Эмбер окажется здесь, рядом с ней будет лишь Тоби.
До моего старого дома было тоже не так далеко. Тот самый дом, где мы жили еще до моей первой смерти. Рядом с которым Стивен спас Вайлет, когда она была маленькая. Однако, открыв дверь и войдя в него, я увидела дом, в котором жила те многие годы и который теперь принадлежал потомкам Карен.
В доме никого не было, ничьих разговоров или шагов. Ни единого признака чьего-либо присутствия. Я присела на диван и Тони сказал:
— Иногда мы себя не всегда проявляем. Кто-то здесь точно должен быть.
— А ты своих родителей встретил? — спросила я.
— Они не были моим незавершенным делом. Я не хотел их покидать, но они и без меня в порядке.
— Значит, не нашел.
— Я и не пытался.
— Что ж, я лучше схожу за водой, хочу попить. Вернусь через минуту.
— Хорошо, — произнес Тони, и я направилась на кухню. Там я взяла стакан, налила в него воды и вернулась в гостиную, но его там уже не оказалось. Я не понимала, что происходит.
Тони не был конечным пунктом моего поиска покоя. Он и не был моим незаконченным делом. И не был тем, что тревожит мое сердце. Наверное, поэтому он и пропал в тот момент, потому что я желала найти не его в самом начале.
Я снова присела на то место, где сидела до этого. Это место мне не казалось уже таким странным. Но в то же время, это будто я попала в новую для меня среду и пытаюсь привыкнуть.
Вдруг, я услышала голоса. И не понимала, откуда они. Я прошлась по всей площади гостиной, чтобы выследить, потом вышла из дома и оказалась на той самой аллее, с которой выезжала, когда для меня все закончилось вместе с Вайлет. Я поняла одно — они в этом доме. Но как, если родители не имели отношения к нему так много, как она? И мне пришла одна мысль. Библиотека.
Я открыла ее дверь и увидела их всех вместе. Они разговаривали и будто не замечали меня. Это была та часть дома, которая выжила при пожаре множество лет назад, до моего возвращения. Но это был лишь сон.
Я открыла глаза и прошла в Библиотеку. И единственное, что нашла там, так это то, что она была пыльной. Ощущение, что даже в Обители нужна была домработница, которая могла бы вести дела дома. Будь я богата даже после смерти, наняла бы.
Но потом я заметила, что кто-то есть рядом. Я повернулась и увидела Анну. Я не могла быть рада больше, чем в тот момент. Разве что только если бы нашла Вайлет и родителей.
Мы обнялись, а за ней выбежали Джефф и двое сыновей. Они были рады меня видеть.
— Ты тоже теперь здесь, — произнесла Анна, — я не думала, что это случится. В любом случае, я рада, что ты с нами.
— Куда бы я делась? Это единственное место, куда можно попасть после смерти.
— Ты права, но дело в том, что я думала, что ты будешь жить дольше. Ведь ты и Тони прожили действительно долго.
— Но он пропал, как только привел меня сюда.
— Он просто оставил тебя. Или ушел на поиск своих родственников, кои могут быть здесь. Если ты нашла меня в этом доме, значит, стоит искать родителей в другом месте.
— О чем ты говоришь?
— Энни, вспомни, кем ты родилась и где. Ты не американка. И жизнь прожила даже не в Витч-Кроссе до конца. С чем ты ассоциируешь свою семью? Где представляешь их? Они будут там, где ты их ожидаешь увидеть больше всего.
— Значит, вот как это работает? Но почему я увидела Майю на ярмарке?
— Она не прячется и ее ты была готова встретить где угодно. Меня ты ожидала встретить здесь, а вместе с этим и Джеффа с сыновьями.
Дилан и Стивен улыбнулись, а я сделала это в ответ.
— А как же они? — я глянула на ее сыновей.
— Поверь, они уже давно всех нашли. Это не прятки, Энни, но очень похоже.
Прятки. Вот что! И тут я вспомнила, где я оставила их. Родители были похоронены на кладбище в Оттаве. Все было там на французском, но я уже давно начала забывать родной язык, поэтому попросила написать на надгробии каждого по-английски.
— Если Вайлет там, Стивен с ней? — спросила я.
— Нет, не думаю. Стивен там, где и те, кого ждет он. Они с Вайлет наверняка видятся, но это не имеет значения, потому что встреча с тобой важнее. Садись в мою машину, и я довезу тебя до Оттавы в Обители.
Мы сели и поехали. И времени здесь и правда не было. Но когда мы были на месте, ощущение было такое, что утро началось не больше пары часов назад. Дом стоял на том же месте, где я его оставила. К слову, я в него больше никогда не возвращалась.
Я вышла из машины и увидела их. Родители стояли у окна и смотрели куда-то вперед. Но стоило им заметить меня, как они всполошились. Вайлет тоже заметила меня, стоя на крыльце. Она улыбнулась мне и кивнула головой, будто ждала все это время. Только вот я виделась с ней совсем недавно. Но родители не смогли сдержать эмоций, и мы встретились на середине дороги к дому. Я чувствовала себя как маленькая девочка и не могла двинуться с места.
Анна, как я увидела, улыбалась моему счастью. Я, родители и Вайлет не могли отойти друг от друга. Это были объятия, которых я ждала. Конечно же, потом из дома вышел и Стивен. И когда я заметила его, то мигом рванулась к другу.
— Энни, — смеялся он. И наконец я снова почувствовала себя собой. Хотя не совсем. В глубине у меня что-то дрогнуло, что заставило меня почувствовать себя пятнадцатилетней Энни, которая влюбилась в Джека и потом узнала, что происходит вокруг.
Потом мы все вместе вошли в дом, Анна пошла с нами. На этом я ощутила наконец спокойствие. Все самые дорогие мне люди оказались рядом.
Позже мы искали вместе Гэвина, которого нашли спустя время. Только потом я узнала, что на это ушло больше ста лет. Гэвин вернулся в мир живых в 2307 году, и прожил с Этрой невероятно долгую жизнь. В итоге они вместе переживут Эмбер, которая уйдет вместе с Ником и Ксавье одной из последних из нашей команды. Моя дочь переживет Ким и Августа и их детей. Тоби умрет также задолго до ее собственного ухода. Карен прожила около ста семидесяти пяти лет, уйдя в один год с Тони. Ее, кстати говоря, я тоже встретила в доме. Там она была из-за Стивена.
На этом я заканчиваю свое долгое выступление. Оно затянулось на множество лет, которых никто потом не вспомнит. Мои воспоминания связаны с историей Вайлет и Стивена.
Я не могу передать то ощущение, которое я испытывала все эти долгие годы. Но цветы расцвели. Дождь прекратился на секунду, дав солнцу выйти из облаков. Вода перестала шуметь и успокоилась. Земля перестала сотрясаться. Я получила покой. А это одно из самых важных дел, которые мы должны сделать после своего ухода. Неважно, что будет с твоим физическим телом. Неважно, что будет после тебя. Потому что это уже не имеет значения. Главное сделать все правильно, а это понятие растяжимое. Для каждого это что-то свое. Я чувствую, что все сделала правильно. Я нашла свой покой, что немаловажно.
Я провалилась в глубокое удовлетворение. Закрыв глаза, я погрузилась в сон. Я попала в Обитель. Белый Свет унес все мои сомнения. И я обрела покой.
Меня зовут Энни ДеЛунг. И это не моя история. Это история любви двух людей, которые преодолели время и пространство.
Это история Стивена.
Это история Вайлет.
Это история жизни и смерти. И что нет никаких преград. Мы их создаем сами. Так давайте же откажемся от них.
 
POV Карен
2175 год.
Я сидела на скамейке, в порту. Неожиданно, я услышала звук, оповещающий о его приходе. Оливер не забыл.
Я улыбнулась, смотря своими старушечьими глазами на чудо всех миров. А потом я погрузилась в сон.
Дальше я увидела лишь покой.
 
POV Эмбер
Множество веков спустя.
Я стояла на балконе Института, который был похож на самый настоящий замок. За эти века, что я прожила, он очень изменился. Как изменилось и все остальное. Люди, их история, форма жизни и многое другое. Наш же мир стал недоступен смертным. Мы, можно сказать, вымирали. Хотя на самом деле просто многие отправились на другие планеты, в другие солнечные системы, чтобы порождать и там бессмертие, которое людям было близко во всех отношениях.
Но это не фантастическая история и рассказывать о путешествиях в космос не собираюсь. Это история о потустороннем. Но скоро мне будет уже все равно на то, что будет после меня.
Я смотрела на море. Оливер не сказал мне при последней встрече, когда подарил кое-что, как я уйду. Он сказал это лишь Карен. Но той же ночью он мне приснился, объяснив мое будущее. Он пообещал прийти, когда ветер изменится и вода будет снова волноваться. И это лишь из-за него.
И в тот день ветер правда изменился. Я стояла в платье бежевого цвета, которое полностью покрывало меня с ключиц до пят, скрывая руки и ноги, но было просторным. Мои седые волосы развевал ветер. Моя уже старая кожа чувствовала приближение Капитана.
Ник, который тоже стал достаточно старше, подошел ко мне. Я же не обращала на него внимания, а просто стояла, подставив лицо ветру, наслаждаясь им.
Кэтрин умерла несколько веков назад, Ник же не торопился уходить. И вот он сказал:
— Пора.
Я кивнула, соглашаясь.
— Что будем делать с Ксавье? — спросила я.
— Возьмем с собой.
Ксавье продлевали жизнь неестественно долго. Он пережил даже Александрину, хотя та родилась бессмертной. Но вот его жизнь подходила к концу. Этра и Гэвин лежали в постели, оставаясь последними живыми из всех, кого я знала, а заодно и мама. Этра оставалась вообще самой древней в этом мире.
Внуки Ким вышли к нам в залу, чтобы попрощаться. С ними были и их маленькие дети. Когда мы попрощались, я зашла к Этре и Гэвину, за которыми ухаживали, словно они были смертными стариками. Я попросила служанок выйти на секунду и глянула на них. Сначала я попрощалась с Гэвином, потому что это было намного легче. Когда я подошла к Этре, то взяла ее сухую руку в свою.
Она открыла глаза и улыбнулась, я сделала то же самое. Наконец, она кивнула и закрыла глаза. Но она была жива. У них с Гэвином было общее сознание, как когда-то у Вайлет и Стивена. Они держались за руки.
Я положила ее руку обратно к ней на грудь и вышла. Ник уже вел еле шагающего Ксавье с собой, и мы стали спускаться по лестнице. Она была долгой, по ней было уже сложно спуститься даже мне, хотя я и была похожа на семидесяти пятилетнюю старушку.
Мы вышли к берегу, а судно Оливера уже ждало нас. Он спустился и помог Ксавье зайти на борт, потом туда поднялся Ник, а за ним и я. В этот момент я увидела белую полосу, которая уходила из Института наверх, в небеса. Потом она исчезла в облаках вспышкой света. Это была Сабрина, которая ждала нашего ухода. Теперь она могла стать Стражем с остальными и чаще быть с Шоном, который уже очень давно был в Обители. Он ушел первым из нас. Потом был Тоби. После Ким и Август. Теперь и она смогла отправиться туда, где должна быть.
Корабль отбыл. Я наблюдала последний в своей жизни закат. И стоило солнцу наконец зайти, как мы оказались в неведомых краях. Впереди я увидела остров, а там, кажется, были люди. С самой его вершины они махали нам, будто ждали.
Я глянула на Ника, и он снова оказался молодым, то же самое было и с Ксавье. Я почувствовала, что мне тоже теперь столько же, сколько мне было при смерти Стивена и Вайлет. Я была снова девчонкой.
Я увидела их всех, они махали. Мама стояла в самой середине, рядом папа. Рядом с мамой был Тони, а по обе стороны простиралось большое количество дорогих мне людей. Тоби, Тайлер, Чендлер, Кэтрин, Эдит и Грегг, Эбби, которую я знала, хоть и плохо, но она была моей сестрой. Хлоя и Макс, Ким и Август. Карен, а потом и многие другие. Все. Там были все.
Я с улыбкой на лице продолжала смотреть на них, в ожидании, когда мы достигнем суши. И тогда я ощутила, что уже нашла покой.
 
 
Обсуждение

Используйте нормальные имена. Ваш комментарий будет опубликован после проверки.

Вы можете войти под своим логином или зарегистрироваться на сайте.

(обязательно)

⇑ Наверх
⇓ Вниз